Олег Ивенко — о Рудольфе Нурееве и главной роли в фильме Рэйфа Файнса


17 марта этого года легендарному артисту балета Рудольфу Нурееву исполнилось бы 80 лет. В 2017-м британский режиссер Рэйф Файнс решил воплотить в реальность свою давнюю мечту и снять фильм «Белая ворона» по книге Джули Каваны «Рудольф Нуреев: Жизнь». Картина охватывает не всю жизнь Нуреева, а лишь ту часть, где артист балета, несмотря на все запреты, сбегает в Париж из СССР. На экраны фильм выйдет в конце 2018 года.

Enter поговорил с исполнителем главной роли Олегом Ивенко, премьером балетной труппы Татарского театра им. Мусы Джалиля, о том, почему он остался работать в России, чего хотел Рудольф Нуреев и как можно приблизить классическое искусство к людям с помощью фестиваля.


— По окончании Белорусского государственного хореографического колледжа вы получили десять приглашений на работу, в числе которых были Венская опера, Национальная опера Украины и Большой театр Беларуси. Олег, почему вы выбрали именно театр им. Мусы Джалиля, и не уехали, например, за границу?

— Из всех стран я выбрал Россию, потому что настоящий качественный классический балет на данный момент существует только здесь. Такое количество приглашений от известных театров мне, конечно же, польстило, но мое внутреннее «я» сказало, что нужно ехать именно в Казань. А я доверяю своей интуиции и всем советую всегда прислушиваться к внутреннему голосу.

— И ваша интуиция вас никогда не подводила?

— Она меня подводила, когда я ее не слушал. Иногда кто-то тебе начинает что-то советовать и объяснять, ты прислушиваешься к этому, а потом решаешь, что сам так думаешь. Таким образом ты заглушаешь внутренний голос.

Интуиция — это такое чувство, когда ты следуешь тому, что тебе действительно нравится. А если дело тебе не по вкусу, то с ним определенно пора покончить. А внутренний голос подскажет новый род деятельности, где ты можешь преуспеть. Естественно, все боятся перемен, но просто необходимо переступить через себя. Ведь если ты побеждаешь свой страх, перед тобой открываются невероятные возможности.

— Вы помните момент, когда осознали, что балет станет делом вашей жизни?

— Понимание этого приходит не сразу. На балет меня отвели родители еще в детстве. Я был очень энергичным и неспокойным ребенком. Моя мама не могла уследить за мной даже на детских площадках: стоило ей отвернуться на секунду, а я уже куда-то убежал или залез на дерево. Мои родители никак не связаны с балетом, так они решили направить мою разрушительную энергию на созидание.

— А вы сами будучи ребенком, как восприняли это родительское решение?

— Положительно, мне нравилась любая активная и энергичная деятельность. Как-то мы с родителями ходили балет, по-моему, это был «Белоснежка и семь гномов». Мне очень понравилось, как артисты танцевали и я воскликнул: «Мама, давай пойдем на балет! Я хочу танцевать так же!». Тогда я совершенно случайно с первой попытки поступил к лучшему педагогу, к которому ученики пытаются попасть годами. Я думаю, что это было не просто так. Мы с родителями верим, что все-таки что-то или кто-то мне в жизни помогает.

— Когда вы решили, что балет станет для вас профессией, чего вы хотели достичь: славы, денег или чего-то другого?

— Так как я сам по себе лидер, а еще и Лев по гороскопу, я всегда хотел быть впереди всех и во всем. Я оставался по вечерам один в зале и упорно работал над собой, оттачивал мастерство. Был у меня и пример для подражания — танцовщик Иван Васильев. Я смотрел видеозаписи с его выступлений и удивлялся этой бешеной энергетике, старался учиться у него. Мой характер помогал мне двигаться в нужном направлении, идти вперед и не останавливаться. Еще со времен учебы в Харьковской хореографической школе я понял, что остановка означает смерть.

