«ЛАУД» — о поп-музыке, скейтбординге и уфимской коалиции


В начале апреля уфимское трио «ЛАУД» выступило перед казанской аудиторией в Jam Bar в рамках тура «Весенний круиз». Электронщики известны своим умением делать качественный хаус и сочетать несочетаемые вещи, начиная с музыки и заканчивая исполнителями фитов в одном альбоме.

Enter посетил выступление «ЛАУД» и поговорил с участниками о влиянии фенола на уфимских музыкантов, о том, как нужно одеваться на танцы и что получится, если соединить мемфис и джангл.


Слева направо: Виталий, Сергей и Рамиль

— Почему вы решили заниматься музыкой?

Сергей: Когда я начал заниматься музыкой, мы [с ребятами] еще не были знакомы.

Мы просто катались на скейтах вместе. И так получилось, что в начале 2012 года я завязал со скейтом, начал писать Boom Bap биты. Купил себе Akai и смотрел на YouTube обучающие видео. Потом наши интересы с Виталиком пересеклись: мы стали вместе тусоваться и решили делать музыку, не хип-хоп, а уже что-то новое. Так появился первый проект «ЛАУД Ностальгия». Тогда многие высоко оценили наше творчество, что нас вдохновило. А дальше мы уже перешли на более электронную музыку.

Виталий: Да мне кажется, все намного проще было. В один момент я просто приехал к Сереге и сказал: «Все, надо придумать что-то другое». Он делал биты, причем делал их очень клево. Я вообще в тот момент не соображал, как устроена музыка. И мы просто взяли и сделали: собрали релиз за неделю. И все. «Ностальгия» была просто шуткой — музыкой, построенной на старых семплах. Тем не менее она была очень хороша, до сих пор слушаем.

Рамиль: Где-то в 14 лет я увидел, как чувак записывался в студии, и это меня очень вдохновило. Потом я попал на выпускной своего брата, там его друг скретчил на виниле (скретч — звуковой эффект, получаемый ручным продергиванием звуковой дорожки, — прим. Enter). Я подошел к нему и сказал, что хочу научиться так же. Потом я начал диджеить и параллельно открывать для себя крутых артистов. DJ Premier, например. Тогда я узнал, что он сам делает музыку, и начал изучать саунд-продюсирование. Я долгое время делал биты, а через некоторое время появилась новая волна хауса — роу-хаус или что-то около того. Это показалось мне интересным и необычным. Примерно тогда же мы и сконнектились с ребятами, и наши музыкальные интересы совпали.

— А насколько для музыканта вообще важно специальное образование?

Сергей: Его отсутствие наоборот помогает.

Рамиль: Да, согласен. Больший интерес появляется, когда голове нет никаких стандартов, каких-то заученных тем. В процессе обучения преподаватели обычно разрушают все твои представления о музыке и какие-то задумки, заменяя их своими «правильными» основами.

Виталий: Мы однажды пытались записать трек с профессиональным музыкантом, но ничего не получилось, так как он все усложнял. Мы пытались донести до него, что вот берешь аккорд, повторяешь его три раза и будет круто. Потому что этот аккорд хитовый и звучит классно. А человек бьет себя в грудь и говорит, что так неправильно, так не должно быть, и начинает играть целую симфонию, очень сложную для простого слушателя.

— Для чего вы делаете музыку? Кто-то — ради развлечения, кто-то хочет передать какой-то важный месседж людям, кто-то — сделать себе имя, заработать, а кто-то и вовсе об этом не задумывается.

Рамиль: Я уже просто не могу этого не делать. Для меня это часть жизни.

Сергей: А мне интересно что-то сделать и показать это людям, чтобы им очень понравилось. Азарт только в этом.

Виталий: У человека широкий спектр приятных ощущений: есть гастрономическое удовольствие, есть сексуальное, а есть музыкальное. И вот эмоции от музыки невозможно получить никаким другим способом. Когда ты делаешь трек и понимаешь, что он крутой, тебя с головой уносит — эти эмоции не сравняться ни с чем. Это как наркотическая зависимость: когда ты уже что-то попробовал, потом тяжело от этого отказаться.

— Вы делаете достаточно легкую, танцевальную музыку. Как вы относитесь к «серьезной», мрачной музыке с тяжелыми текстами?

Сергей: Хорошо.

Виталий: Я люблю мрачную музыку. Да все слушают ее.

