За последние 10 лет барная культура в Казани сильно изменилась — заведения начали ценить не за дешевый алкоголь, а за концепт и качество, бары стали заметны в международных шорт-листах, и представители индустрии укрепились в рейтингах мировых конкурсов. Но остается в жизни бармена константа, без которой представить работу пока нельзя. И нет, это не шейкер, а добрые и не очень стереотипы о своей деятельности.
Enter совместно с баром More поговорили с казанскими бартендерами об отношении близких к их работе, рисках для печени на профессиональном пути и главных страхах сообщества в условиях кризиса. Рассказываем, почему индустрия — не про подработку, а про реальные возможности для реализации.
Моя любовь к стойке началась очень романтично — в первый же момент, как я увидел бар в вечер субботы. Сразу понял, не может быть бесперспективной сфера, в которой так много нестандартных людей и позитивного общения. Кстати, уже на момент поступления в университет я знал, что хочу развиваться именно в коктейльной индустрии, так что профессия политтехнолога была получена только для общего развития.
Родители, конечно же, отнеслись к выбору со скепсисом — на первом курсе я уже стоял за баром, что воспринималось в качестве временной занятости. Но прошло уже шесть лет с начала работы, они видят мои достижения и признают их. Тем более в 2019 году произошло одно из самых знаменательных событий в карьере — первый финал коктейльного конкурса, который запомнили и я, и мои близкие. Мероприятие изменило отношение родных к индустрии, а еще было настолько волнительным, что эмоционально перекрыло все остальные воспоминания.
Я работал в нескольких городах России, и в Казани, помимо чрезвычайно крутого гостеприимства, есть классный опыт по техникам приготовления напитков. Мы имеем лишь малую часть того алкоголя, что есть на российском рынке, из-за этого не всегда можем смешивать готовые спириты, а ищем альтернативы — кордиалы, гидролаты, домашние содовые и так далее. Локальный рынок в принципе более привередлив, тут есть аттестации при приеме на работу и профессиональная подготовка, после которой отсеивается 70% кандидатов. На федеральном уровне ситуация другая — рынок перенасыщен барами, и за неимением кадров владельцы вынуждены обучать своих сотрудников с нуля.
Нельзя сказать, что местные заведения отстают в чем-то — денег у нас меньше и цены ниже, зато знаем всех гостей в лицо
Но нельзя сказать, что местные заведения отстают в чем-то — денег у нас меньше и цены ниже, зато знаем всех гостей в лицо. А еще среди барменов очень тесное комьюнити, в котором огромное количество талантливейших людей. И если у тебя нет льда или лимонов, можешь быть уверен, что каждый будет готов поделиться своими, и так во всем.
Мы обмениваемся опытом и развиваем индустрию вместе. В этой сфере, как и в большинстве других, есть свои мастодонты, если можно так выразиться. К примеру, для меня это Денис Зоппи, Даниил Невский, Сальваторе Калабрезе. Они мотивируют и задают вектор развития. Это необходимо, особенно сейчас, когда я осваиваюсь на посту бар-менеджера и строю планы по открытию заведения.
К сожалению, из-за всей ситуации, рынок может стать «проходным» — хорошие кадры все чаще уезжают или меняют сферу деятельности. Наша команда сейчас принимает решения только в рамках поддержания благоприятного внутреннего эмоционального климата. Вообще говорить о ситуации в индустрии очень сложно. Людей в баре стало меньше, алкоголь заметно подорожал, и пока сложно регулировать ценник на напитки. Но интересно другое — концепция заведений начинает играть все большую роль, поскольку оставшиеся посетители видят в нас способ разгрузки.
Я оказалась в сфере абсолютно случайно — в один день увидела Ливерпуля (совладелец бара More Илья Терентьев — прим. Enter) и спросила, не нужны ли им девочки в бар. Как бы это не звучало. После первой смены поняла, что хочу заниматься именно этим. Но знания по специальности «архитектор» — вовсе не балласт. Многое из того, что я получила в университете, использую до сих пор. Так как бармен — профессия, которая легко впитывает в себя как смежные, так и совсем неожиданные направления.
Родители сначала не поняли, но достаточно быстро приняли новую деятельность, друзья по объективным причинам были особенно рады смене профессии. А для меня самым потрясающим стало осознание, что я — часть крутой команды. И это касается не только родного бара, но и всего комьюнити. Особенно сильно ощутила это в полуфинале мирового конкурса. Вокруг меня было огромное количество потрясающих профессионалов. И тот уровень знаний, с которыми я столкнулась, показал, что в этой сфере есть куда копать.
У каждого есть своя публика, но «кочевничество» из бара в бар не воспринимается как что-то плохое, а наоборот, помогает расти и экспериментировать
Что касается локальных представителей, барное коммьюнити в Казани — невероятно сильное и разнообразное. Разнообразное настолько, что конкуренция между барами — понятие весьма условное. У каждого есть своя публика, но «кочевничество» из бара в бар не воспринимается как что-то плохое, а наоборот, помогает расти и экспериментировать. Также есть заметная тенденция — бартендеры регионов более смелые в своих идеях. Думаю, это связано с меньшим количеством возможностей на периферии — все приходится делать своими силами.
