Автор: Мадина Салимова

В Казани открылся ресторан федеральной сети Smoky People родом из Уфы. Его отличительные черты — авторская подача блюд и напитков, открытая до пяти утра кухня и вечеринки по выходным. Enter поговорил с командой и нашел пять весомых причин провести вечер в заведении на Островского.

Партнерский материал 

Блюда со вкусом копчения

Блюда на любой вкус и «Будда Боулы‎»

Меню в Smoky People объемное и включает в себя самые разные блюда: и грузинский хачапури, и итальянскую пасту, и японские супы том-ям и много чего еще. Однако есть и менее традиционные позиции, например, «Будда Боулы‎». Это сбалансированное питание для тех, кто следит за фигурой и придерживается здорового образа жизни. Например, «Мясной боул‎»: ростбиф с моцареллой, рисом и соусом терияки.

Также в заведении подают ланчи: за 350 рублей можно пообедать набором из четырех блюд (салат, суп, второе и десерт).

Коктейли с кандурином и удобная винная карта

Бар-менеджер Smoky People Евгений Нагимов — президент Ассоциации барменов Республики Башкортостан. Каждый из его авторских коктейлей — это любопытный рассказ с предысторией. Среди сочетаний есть и сауэры, и крепкие шорт-дринки, и пряные корпс-ревайеры. Интересны коктейли из категории Shine Bright like a Diamond, которые благодаря кандурину переливаются своим особенным блеском — рубин, сапфир, бриллиант.

Евгений Нагимов также разделил вина в карте на цветочные, цитрусовые, фруктовые и ягодные, указал насыщенность в баллах и составил гастро-пары под каждый вкус. Для не разбирающихся в винах гостей такое описание окажется понятным и удобным.

И конечно, фирменная подача чилаут-бара используется для напитков, которые выносят либо под колпаком с паром, либо вместе с подставкой для подогрева.

Спортивное питание в меню

Довольно необычно видеть в меню бара спортивное питание. Как объясняют сами учредители, в гости к ним часто приходят покурить кальяны спортсмены, которые не могут позволить себе калорийную и жирную пищу. Для них в меню включили спортивное питание: коктейли с BCAA, казеиновым протеином, гейнером и сывороточным изолятом.

«‎В последнее время тема спорта и ЗОЖ стала очень популярна. Привычка курить у людей осталась, но появились новые предпочтения в еде. Чтобы у любого нашего гостя была возможность хорошо провести время, мы включили в меню спортпит, смузи, те же “‎Будда Боулы”. Некоторые заезжают к нам после тренировки или под вечер, курят паровой коктейль и заказывают ПП-блюда. Кстати, наш персонал иногда устраивается себе детокс-недели и питается только такой едой — для организма очень полезно».

Каждые полгода в республике Татарстан призывают 18 тысяч юношей. Из них примерно 3 тысячи человек отправляются на службу. У остальных есть много способов получить статус «не годен»: выпить зубную пасту и заработать язву, развить плоскостопие или рискнуть притвориться психически нездоровым.

Большинство заранее обращаются к юристам и врачам, чтобы найти у себя «подходящие» болезни и получить освобождение. Цена такой услуги колеблется от 40 до 60 тысяч рублей. Герой нашей истории выбрал сложный, рискованный, зато бесплатный путь «откоса», но законный, а не покупку военного билета. Глава пятая в расписании болезней: «Психические расстройства».

Герою примерно не больше 27 лет, вырос в Татарстане, сейчас учится в другом регионе. Других подробностей о себе не рассказывает. Весеннего призыва избежал благодаря направлению в психиатрическую больницу города Казани. На вопрос, почему решил не идти в армию, он выдает три аргумента против российской системы призыва: дедовщина, отсутствие нормального окружения и подготовка к убийствам.

«В России и так жить страшно, попасть в армию — еще страшнее»

Можно сказать: «Я не испугался, я просто год терять не хотел!» Но если честно, в России и так жить страшно, попасть в армию — еще страшнее. Как только ты принимаешь присягу, все законы перестают действовать, и твоя жизнь переходит во власть других людей. Избиения, дедовщина, драки — старшие по званию закрывают глаза на эти преступления. Результатом такого отношения к людям можно назвать историю стрелка Рамиля Шарафутдинова из Читы. Часто всплывают данные про «подозрительные» суициды в армии. Все выставляется как неуравновешенная психика человека, его личные проблемы. Но если задуматься, то виновник очевиден — армия и беззаконие в ней.

