За любым привычным местом или событием скрывается внутренняя жизнь, которую посетители почти никогда не видят: рабочие смены, бюджеты, форс-мажоры и десятки людей, благодаря которым все это работает. Именно туда мы будем заглядывать в новой рубрике Enter «Как это устроено» — и на конкретных людях, цифрах и историях показывать изнанку знакомых городских процессов.

Первым для рубрики выбрали Казанский зооботсад. Выяснили, кто приходит сюда раньше всех, почему рацион слона обходится в 500 000 рублей в месяц, как лечат льва и перевозят тигров, зачем грифам приемные дети, как киперы находят общий язык с подопечными и почему животные совсем не обязаны вам позировать.

От университетского сада до «Реки Замбези»

История Казанского зооботсада началась с растений. В 1806 году при Императорском Казанском университете появился ботанический сад, одним из основателей которого был профессор Карл Фукс. В 1830-м для него приобрели землю на берегу озера Средний Кабан — здесь и сформировалось историческое ядро современного зооботсада. Через четыре года построили каменную оранжерею, а к середине XIX века сад стал одним из крупнейших в стране.

Животные появились здесь почти столетие спустя. В 1924 году студенты и участники кружка «Любители природы» организовали зоологический уголок, первыми обитателями которого стали волчонок, два лебедя и раненый орел-могильник. В 1931 году зоопарк объединили с ботаническим садом — так появился Казанский зооботанический сад. Во время Великой Отечественной войны сюда эвакуировали около 80 животных из Ленинградского зоопарка, в том числе слона, гепарда, льва и носорога.

Следующий масштабный этап начался уже в XXI веке. В 2015 году стартовало строительство новой территории, получившей название «Река Замбези», а в 2019-м работы завершились. Сегодня зооботсад состоит из двух территорий площадью по семь гектаров каждая.

Архивные фотографии

Сейчас в зооботсаду работает 170 человек, а коллекция насчитывает 141 вид животных. Среди них 27 видов занесены в Международную Красную книгу, десять — в Красную книгу России и четыре — в Красную книгу Татарстана. В ботанической коллекции представлены 13 видов из Красной книги России и пять — из Красной книги Татарстана.

Единой средней стоимости содержания одного животного здесь нет — слишком разными оказываются их потребности. Например, на рацион слона ежемесячно уходит около 500 000 рублей, нильского крокодила — порядка 100 000 рублей. Тигр за год съедает мяса примерно на миллион рублей, а годовой рацион суриката обходится примерно в 11 000 рублей.

Теперь изменения ждут историческую территорию. Будущая концепция должна определить, как сохранить историческую и ботаническую ценность территории и одновременно сделать ее комфортнее для животных и посетителей.

В начале августа Enter и Казанский зооботсад запустили «Клуб опекунов» — новый формат программы попечительства. Он объединит действующих и будущих опекунов в сообщество, сделает их вклад заметнее и поможет рассказывать о работе зооботсада через медиа, события и совместные инициативы. Первым участником клуба стал Enter, взявший под опеку гориллу Квабену.

До открытия ворот

Рабочий день большинства сотрудников Казанского зооботсада начинается в 8:00. Первое, что делают специалисты зоологических отделов, — обходят своих подопечных. Проверяют, как животные провели ночь, поели ли корм, в каком состоянии вольеры и не изменилось ли что-то в поведении. Даже экскременты становятся источником информации: по ним можно заметить проблемы со здоровьем.

Светлана Курбашкина
заведующая отделом «Хищные»

Бывает, вечером животное было абсолютно здоровым, а утром что-то изменилось. Работник, который видит его каждый день, может просто сказать: «Сегодня медведь какой-то не такой». Для нас уже одной этой фразы достаточно, чтобы несколько раз его проверить и сообщить ветеринарному врачу. После этого животное остается под особым наблюдением.

После осмотра начинаются уборка, кормление и подготовка вольеров к открытию. При этом у каждого обитателя есть собственный утренний сценарий. Бурая медведица Маша, например, любит начинать день с купания в бассейне. Другие первым делом присматриваются к сотруднику и проверяют, не принес ли он чего-нибудь интересного в карманах. А степной орел Петрушка здоровается и прощается с работниками и узнает людей даже без рабочей формы.

Подстраивать всех животных под расписание посетителей здесь не пытаются. У каждого вида свой биологический ритм, а у каждого конкретного животного — характер и настроение.