— В прошлом году вы получили главную роль в фильме Рэйфа Файнса «Белая ворона», обойдя пять-шесть претендентов. Как вы думаете, почему выбрали именно вас?

— Честно? Не знаю, серьезно. Вообще, я не ставил перед собой цель добиться этой роли во что бы то ни стало. Я понимал, что у меня есть шанс, какого больше, возможно, не будет. И тогда я просто сделал все, что смог: учил английский, репетировал пробные сцены, искал внутри себя отклик этого самого Рудика (Рудольфа Нуреева, — прим. Enter). Я просто сказал себе: «Сделай по максимуму, а дальше, как выйдет». Ну, вот так и вышло.

— В фильме также снялся известный танцовщик Сергей Полунин, которого называют «Нуреевым нашего времени». Почему же не он получил эту роль?

— Он играет Юрия Соловьева. Так решил режиссер.

Кадр из фильмa «Белая ворона», реж. Рэйф Файнс. Выход картины запланирован на конец 2018 года.

— Что вас роднит с вашим героем, а в чем вы с ним диаметрально противоположны?

— Роднит стремление двигаться вперед, желание открывать новые горизонты, не стоять на одном месте. Противоположны мы, конечно же, в сексуальной ориентации и характерах. Хотя теперь я уже многое перенял из характера Рудика, стал более строгим и, наконец, четко понял, чего хочу. Эта роль меня изменила. Но все-таки Нуреев был намного жестче, чем я.

— Удалось ли вам прочувствовать образ своего героя?

— Думаю, да. Для того чтобы вжиться в роль, я досконально изучил биографию Рудольфа Нуреева, его внутренний мир. И сейчас я отлично понимаю его: его поступки, отношение к людям, чего именно он хотел. Во многом это произошло благодаря помощи режиссера. Обучение актерскому мастерству самим Рэйфом Файнсом — вот что я называю «правильным стартом».

— И чего же хотел Рудольф Нуреев?

— Он хотел свободы. Свободы от рамок, которыми его ограничивали в СССР. На данный момент мне тоже это близко: для артиста важно быть свободным, иначе он не сможет творить. Рамки всегда закрепощают и мешают развитию.

— Расскажите, каково это — быть Рудольфом Нуреевым: маленьким мальчиком из Уфы, осознавшим, что весь мир сходит по нему с ума?

— Это тяжело, очень. Нужно постоянно держать себя в руках, контролировать, чтобы тебя не занесло. Такая сумасшедшая слава может вскружить голову каждому. Требуется много усилий, чтобы поставить себя на место и развиваться дальше, а не просто купаться в славе, пока тебя не забудут.

— Испытывали ли вы сами подобные ощущения?

— Нет. Пока. Но я стремлюсь к этому. Мне кажется, каждый танцовщик должен стремиться к такому. А если ему это не нужно, то он немного не боец.

— В одном из своих интервью вы признавались, что являетесь капризным учеником. А с Рэйфом Файнсом тоже капризничали?

— Да, я капризный ученик (смеется, — прим. Enter) и очень требовательный, в первую очередь к себе. В работе с Рэйфом Файнсом это пошло мне только на пользу. Я очень хорошо понимаю, что, когда с тобой работает такой мэтр, с тебя двойной спрос. Я знаю, что все ученики ГИТИСа и многие знаменитые актеры мне завидуют. Мне доводилось видеть эти завистливые и злобные взгляды. Поэтому я должен оправдать все возложенные на меня надежды и не упасть в грязь лицом. Но, как и всегда, я выкладываюсь по максимуму. И без доли сомнения могу сказать, что быть актером мне нравится не меньше, чем танцовщиком. Я планирую продолжить свою актерскую карьеру.

— А что же все-таки сложнее?