Рамиль: Музыка — это же настроение.

— Судя по последним релизам, у вас всегда хорошее настроение.

Виталий: Это концепция «ЛАУД». Мы и по жизни стараемся быть позитивными.

Рамиль: Но у каждого из нас есть свое альтер эго. Вот у Виталика есть темная сторона — сольный проект Talyfromloud.

Виталий: Это своеобразная отдушина для меня, чтоб отвлечься.

— Ваш прошлогодний «ТанецГолосЗвук 2» выделяется большим количеством самых разнообразных фитов. Скажите, как вы выбираете тех или иных исполнителей для сотрудничества?

Рамиль: Самый главный критерий заключается в том, чтобы творчество этого человека нам нравилось.

Сергей: Сначала рождается музыка, и только потом становится ясно, кому она подойдет.

— С кем вам больше всего понравилось работать? Какой фит вы считаете самым удачным?

Виталий: Мы не можем никого выделить — все очень разные. Как и фиты — их нельзя сравнивать, так как они заходят под разные настроения. Есть что-то веселое, есть что-то более грустное, более дерзкое, более экспериментальное.

Виталий: Да, все происходит достаточно спонтанно. К тому же артисты, с которыми мы работаем, это наши друзья и мы знаем их достаточно давно. И понимаем, что им может понравиться.

Мини-фильм «Анноу», в котором звучит совместный трек «ЛАУД» с RAW TAKES с предстоящего альбома «ТанецГолосЗвук 3»

— Вообще, для многих музыкантов фиты — способ раскрутиться, а для вас?

Виталий: Для нас это просто голос — одна из составляющих концепции «ТанецГолосЗвук» (далее «ТГЗ», — прим. Enter).

— По-вашему, кто из коллег вносит большой вклад в развитие российской электроники?

«ЛАУД» (хором): Cream Soda!

Виталий: SP4K — очень интересный парень, Федя i61 делает много клевой музыки, наш земляк и старый друг Пантерабог — парень с кучей имен и сайд-проектов.

Сергей: Да и вообще, почти в каждом городе много хороших электронщиков. А, Никита Зимов еще — он художник, а как музыкант только недавно начал себя позиционировать. Короче, можно очень долго перечислять.

— А кто все портит?

Сергей: Элджей (смеется, — прим. Enter). Ну, блин, не знаю, конкретно в электронике реально нет такого хейта, как в рэпе, например.

Рамиль: Я Элджея не могу воспринимать вообще.

— Разве он делает электронику?

Сергей: Нет, мы просто решили проехаться по Элджею.

— Как вы думаете, почему сейчас такое количество популярных музыкантов из Уфы?

Виталий: Фенол. В 90-е годы, как раз когда мы все родились, у нас в Уфе была авария на станции. Короче, из-под крана текла химическая вода. А дальше все как в фильмах про супергероев: она заразила большинство уфимцев, у которых появилась способность к крутому творчеству.

Рамиль: Это не распространенный миф.

Виталий: А если серьезно, то так случилось, что мы все из одной тусовки. Хоть мы и занимались разными делами, но почему-то всегда были вместе и держались рядом.

Рамиль: У нас город вроде бы большой, но все, кто в теме, всегда пересекались.

Сергей: Это такая уфимская коалиция.

— Можете ли вы сделать прогноз, как изменится российская электронная музыка в ближайшее время: какие тенденции будут на волне, а что перестанет быть в топе?

Виталий: Фундаментальные жанры, такие как джангл, электро и брейкбит снова выйдут вперед.

Сергей: Либо смесь чего-то с чем-то, например, того же электро с джанглом. В России никто такого еще не делает, а мы вот решили начать.

Виталий: Такое делали «Гости из Будущего», когда только начинали. Они тогда выпустили релиз «Время песок», и его просто никто не понял.

— Концерт во флагманском магазине Nike и выступление от Jagermeister Indie Awards: каково работать с крупными брендами? Было ли еще что-то подобное в истории «ЛАУД»?

Сергей: Да, было. Мы работали с Nike, adidas и Puma. А вот совсем недавно писали музыку для рекламы одной очень крупной фирмы. Но она еще не вышла в свет, поэтому мы не можем рассказать подробности. Скажем только, что это мировой бренд.

Рамиль: Это хороший опыт на самом деле и хочется, чтобы такого сотрудничества было больше.