Например, тигры — сумеречные животные, у них свой ритм жизни. Бывает, что активно гулять они начинают уже после того, как посетители уходят. Поведение может меняться в период размножения или просто в зависимости от состояния конкретного животного.

После закрытия зооботсад тоже не остается без присмотра. Ночью территорию охраняют сотрудники безопасности, а за животными продолжают следить через камеры. Изображение с некоторых из них выведено прямо на телефоны заведующих отделами — особенно если недавно приехало новое животное или кто-то из подопечных болеет и требует дополнительного контроля. При необходимости специалисты остаются на ночь или приезжают в зооботсад раньше обычного.

Все наблюдения фиксируются документально. В каждом отделе есть свой журнал с незамысловатым названием «Наблюдение за животными»: туда ежедневно записывают изменения в поведении, аппетите и состоянии подопечных.

При этом четкой границы между тем, кто «руководит», а кто непосредственно ухаживает за животными, внутри зооботсада практически нет. Если на участке не хватает человека, заведующий или зооинженер тоже надевает сапоги и идет мыть вольер.

Светлана Курбашкина
заведующая отделом «Хищные»

У нас есть руководитель отдела, зооинженеры и работники по уходу за животными, но здесь нет такого: «Это не моя работа». Если нужно — все идут помогать. Зоопарк вообще такой праздник, который всегда с тобой.

Кухня зооботсада

Рацион каждого обитателя Казанского зооботсада рассчитывают заранее и пересматривают с учетом сезона, возраста, состояния здоровья и особенностей конкретного вида. Зооинженеры составляют меню на квартал, а кормокухня уже переводит его в суточные объемы и готовит продукты для каждого отдела. Если в зооботсад приезжает новое животное или у кого-то меняется состояние здоровья, рацион корректируют отдельно.

У каждого животного есть свое меню, но внутри вида набор продуктов может быть похожим. Например, если одному из хищников особенно нравится печень, сотрудники могут иногда дать ее чуть больше в качестве лакомства, но базового рациона все равно придерживаются. Часто он основан на рекомендациях крупных зоопарков. Для недавно прибывших животных могут сохранять привычное питание из предыдущего места обитания.

При этом натуральными продуктами дело не ограничивается. В зооботсад закупают специальные готовые смеси — комбикорма и мюсли, разработанные под конкретный вид и возраст. Например, корма для лошадей, пони, слонов, пожилых животных и молодняка: состав отличается количеством витаминов, минералов и питательных веществ.

Самый большой объем еды, ожидаемо, нужен крупным животным, но самое разнообразное меню — у приматов. Помимо фруктов и овощей они получают орехи, печенье, сыр, сливочное масло, соки и даже чай.

Алия Иванова
заведующая отделом «Кормокухня»

Иногда поставщики спрашивают: «Зачем вообще животным сливочное масло?». То же самое с чаем, сыром или печеньем. Но это не основа питания, просто небольшие лакомства, которые используют, например, во время тренингов. Приматам мы действительно завариваем чай и можем давать его индивидуально из бутылочек. 

В естественный рацион некоторых рептилий и хищников входит и живой корм. Крокодилы, например, могут есть раз в неделю, а питоны получают еду в соответствии с особенностями вида.

Но даже при строго рассчитанном рационе у животных остаются собственные вкусы. Любимые продукты могут меняться буквально каждые несколько недель.

Светлана Курбашкина
заведующая отделом «Хищные»

У одного из белых медведей был свой топ продуктов. Какое-то время он обожал огурцы и мог есть их постоянно. Потом внезапно переставал и переключался на груши — за них уже был готов чуть ли не плясать и кувыркаться. Потом появлялось что-нибудь новое. Они тоже капризничают: сладкие покупные яблоки съедят с удовольствием, а яблоки с чьего-то огорода могут оставить, потому что те не такие сладкие.

Заставлять животное съесть продукт, который ему не нравится, никто не будет. Если речь не идет о проблемах со здоровьем, сотрудники просто наблюдают за аппетитом и поведением. При этом отказ от привычной еды может стать сигналом для дополнительного осмотра — именно поэтому за тем, сколько и что съел каждый подопечный, следят особенно внимательно.