Я понимал, какие люди идут служить. Для меня важно, с кем я проведу целый год, и судя по рассказам друзей, в армии элементарно не с кем поговорить. Мне кажется, туда идут малообразованные, без интересов и хобби. Армию можно поблагодарить только за то, что научишься выдерживать любые оскорбления и унижения.

В целом российская армия для меня — это структура, которая очень хорошо «перерабатывает» человека. В какой-то момент тебя отправят убивать и умирать, а ты не станешь возражать. Я против войны и оружия, это идет вразрез с моими принципами.

«Предварительный диагноз «органическое расстройство личности» я получил за свои убеждения в бессмысленности войны и армии»

У меня было мало времени подготовиться к медкомиссии и обдумать, как избежать армии. Прочитал в интернете, что некоторые «косят» через психушку. Решил попробовать. Как оказалось, получить направление от военкомата на обследование в психбольницу, а значит и временное освобождение, несложно.

Меня и еще нескольких ребят привезли на медкомиссию. Мы вошли на закрытую территорию, разделись, отдали телефоны, взяли личные дела и пошли по врачам. Атмосфера была ужасная. Жуткое чувство, когда перед тобой сидят военные и врачи, а ты ходишь между ними совершенно голый. Это незаконно. Никто не может заставить человека раздеваться в общественном месте, и нигде в правилах не написано, что именно так нужно проводить медкомиссию.

В конце медосмотра я зашел в кабинет психиатра или психолога, точно не помню. Врач, мужчина средних лет, спросил: «Пойдешь в армию?». Я ответил, что не знаю: результатов медкомиссии еще нет и неизвестно, годен ли я. Он спросил заново: «В армию пойдешь?», — мой ответ не изменился. И так по кругу три-четыре раза. Потом он начал просто орать, повторяя этот вопрос. Я стоял напротив него и игнорировал. В итоге он поставил какую-то отметку в личном деле и отправил в соседний кабинет.

За дверью сидела женщина-психиатр, на столе у нее пепельница. Она закурила при мне и начала разговор. «Почему не хочешь в армии служить?», «Зачем тебе ложиться в больницу?», «Твоя жизнь после диагноза в личном деле будет сломана, готов к этому?». Я честно отвечал, что не хочу держать оружие, не хочу убивать людей и хочу лечь на обследование . Женщина попробовала меня убедить словами о патриотизме, чести и долге перед Родиной, но я стоял на своем.

Беседа прошла спокойно. В конце она выписала направление на обследование в психбольницу. По сути, предварительный диагноз «органическое расстройство личности» я получил за свои убеждения в бессмысленности войны и армии. Я ведь не кривил душой и не притворялся суицидником, просто высказал свое мнение и описал свои идеалы. Видимо, для военкомата ненормально, что кто-то не хочет убивать.

«Я сбежал из психушки через четыре дня»

Мне дали направление на обследование в Республиканскую Клиническую Психиатрическую больницу имени академика Бехтерева в Казани. Семья и друзья отнеслись к этой новости с негативом, я слышал от них фразы: «В психушку ложиться? Ты себе жизнь испортишь! Так нельзя, лучше бы отслужил».

Страшно не было. Я адекватный и ложился в больницу на время. Но когда пришел и увидел, как за мной на засов закрываются железные двери и через них никого не выпускают, стало жутко.

Психиатрическая больница изнутри выглядит как обычное советское здание с протекающей крышей и палатами по 15-20 человек. Кроме разделения на мужскую и женскую часть есть два отделения: для «спокойных» (не опасных для окружающих) и «буйных» (агрессивных). Я лежал в первом. В палате со мной были алкоголики, мелкие преступники и «хроники». Оказалось, что некоторые не желающие работать пожилые люди буквально прописываются в психбольнице и живут на попечении государства.

Люди и жизнь в психушке мне как морально неподготовленному человеку казались очень жесткими. Я вообще немного романтизирован обстановку в медучреждении, ведь многие поэты и творческие люди лечились здесь, даже вдохновлялись и писали произведения в этих стенах. Но не совсем представлял, какой окажется эта романтика.