— В этом году вы планируете выпустить «ТГЗ 3». Один из треков с RAW TAKES уже прозвучал в мини-фильме «Анноу». Скажите, какими еще совместками порадуете слушателей?

Рамиль: Это большой секрет. Дело в том, что все еще в процессе и говорить что-то наверняка мы не можем.

Сергей: В планах много артистов, причем немало необычных и неизвестных. Но будут и наши друзья: i61, tveth, Basic Boy, Thomas Mraz, Jeembo и так далее. А еще на новом альбоме Виталик будет петь.

Рамиль: Да, самое главное, что у нас появится уже свой голос.

— Виталий, и как тебе петь?

Виталий: Нравится. На самом деле я полжизни писал тексты и хотел их исполнять. Но непонятно почему всегда стеснялся.

— 18 марта вы выпустили EP «Танцевальный Ритм» для ценителей инструментальной стороны вашего творчества. Скажите, в плане работы над альбомом, какой формат вам ближе: «Танцевальный Ритм» или «ТГЗ»?

Сергей: «Танцевальный ритм» — все-таки больше для ценителей электронной музыки, которую от нас ждут. Наша публика делится на два лагеря: те, кто жаждет «ТГЗ» и те, кто говорит, что нафиг вам это все, если вы делаете классный хаус. Но лично я больше от «ТГЗ» кайфую.

Рамиль: Мне кажется, у нас хорошо получается совмещать, и как раз в этом и рождается уникальность какая-то. Если с «ТГЗ» убрать голоса, то получится та же хорошая электроника.

Виталий: Нам интересно работать с голосами, с талантливыми людьми. От совместной работы получаешь невероятные эмоции.

— 31 числа у вас начался «Весенний круиз». Вы уже выступили в Ярославле. Какие впечатления?

«ЛАУД» (хором): Очень крутые.

Виталий: На самой тусовке я и напился, и влюбился, и снова чуть куда-то не уехал. Меня ребята всегда ловят в такие моменты. В последнее время у меня часто такое бывает. Я не знаю, что со мной происходит. Это весна скорее всего.

— А чем вы еще занимаетесь, помимо своих музыкальных проектов?

Сергей: Это только про музыку вопрос? Мне, вообще, юриспруденция интересна. Я уже отучился на эту профессию и раньше работал…

Рамиль: …Отработал он уже свое…

Виталий: Блестели звезды на плечах (смеется, — прим. Enter), так скажем. А я больше половины своей жизни профессионально занимался скейтбордингом. Грубо говоря, если бы я переехал из Уфы в ту же Москву или в Питер вовремя, то моя жизнь была бы совершенно другой. Я, может, состоял бы в Олимпийской сборной — такая у нас сейчас есть, был бы спортсменом. Но я выбрал другой путь.

— Не жалеешь?

Виталий: Нет, я сейчас катаюсь в свое удовольствие. И буду продолжать. Сережа тоже занимался скейтбордингом, но сейчас каждый из нас отдает всего себя музыке, потому что мы поставили на кон все: силы, деньги и так далее.

Рамиль: А я работал в сфере земельных отношений. И недавно окончил университет. Когда я начал работать, то понял, что это не совсем мое и больше я тяготею к музыке. Но все равно решил получить образование — лишним не будет.

— Когда вы сами в последний раз были на тусовке?

Виталий: Да мы постоянно на них бываем. Всегда ходим на выступления к друзьям.

Сергей: Наш менеджер Никита Easy Fresh Wezer — арт-директор «Грибоедова» (клуб в Санкт-Петербурге, — прим. Enter), поэтому мы часто там зависаем.

Рамиль: Всегда надо быть в курсе тусовок и всего остального.

Виталий: Мы начинаем свой день с мониторинга интернета, смотрим, что в мире происходит с музыкой, модными тенденциями, одеждой, дизайном и так далее.

— Недавно вы подготовили «Одежду для танцев» при поддержке WOLEE. Расскажите об этом проекте и как вообще нужно одеваться на танцы?

Сергей: Как на свидание.

Виталий: Так, чтобы было удобно. Мы давно хотели сделать свою одежду, чтобы люди в ней ходили на танцы. Хотя бы потому, что нас об этом просили очень долго.

Рамиль: Многие даже гадали, как будет выглядеть наша одежда и постоянно спрашивали, во что мы сами одеваемся. Мы, кстати, сегодня как раз в наших футболках.