Еда здесь выполняет еще одну функцию — помогает разнообразить жизнь в вольере. Такое обогащение среды заставляет животное искать корм и проявлять естественное поведение. Приматам орехи и лакомства раскладывают по разным местам, чтобы их пришлось находить. Медведям зимой прячут еду в снеговиках или замораживают сок с ягодами и фруктами. Иногда сотрудники делают и специальные «торты» ко дню рождения — разумеется, из разрешенных продуктов. У выдры это может быть рыба с красиво нарезанной морковью, а у медведя — замороженные фрукты и ягоды.

Именно поэтому кормить животных собственной едой посетителям запрещено. Их рацион рассчитан с учетом веса, возраста и физической активности, а в качестве продуктов сотрудники уверены. Булки, чипсы и конфеты этого баланса не учитывают.

Алия Иванова
заведующая отделом «Кормокухня»

Животные очень хорошо умеют смотреть на человека просящими глазами. Но это не значит, что они голодные. Они просто знают, что у посетителя может быть что-то вкусное. Конечно, условную конфету животное выберет охотнее морковки, но после этого мы получаем нарушения пищеварения. Раньше после выходных ветеринарам иногда приходилось обходить животных именно из-за такого перекорма. Были и тяжелые случаи. Поэтому «угостить» — это совсем не добрый поступок.

Как различать сурикатов

За каждым обитателем зооботсада стоят люди, которые знают сколько и когда его кормить, как он обычно спит, чего боится и в каком настроении проснулся. Таких специалистов называют киперами — они ежедневно ухаживают за животными, наблюдают за их состоянием, убирают вольеры, проводят тренинги и занимаются обогащением среды.

У Екатерины под опекой сурикаты, шпороносные черепахи, даманы Брюса, гамадрилы, белоголовые сипы и грифы. Дарья работает с хищниками: двумя амурскими тиграми, львами, гепардами, сервалами, пятнистыми генеттами и большеухими лисицами. Последних она называет своими фаворитами — может подолгу наблюдать за ними, даже когда те просто спят.

Поначалу животные одного вида могут казаться практически одинаковыми, но со временем киперы начинают различать их не хуже людей. Екатерина узнает суриката Мусю по короткому хвосту, задумчивого Тормозка — по сероватой голове и поведению, а Кусаку — по привычке устраивать подкопы. Даже среди нескольких десятков похожих даманов постепенно становятся заметны разная форма ушей, глаз и головы.

Екатерина Чертова
рабочий по уходу за животными, отдел «Слоновник»

Когда я только пришла, вообще не понимала, как сотрудники их различают: мне казалось, что они абсолютно одинаковые. Но чем больше работаешь с животными, тем больше замечаешь отличий — и во внешности, и в характере. Гамадрилы, например, для меня сейчас вообще все разные: кто-то худенький, кто-то толстенький, у кого-то торчат ушки. Их уже ни с кем не спутаешь.

То же самое происходит с большими кошками. Гепардов сотрудники различают по индивидуальному рисунку пятен над глазами, тигров — по полоскам, а остальных животных — по форме морды, телосложению, окрасу и поведению. Не меньше внешности характер проявляется в пищевых предпочтениях: один зверь любит определенный продукт, другой отказывается от него, а третий согласен есть, только если корм подали привычным способом. Для кипера такие мелочи становятся инструментами, с помощью которых можно выстраивать работу с конкретным животным.

Животные, в свою очередь, тоже различают сотрудников. Черепаха Джена ползет навстречу Екатерине, потому что та подкармливает ее во время уборки, а даманы реагируют уже на звук открывающейся двери. Сип Чирик узнает свою кличку и бежит встречать кипера, а гамадрилы запоминают, от кого чаще можно получить лакомство. У Дарьи особенно хорошо узнавание заметно у львиц: даже если кипер находится среди посетителей за стеклом, животное выделяет знакомого человека из толпы и следит именно за ним.

При этом задача кипера — не стать для животного другом в человеческом понимании. Дарья предлагает для хороших отношений другое, неожиданное определение — стать «тумбочкой».

Дарья Снигуренко
рабочий по уходу за животными, отдел «Хищные»

Хорошее взаимодействие животного и кипера — это когда вы тумбочка. Вы ходите рядом, а животное лежит и занимается своими делами: моется, ест, спит. Если приходит незнакомый человек, оно будет настороженно следить за ним, потому что не знает, чего ожидать. А на вас не обращает внимания. Вы просто существуете рядом и друг другу не мешаете. Мне кажется, это и есть показатель доверия.