По закону у большинства пациентов забирают телефоны, но мне разрешили пользоваться смартфоном и интернетом. Это помогло хоть как-то скоротать время. Для остальных развлечением были шкаф с книгами, просмотр телевизора по расписанию, хождение от стены к стене в коридоре и иногда прогулка на свежем воздухе. Неофициально можно курить в туалете, но сигареты были в дефиците. И то ли от того, что люди докуривали до конца, то ли от того, что прятали, их руки выглядели отвратительно. Прожженные до мяса, с незаживающими ранами. После этого зрелища я сразу бросил.

Ночевать в больнице страшно. Даже если в палате все кажутся адекватными, ты не знаешь, чего от них ожидать. Мой сосед, например, все время сидел и смотрел на меня. Я засыпаю-просыпаюсь, поворачиваю голову — а он молчит и смотрит. Помню мужчин под галоперидолом (нейролептик, — прим. Enter). Они вели себя агрессивно и без препаратов представляли опасность для себя и окружающих. Например, один бил стекла, а потом резался. С другим, казавшимся мне нормальным, я пытался заговорить. Но на любой вопрос человек отвечал: «Я болею», — и все. Однажды вместе с санитаром я посетил острое мужское отделение. Атмосфера у них совсем другая, как в фильмах ужасов: все сидят или спят на полу, санитары бьют людей.

Я пролежал в больнице четыре дня. Мое обследование состояло из четырех встреч с разными врачами. У психолога мне предложили решить тест с картинками «живое-не живое» (нужно было отделить камни от людей и тому подобное). Остальные врачи, от которых зависело медицинское заключение, были в летних отпусках. Оказалось, ждать их придется почти месяц. Оставаться в психбольнице так надолго я, естественно, не хотел. Поэтому пришел к главному врачу, спокойно написал заявление на отказ от психиатрического обследования и меня отпустили. Диагноз не подтвердился, новый не поставили, так что родственники и друзья могут быть спокойны: на будущее этот опыт никак не повлияет.

«Лучше выдержать 30 дней в психиатрической больнице, чем год провести в армии»

С момента выписки с военкоматом я не контактировал, но я продолжаю быть призывником. В следующем полугодии, когда мне, скорее всего, вручат повестку, попробую написать заявление на альтернативную гражданскую службу. Этот вариант даст время, чтобы найти у себя «подходящие» проблемы со здоровьем.

Не считаю, что лечь в психбольницу было глупым поступком, но все же я мог изучить закон и найти альтернативные варианты. По неопытности психушка казалась единственно верным решением. До сих пор думаю, что лучше морально подготовиться и выдержать 30 дней в психиатрической больнице, чем год провести в армии.

Иллюстрации: Рената Фогель

В октябре на Международном конгрессе World Urban Parks анонсировали создание стратегии развития прибрежной зоны Казанки. Она предполагает объединение исторических памятников и природных территорий в непрерывный историко-экологический маршрут.

До презентации итогового проекта в городе пройдут несколько встреч в рамках программы «Диалоги о реке». Enter побывал на первой в Центре современной культуры «Смена» и узнал, как горожане и эксперты идентифицируют Казанку.

Для чего нужна стратегия развития Казанки

Проект развития прибрежных территорий Казанки был запущен по инициативе президента Республики Татарстан. Возможность разрабатывать стратегию досталась Orchestra Design. Студия уже имеет опыт работы со стратегиями общегородского масштаба, и отличается тем, что делает проекты только с участием горожан. Например, участвуя в разработке Москвы-реки, они проводили социокультурные исследования, а в Казани их цель — выстроить прогрессивный диалог с жителями и совместно принять решения по проекту.

В результате должна появиться крупнейшая эко-система прибрежных парков, которая станет экологическим и образовательным ресурсом устойчивого развития города. Ради этого и проводятся открытые дискуссии «Диалоги о реке». Параллельно свои предложения можно внести на специальном сайте.

Разбираться в вопросе культурной идентичности Казанки пригласили известных краеведов, историков и экскурсоводов. На встрече в «Смене» эксперты рассуждали о небрежном отношении к реке в прошлом, ее истории, значении для России и народа.