Сергей: Дальше будет больше.

— Теперь «ЛАУД» будет вместо Гоши [Рубчинского]?

Сергей: Да, он просто испугался (смеется, — прим. Enter).

Рамиль: Кто это?

Виталий: На самом деле Гоша наш друг, поэтому все в порядке.

Клип на совместный трек «ЛАУД» и Kreem — «Cекси», 2017

— Среди товаров в вашем паблике «ЛАУД», помимо одежды, можно найти еще и альбомы. Как часто их покупают?

Сергей: Сейчас уже многие стали покупать.

— А вы сами платите за музыкальный контент?

Сергей: Да, у нас у всех подписка на Apple Music. За это всем музыкантам, которых мы слушаем, капают деньги. Так и должно быть.

Виталий: Конечно, многое из того что мы слушаем не найти на «привычных» площадках.

Рамиль: За последние пару лет музыкальная индустрия получила большое развитие: артист стал получать за свою работу хоть какие-то деньги.

Сергей: Сейчас даже за прослушивание во «ВКонтакте» платят.

Рамиль: Но все-таки основная прибыль у музыкантов идет с концертов.

— Чего вы хотите достичь в музыкальной сфере? Есть ли какая-то граница, перешагнув которую, вы бы сказали, что ради этого стоило делать музыку?

Рамиль: Ты должен постоянно придумывать что-то новое и сохранять к себе интерес, но не всякими дешевыми скандалами, а именно музыкой и творчеством. Работать на международном уровне — вот это успех, и уже после этого я задумаюсь, как мне выйти на межгалактический.

Виталий: В моем понимании самое сложное и важное в нашем деле — донести до масс хорошую музыку и сделать так, чтобы у публики в головах хоть что-то поменялось. Я мечтаю, чтобы люди перестали слушать плохую музыку, которая составляет 80% от той, что играет по радио: безвкусный прогрессив-хаус или тот же Элджей, к примеру. Было бы хорошо, если бы и коммерция стала стильной. Я думаю, что уже можно сказать, что «ТГЗ» — это коммерческая поп-музыка, но она качественная.

Рамиль: Я уже стал замечать, что среди поп-музыки потихонечку появляются хорошие исполнители. Feduk, например. Когда слышу его трек по радио, мне спокойно и я радуюсь. И еще Антоха МС.

Виталий: Главное — достичь такого уровня в России, чтобы ни от кого не зависеть. Как Иван Дорн. Он сейчас взял и сделал что-то экспериментальное, андеграундное, но люди это слушают — просто потому что Ваня может.

Сейчас многое из того, что мы хотим делать, аудитория может просто не понять, но мы хитрыми шажками движемся в этом направлении. Вот тот же трек из фильма «Анноу» с RAW TAKES. Там есть просто жесткий мемфис — это музыка гангстеров из Мемфиса, которые убивают друг друга. Полный андеграунд.

Рамиль: Мемфис — это вообще забытый жанр. Его никто не слушал, он остался только на кассетах, но сейчас возвращается. Да даже мы играем его на хаус-тусовках, и всех это начинает качать.

Сергей: В этот жанр мы воткнули еще и джангл — это вообще дико странно.

Рамиль: То есть эксперимент — наш девиз.

— А вы читаете комментарии о своем творчестве в интернете? Важно ли вам мнение аудитории?

Рамиль: Да, мы читаем комментарии.

Сергей: Мне кажется, из всех отзывов где-то только 20% негативных. Это очень хороший показатель.

— И как вы относитесь к этим негативным отзывам?

Сергей: Как сказал один человек: «Пишите комментарии: нам все равно не интересно».

Виталий: Если критика конструктивная, ее всегда приятно читать. Такие комментарии мы готовы принять к сведению.

Рамиль: А если это хейт, то мы смеемся.

Виталий: Да блин, это же интернет. Как можно воспринимать комментарии всерьез? Это просто белый шум.

— Недавно стало известно, что вы выступите на Faces & Laces 2018. Какие еще планы на год?

Рамиль: Мы планируем выезды за пределы России.

Виталий: Поедем в Таллин, в Ригу. Летом будет много фестивалей, в том числе и в Уфе. И еще на многие зовут, но пока все в секрете!

Фото: Soul Man

Смотреть
все материалы

Новости партнеров