Степень такого соседства зависит от вида. Екатерина может находиться в одном вольере с сурикатами, черепахами, даманами, сипами и грифами, но никогда — с гамадрилами, слоном или крокодилами. Дарья работает в прямом контакте с генеттами и большеухими лисицами, частично — с сервалами. А львов, тигров и гепардов от сотрудников всегда отделяет барьерное ограждение. Чтобы убрать их вольеры, животных переводят из одного отсека в другой и закрывают переход. Большинство давно привыкли к процедуре и воспринимают ее как ежедневную рутину. С недавно прибывшими тиграми сложнее: иногда киперу остается открыть переход и ждать, пока животное само решит переместиться. Помочь могут мясо, игрушка или новый запах, но заставлять животное не будут.

Дарья Снигуренко
рабочий по уходу за животными, отдел «Хищные»

Самое главное в работе с животными — терпение. Ты можешь придумать лучшее обогащение среды, предложить самую вкусную еду, но ему сегодня просто лень. Оно живое и может ничего не хотеть. С тиграми иногда так и работаешь: открываешь переход и ждешь, что случится чудо. А чтобы немного помочь чуду случиться, кладешь туда что-нибудь интересное.

На терпении строятся и медицинские тренинги. Животных постепенно учат вставать на весы, показывать лапу, ложиться на бок и спокойно переносить другие необходимые процедуры. Нужное действие закрепляют лакомством, а направлять животное может специальный таргет — палочка с наконечником, за которой оно учится следовать. Главное отличие такого тренинга от принуждения в том, что животное всегда может отказаться.

Разговаривать с подопечными киперам никто не запрещает — и оба специалиста признаются, что делают это постоянно. Екатерина здоровается утром, спрашивает, как дела, рассказывает новости и делает комплименты любимице-даману Мамонтенку. Дарья относится к этому чуть прагматичнее: содержание человеческой речи животные вряд ли понимают, зато хорошо различают голос и интонацию. Новым животным из дикой природы иногда даже включают радио, чтобы они привыкали к звучанию человеческой речи.

Как лечат льва

К сожалению, обитатели Казанского зооботсада не могут объяснить врачу, что их беспокоит. Поэтому первыми изменения обычно замечают сотрудники, которые каждый день ухаживают за животными. Они знают привычки и характер своих подопечных и могут обратить внимание даже на небольшие отклонения — отказ от еды, необычную позу или непривычное поведение.

Привычной человеку ежегодной диспансеризации у животных нет. Чтобы полноценно осмотреть большинство диких видов, взять кровь или провести УЗИ, их пришлось бы вводить в наркоз, а это дополнительный стресс и риск. Поэтому такие исследования проводят по показаниям. При этом в зооботсаду действует план обязательных противоэпизоотических мероприятий: животных исследуют на инфекции и паразитов, несколько раз в год проводят профилактические обработки.

Для лечения небольших животных на территории есть собственный ветеринарный блок. С крупными пациентами сложнее: перевозить, например, льва ради операции — отдельная и не всегда оправданная задача. В таком случае «полевую» операционную могут развернуть прямо в одном из помещений вольера: пространство обрабатывают и устанавливают необходимое оборудование.

Если собственных возможностей недостаточно, зооботсад привлекает сторонних ветеринарных специалистов. А раньше случалось обращаться даже к человеческим врачам: однажды для животного со сломанным клыком приглашали стоматолога. Сейчас подобные задачи в основном решают вместе с профильными ветеринарными клиниками и специалистами.

Не для каждой медицинской процедуры нужен наркоз. Взвешиваться некоторых животных специально учат. У слона, например, есть собственная платформа с весами, на которую он встает по команде. Аналогичная система предусмотрена у жирафов. Животных постепенно приучают заходить на весы за лакомство и спокойно стоять на непривычной поверхности. Постоянно контролировать вес каждого обитателя необходимости нет — обычно это делают, когда животное болеет или нужно, например, точно рассчитать дозировку препарата.

С лекарствами приходится быть изобретательнее. Хищнику таблетку можно спрятать в кусочке мяса, медведю растолочь и смешать с медом, а слону добавить в отруби. Но гарантии, что пациент ничего не заметит, нет.

Гульнур Миндубаева
ветеринарный врач 1-й категории

У них есть удивительная способность чувствовать лекарство. Если животное его распознало, начинается настоящее представление — приходится уговаривать, искать любимый продукт, придумывать новый способ. Иногда это буквально танцы с бубном. Насильно никто ничего не делает: сотрудники знают своих животных и в итоге обычно находят способ договориться.