― Сложнее танцевать балет — тут без вопросов. Нужно постоянно держать свое тело в порядке, знать его баланс, всегда быть готовым к изнурительным тренировкам. С годами наши тела сильно от этого изнашиваются. А актерская игра ― это эмоции, которые ты мастерски прячешь в себе до крика: «Мотор!». И в тот момент — бац! — ты должен резко включиться. В балете же выразить чувства полноценно и естественно сложнее, потому что у тебя есть строгие нормы, придерживаясь которых ты должен сделать ту или иную позу.

— В 2016 году вы основали авторскую школу-студию Ballet Room, чтобы приблизить балетное искусство к широкой аудитории. Почему это для вас так важно?

— На данный момент искусство в жизни людей отходит на третий-четвертый план. В наше время все озабочены карьерой, финансами и личной жизнью. Естественно, без этих вещей никуда, но раньше вдохновлялись и искусством. Сегодня люди ходят на балет не из-за своих духовных потребностей, а просто потому, что это модно. Ведь можно надеть самое красивое платье или смокинг и наделать кучу фото в Инстаграм в роскошном зале театра. Я хочу приблизить этих людей к сущности балета, дать им возможность поработать с профессионалами и понять, что же это такое изнутри. И, конечно же, хочу помочь детям развиваться профессионально как будущим танцовщикам.

Кстати, с этой же целью мы сейчас готовим фестиваль #StagePlatforma. Главным событием станет большой концерт современной хореографии, который состоится 22 апреля в 17:00 на сцене Дома Актера им. Марселя Салимжанова. В рамках концерта мои коллеги по цеху выступят с номерами современной хореографии. «Рабочую» программу фестиваля составит большое количество мастер-классов и тренингов по разным видам пластических искусств, фитнеса и сценических практик.

— А почему, по-вашему, культурный отдых, например, посещение оперы или балета, становится все менее популярным в среде молодежи?

— Во-первых, время не стоит на месте, оно движется вперед. Все-таки опера и балет — изобретение достаточно старомодное. На смену им пришли новые развлечения. Во-вторых, такой отдых не для каждого. Есть люди, кому это нравится и кому — нет. Кто-то близок к искусству, кто-то к науке, а кто-то к чему-то еще.

— А как вы сами проводите свое свободное время? Когда в последний раз ходили на оперу или в театр?

— На оперу я как-то ходил, поспал там немного (смеется, — прим. Enter). Я понял, что опера — это то, до чего нужно дорасти. У балета же, к примеру, есть постановки для разной аудитории.

Сейчас я увлекся кинематографом. Потому что понимаю внутреннюю кухню, знаю, как тот или иной фильм снимали, как искали ракурс. Я каждый день смотрю примерно по два фильма, разбираю игру актеров. Мне нравится как играют Рэйф Файнс, Джонни Депп, Леонардо Ди Каприо, Крис Пратт, Дженнифер Лоуренс. Она, кстати, тоже профессионально не училась актерскому мастерству, а просто играет так, как чувствует. Иногда перебарщивает, но кто из нас так не делает. В кинотеатре я посмотрел последний раз «50 оттенков свободы». А дома — «Сокровище нации» и «Пассажиры».

А вот в театр в Казани я ни разу не ходил. Как-то не получается: или сложный график или по состоянию здоровья не могу пойти. Вообще, я приверженец активного отдыха. Обожаю стрелять из арбалета, лука, пистолета. Но со своей девушкой могу сходить, например, в кальянную или кафе. Хотя где-то посидеть, поболтать, чай попить — это все не для меня. Если я сижу и пью чай, то это не отдых, а, скорее, деловая беседа. Помимо стрельбы, мне нравится картинг, гонки. Но вот что-то по типу лыж или сноуборда я избегаю из-за профессии — боюсь травмироваться. Меня постоянно зовут на «Свиягу», но я отказываюсь, даже если это просто катание на «ватрушках».

Фото: Анастасия Шаронова

Смотреть
все материалы

Новости партнеров