Река-легенда

Первое, о чем вспомнили участники дискуссии — легенда об упавшем золотом котле и происхождении слова «Казанка». Согласно преданию, старший сын булгарского хана Габдуллы Алтынбек решил разбить стоянку на берегу неизвестной реки. Он послал слугу набрать воды в золотой котел, но тот уронил казан в воду. Случай дал название реке, а впоследствии и городу на ее берегу. Азат Ахунов, ведущий научный сотрудник Института языка, литературы и искусства им. Г. Ибрагимова АН РТ, напомнил забытый миф о Зиланте, живущем на месте зарождения Казани. С рассказом о змеином короле с герба Татарстана связаны Зилантова гора и Зилантов монастырь на берегу реки. Эксперт отметил, что важным шагом для построения идентичности Казанки является популяризиризация сказаний. Места, связанные с ними, могут стать точками притяжения туристов.

Другие спикеры попросили не забывать и об Адмиралтейской слободе, на которой по указанию Петра I развернулось кораблестроение будущей Каспийской флотилии для войны с Персией. До начала ХIХ века Казань была «воротами на Восток» для России, и этот факт тоже может пригодиться при проектировании.

С чем Казанка ассоциируется у горожан

Один из путей идентифицировать реку — построить ассоциации с тем, что когда-либо находилось на ее берегах. На встречу эксперты принесли фото. Краевед Марк Шишкин показал участникам встречи вид на город, открывающийся со старого Федоровского бугра, где сейчас стоит НКЦ. Он отметил, что раньше в Казани было много мест с доступом к воде и много смотровых площадок. Сейчас единственная набережная не выполняет этих функций — через полтора километра пешеходы упираются в тупик из-за высокого забора на Федосеевской. Фактически казанцам отсекли подход к реке и берег стал «зоной отчуждения».

Краевед-любитель Илья Евлампиев рассказал, как в 1970-90-е годы на Казанке прямо под стенами Кремля занимались парусным спортом и водными лыжами. По его мнению, спортивный досуг имеет значение для формирования образа реки. На прежнем месте можно развить популярный вид гребли сапсерфинг, пустить моторные лодки и заниматься подводным плаванием, а зимой устраивать спринты для лыжников. В Хельсинки городская застройка выходит к воде и пришвартованные катера являются частью архитектуры, с аналогичным запросом обратились к студии Orchestra Design.

Основными «пользователями» берега Казанки всегда была шумная молодежь. В XIX веке из-за нарушения городского спокойствия периодически происходили судебные разбирательства. Чтобы избежать негативный опыт, Казани нужны новые организованные места отдыха у воды. При этом нельзя игнорировать ставшие важными для города курение кальяна и приготовление шашлыков на берегу реки. Эксперты предложили молодым людям взять на себя роль общественных инспекторов и самим следить за чистотой таких мест вместо запретов и ограничений.

Активное участие во встрече приняли и экозащитники, для которых Казанка является особым местом. Люди из объединений «Защитники Казанки на Гаврилова» и «Волга и народ против» прежде всего требовали остановить стройку высокоэтажного дома на ул. Гаврилова, прекратить заливать набережные в бетон и сохранить зеленые массивы. По их мнению, примером для будущих проектов должна стать экологическая набережная в селе Муслюмово, не потерявшая своего природного богатства. То, что происходит в реальном времени, защитники окружающей среды называли убийством.

Новые столицы

Сейчас в России 28 рек с названием Казанка, и в Татарстане, по мнению горожан, находится главная из них. Чтобы подтвердить этот статус, участники дискуссии предложили создать музей Казанки и ежегодно в середине лета устраивать праздник-фестиваль. Событие потенциально могут организовать разные сообщества по интересам, базирующиеся на Казанке: кружки спортивного ориентирования, китайских чайных церемоний, эковолонтеры, барабанщики, увлекающиеся фотоохотой и бердвотчингом. Как именно это должно происходить, пока непонятно. Возможно, в рамках праздника когда-нибудь устроят предложенную горожанами выставку змей-Зилантов и стрит-арт работ на мифологическую тему в историческом центре Казани. Дмитрий Шиллер, председатель регионального отделения РГО, предложил поработать с золотоордынской эпохой и сделать это еще одним брендом Казани. Вместе с тем Казань можно перепозиционировать в экологическую столицу России. Как аргумент — наличие уникальной территории зеленых массивов в десять раз больше Центрального парка Нью-Йорка.

Невозможно предсказать, что из озвученного на первой встрече войдет в итоговый проект стратегии развития реки. Orchestra представит его по итогу цикла образовательных семинаров и публичных дискуссий. В их планах — создание единого парка из 12 разных прибрежных территорий, занимающих 3 000 гектаров по всей длине Казанки.

Изображения: Рената Фогель