Все лечение и изменения состояния фиксируют в документации: у отделов есть журналы ежедневных осмотров и другие ветеринарные записи. Причем история животного не обязательно начинается в Казани — многие обитатели приезжают сюда уже взрослыми.

Есть у ветеринарной работы и неизбежная часть — смерть подопечных. После нее тела передают специализированным организациям на кремацию. Но в отдельных случаях история животного на этом не заканчивается. Если оно представляет научную ценность и причина смерти позволяет сохранить материал, останки могут передать университетам и музеям.

Гульнур Миндубаева
ветеринарный врач 1-й категории

Например, после смерти бегемота или слона можно сохранить череп — где еще студент сможет увидеть такой материал? У нас уже есть экспонаты, переданные в ветеринарный институт. Поэтому в отдельных случаях животное и после смерти продолжает помогать — уже в обучении будущих специалистов.

Переезд в Казань

Пополнение коллекции Казанского зооботсада совсем не похоже на поход в магазин: просто решить, что здесь не хватает жирафа или тигра, найти подходящего и привезти его нельзя. Многие виды относятся к редким и охраняемым, поэтому происхождение каждого такого животного должно быть подтверждено документами. Зооботсаду необходимо доказать, что оно не было незаконно изъято из природы, получить разрешения на содержание и перевозку, а в случае международного переезда — пройти дополнительные согласования.

Александр Малев
заместитель директора по зооветчасти

У людей есть стереотип: захотел зоопарк жирафа — пошел и купил. На самом деле все намного сложнее. Сначала животное нужно найти, а выбор не такой большой. Затем получить кучу разрешений и подтвердить его происхождение. Если мы передаем своего животного другому зоопарку, то тоже должны убедиться, что там есть подходящие условия для его содержания. Просто отдать его кому угодно нельзя.

Получить животное можно несколькими способами. Зоопарки покупают их друг у друга, обмениваются или передают бесплатно в рамках программ сохранения редких видов. Последний вариант особенно важен для небольших популяций: если представителей вида в зоопарках осталось мало, специалисты следят за генетическим разнообразием и могут передавать животных в другие учреждения для создания новых пар. Однако «бесплатно» в этом случае не означает отсутствие расходов — международная перевозка, оформление документов и таможенные процедуры иногда обходятся дороже самого животного.

Отдельная задача — собственно переезд. Если расстояние небольшое, животных могут перевозить на автомобиле, а для долгих маршрутов стараются выбирать самолет, чтобы сократить время в дороге и уровень стресса. Для каждого вида существуют свои требования к транспортировочным контейнерам: у хищников они должны быть дополнительно укреплены металлом, у птиц предусмотрена сетка, учитываются размеры животного, вентиляция и даже устройство поддона.

По приезде в зооботсад животным всегда дают время на адаптацию к новому месту обитания. Одно из главных правил — дать ему самостоятельно выйти в вольер. Иногда это происходит сразу, иногда приходится ждать несколько часов: сотрудники не торопят и не пытаются подталкивать подопечных.
После новый обитатель постепенно знакомится с пространством, запахами и распорядком, а киперы наблюдают за его поведением и привычками. Одновременно происходит знакомство друг с другом — животное привыкает к людям, которые будут ежедневно за ним ухаживать, а сотрудники учатся понимать его характер и реакции.

Зайка и лужайка

Прежде чем создавать пару, специалисты оценивают, нужно ли потомство конкретного вида и сможет ли зоопарк в дальнейшем оставить его у себя или передать коллегам. Содержать бесконечно растущую семью невозможно — особенно если речь идет о крупных хищниках.

Александр Малев
заместитель директора по зооветчасти

 Допустим, у нас есть два льва-самца и две самки. Если их соединить, они размножатся: беременность длится около трех месяцев, родятся несколько котят, они вырастут — и что дальше? Каждый будет съедать примерно по десять килограммов мяса, между взрослыми животными могут начаться конфликты. Поэтому сначала мы должны понимать, куда сможем передать потомство и есть ли вообще в нем необходимость.

Но иногда задача ровно обратная — получить как можно больше потомства. Так произошло с балобанами, которых Казанский зооботсад разводит в рамках программы реинтродукции, чтобы впоследствии выпускать птиц в природу. Если в прошлом году здесь получили двух птенцов, то в этом благодаря инкубации их оказалось уже 18 — больше, чем изначально рассчитывали специалисты.

Пары тоже подбирают не случайно. У каждого животного есть паспорт с информацией о происхождении: где оно родилось, откуда приехало и кто его родители. Эти данные позволяют избежать близкородственного скрещивания. Для редких видов существуют специальные координаторы и международные базы, по которым можно найти потенциального партнера в другом зоопарке, связаться с коллегами и договориться о передаче животного.

Впрочем, подходящая по документам пара еще не гарантирует взаимной симпатии. Если отношения не складываются, специалисты ищут другого партнера.

Александр Малев
заместитель директора по зооветчасти

У нас была самка камышового кота, для которой мы перебрали несколько зоопарков в поисках самца. В итоге привезли кота из Пензы — уши отморожены, сам весь косой-кривой. Только выпустили — она его сразу приняла, и от них пошло потомство. Так что подобрать все исключительно по расчетам невозможно.

В будущем к естественному подбору пар может добавиться еще один инструмент. Совместно с КФУ зооботсад работает над созданием криобанка редких видов, где смогут храниться семенная жидкость, яйцеклетки и эмбрионы. Пока направление находится на начальном этапе.

Определить беременность тоже чаще всего помогают не тесты и УЗИ, а опыт сотрудников. У каждого вида свой цикл и срок вынашивания, а специалисты замечают изменения во внешности и поведении. Самка может округлиться, изменить аппетит или начать готовить место для появления потомства. Медведица, например, перед рождением детенышей отказывается от еды и обустраивает берлогу. УЗИ в зооботсаду есть, но специально для подтверждения беременности его пока не используют.

В большинстве случаев животные справляются с родами самостоятельно. Вмешательство требуется, если возникают осложнения — например, плод расположен неправильно. Чаще помочь удается копытным: сотрудники вместе с ветеринарами уже принимали у них сложные роды. С хищниками подобное вмешательство гораздо труднее и опаснее.

После рождения главная задача — по возможности оставить детеныша с родителями. Искусственное вскармливание здесь считают крайней мерой: животное, выращенное человеком, может слишком сильно к нему привязаться и впоследствии хуже взаимодействовать с представителями собственного вида.

Иногда для этого приходится искать приемную семью. Однажды в инкубаторе зооботсада появился птенец белоголового сипа. Биологическая мать его не приняла и попыталась атаковать, зато у пары черных грифов в это время оказалось неоплодотворенное яйцо. Его заменили птенцом сипа — и грифы начали воспитывать его как собственного. Позже таким же образом они вырастили еще одного птенца.

Александр Малев
заместитель директора по зооветчасти

Мы стараемся не выращивать детенышей искусственно без необходимости. Если животное с рождения находится только рядом с человеком, у него может нарушиться поведение: оно привыкает к людям и потом не всегда воспринимает представителей своего вида как партнеров. Поэтому даже если родные родители отказались от малыша, сначала стараемся найти другие варианты.

Гориллы против ивы

В названии Казанского зооботсада неслучайно есть корень «бот». Сегодня его ботаническая коллекция насчитывает 1 136 таксонов и около 11 000 экземпляров растений открытого и защищенного грунта. Среди них — 18 видов, занесенных в Красные книги России и Татарстана. Некоторые растения живут здесь дольше нескольких поколений сотрудников и посетителей: казацкому можжевельнику около 140 лет, канарскому финику в оранжерее — около 100, а двум пальмам трахикарпуса высокого — примерно 180 и 190 лет.

Есть в коллекции и растения с куда более необычными особенностями. Например, лесной кактус селеницереус, известный как «царица ночи», распускается только в темное время суток, а к утру его цветок закрывается. Другой редкий экземпляр — аморфофаллус коньяк. Во время цветения он источает запах гнилого мяса, поэтому его также называют трупным цветком. В природе такой аромат выполняет вполне практическую задачу — привлекает мух-опылителей.

Соседство ботанической и зоологической коллекций требует отдельного подхода к озеленению вольеров. Растения подбирают под конкретный вид животного и его привычки: исключают ядовитые и те, что могут вызвать аллергическую реакцию. Но даже безопасная посадка еще не означает, что она надолго задержится в вольере.

Виктория Григорьева
заведующая ботаническим отделом

Мы постоянно экспериментируем вместе с зоологами. Например, в уличных вольерах шимпанзе и горилл решили посадить красную бузину — и неожиданно она животных совершенно не заинтересовала. А вот с ивами у горилл получилось наоборот: не прошло и дня, как кусты были уничтожены. Тогда мы высадили шиповник. Он колючий, гориллам такой вариант не понравился, поэтому его они уже не тронули.

Особые отношения с растениями складываются и у больших кошек. Гепарды, львы и тигры используют их для маркировки территории, причем особенно сильно от этого страдают хвойные деревья и кустарники. Поэтому ботаники стараются размещать чувствительные посадки подальше от мест, где животные чаще всего гуляют и оставляют метки.

Специально выращивать корм для животных ботанический отдел не может: его основная задача — сохранять коллекцию, а свободных площадей для полноценного питомника нет. Зато результатами регулярного ухода здесь делятся с соседними отделами. Срезанные ветки ивы, вяза и других безопасных растений передают животным для обогащения среды, а в сезон к ним могут добавиться излишки кабачков и тыкв.

Работа с коллекцией продолжается круглый год, только вместе с сезоном меняется ее география. Осенью растения открытого грунта готовят к холодам: обрезают, подкармливают, обрабатывают от вредителей, мульчируют и при необходимости укрывают дышащими материалами. Зимой основная жизнь ботанического отдела перемещается в оранжерею — там растения продолжают поливать, подкармливать, обрезать, очищать и защищать от вредителей.

Блиц: что посетителям стоит знать о животных

Что посетители чаще всего делают неправильно?
Пытаются покормить животных, причем особенно часто — мартышек Бразза. Устройство вольера позволяет им протянуть лапу навстречу посетителю, поэтому животным регулярно передают конфеты и другую человеческую еду. Для сотрудников это одна из главных проблем, несмотря на предупреждающие таблички.

Почему нельзя кормить животных?
Все обитатели зооботсада получают полноценный рацион, рассчитанный специалистами, и в дополнительной еде не нуждаются. При этом животное вполне может взять предложенное лакомство, даже если не голодно. Конфеты и другие неподходящие продукты способны вызвать нарушения пищеварения и привести к серьезным проблемам со здоровьем.

Почему нельзя стучать по стеклу?
Животное может спать или просто отдыхать, а неожиданный резкий звук — напугать его и вызвать стресс. Причем предсказать реакцию невозможно: разные виды и даже разные особи реагируют на шум по-своему.

А кричать, чтобы животное повернулось?
Тоже не стоит. Во многих павильонах установлены толстые стеклопакеты, через которые животное посетителя, скорее всего, даже не услышит. К тому же оно не обязано подходить ближе или поворачиваться ради фотографии.

Почему животное может прятаться от посетителей?
Вольеры специально устроены так, чтобы у их обитателей был выбор: находиться на виду или уйти в укрытие и внутренние помещения. Поэтому отсутствие животного в экспозиционной части не означает, что с ним что-то случилось, — возможно, оно просто решило отдохнуть.
У каждого свой характер и свои раздражители. Например, горилла Мавинго особенно не любит крупные профессиональные камеры. Сотрудники замечали, что во время съемок он может подойти к фотографу или оператору и даже ударить по стеклу.

Нормально, если я пришел к тигру, а он весь день спит?
Да. Режим животных не подстраивают под часы работы зооботсада. Тигры, например, активнее в сумерках и могут проводить большую часть дня во сне, а гулять выходить ближе к вечеру. Сейчас казанские тигры еще и продолжают адаптироваться после переезда: первое время они почти не показывались посетителям, а теперь регулярно выходят во внешний вольер после 16:00.

Узнают ли животные людей?
Сотрудники не берутся утверждать, что животные запоминают постоянных посетителей, зато своих киперов они узнают точно. Особенно хорошо это заметно у приматов: шимпанзе и гориллы доверяют людям, которые ежедневно за ними ухаживают и проводят с ними тренинги. А слон Филимон узнает своего кипера Аделя и выполняет знакомые команды за лакомства.

На кого нужно учиться, чтобы работать в зооботсаду?
Один из основных путей — ветеринарное образование: специалистов с ним здесь довольно много. Но профильный диплом не всегда появляется раньше самой работы. Некоторые сотрудники приходят ухаживать за животными, а затем поступают на заочное или вечернее отделение и получают специальность уже параллельно с практикой.

Текст: Елизавета Богданова
Фото: Предоставлены Казанским зооботсадом, Алекснадр Копылов