Мы ориентируемся на мировой и федеральный опыт и адаптируем его под наши реалии, а еще не забываем вносить свой вклад в развитие сферы. Сейчас мы стараемся избавиться от стереотипа, что общепит предназначен только для подработки. Такое мнение плавно ушло из «внутрянки», но еще осталось у обывателей. В наших силах изменить это.
Конечно же, сейчас мы попадаем в ситуацию, похожую на локдаун во время ковида. Но отличие в том, что мы сильно ограничены в ассортименте и больший упор делаем на производство домашних ингредиентов и локальных аналогов. Именно это, кстати, и помогает не увеличивать стоимость многих позиций. Но помимо экономики и рабочих процессов мы максимально сконцентрированы на команде, которую необходимо сохранить. На данный момент, это и есть главный приоритет.
В профессию пришел довольно прозаично. Учеба на геофизика, проблемы со сдачей экзаменов, плохая посещаемость. Заканчивать университет было проблематично, этого я так и не сделал, да и не особо хотелось. На тот момент в родных Чебоксарах мой лучший друг работал барменом, а я все выходные проводил у него за стойкой. Вся эта атмосфера была мне близка, потому что я любил алкоголь, тусовки и общение. После каникул решил уйти из университета, но отмечу, будучи состоявшимся барменом, я возвращался в геофизику, правда, хватало меня ненадолго, и я снова брал в руки шейкер.
Около десяти лет назад индустрия была ненадежной с точки зрения долгосрочных перспектив. Подработка — да, но дело всей жизни — сомнительно. Конечно, по началу родители были обеспокоены, но конфликтов не происходило, более того, они меня поддержали, хоть это и было непросто. Я помню первую реакцию отца, он сказал: «Барменом? Окей, но тогда ты должен быть лучшим барменом. Если ты выбрал эту стезю, тогда должен получать самое сильное образование в сфере».
И я стараюсь следовать этому совету. Сейчас разница между топовыми барами в Лондоне и Москве уже не такая глобальная. Ты можешь получить знания и практику и при желании попасть в команды российских баров, которые признаны международным комьюнити. Мы создаем свой опыт и являемся весомой частью мирового. Хотя внутри самой страны отличия столичной индустрии и локальной чувствуются сильнее — взять те же зарплаты, ритм работы и уровень конкуренции. И еще в Москве и Санкт-Петербурге больше возможностей контактировать с миром вживую — приезжают коллеги из разных точек планеты, внимание выше, от этого шансы попасть в международные топы увеличиваются. Хотя сейчас и эти шансы приблизились к нулю.
Городу вообще есть чем гордиться. В каждом конкурсе, во всех рейтингах и шорт-листах ресторанов и баров есть представители Казани
В остальном, индустрия примерно одинаковая — везде одни задачи и решения. Особенностью и «проблемой» Татарстана считается двойная сертификация на алкоголь. Но как по мне, если у бармена есть творческая жилка и желание развиваться, он с одной бутылкой водки, сахарным сиропом и лимонным соком сделает крутую коктейльную карту. Многие ребята из барной индустрии Казани стали заметными именно за счет новаторства и креативных решений. Городу вообще есть чем гордиться. В каждом конкурсе, во всех рейтингах и шорт-листах ресторанов и баров есть представители Казани.
В начале пути мы с друзьями вдохновлялись мировыми бартендерами, проецируя их работу на нашу реальность. Казалось, что у нас все будет так же: все эти состоявшиеся профи с именами, своими барами, статусом звезд. Спойлер: сейчас все почти именно так, как и представляли. Индустрия дарит тебе огромное количество эмоций, событий, знаний, и ты не можешь выделить что-то одно. Хотя я точно знаю, что у меня главный момент, помимо создания барных карт и открытия баров, связан со встречей будущей жены. Тогда я тоже был за барной стойкой — это пик карьеры, лучше уже не будет.
Что касается ситуации, в которой мы оказались, могу говорить только о своих ощущениях. Неизвестность — вот, что сейчас происходит в сфере. Каждый день меняются обстоятельства. Естественно, из-за нестабильного курса, скачет и ценник как на алкоголь, так и на сопутствующие продукты. Скажется ли это на потоке людей? Пока мы не смогли ответить на этот вопрос однозначно, тут важен формат заведения.
Но курс и проблемы с логистикой — не самые тревожащие вещи. Да, можно заменить алкоголь, посуду и все остальное из материального. Но нельзя заменить интеллект, креатив, мировое комьюнити и обмен знаниями между профессионалами. Мы стали самобытными за счет международного обмена информацией и культурой в том числе, и здесь импортозамещение невозможно, к сожалению. Наша индустрия будет развиваться в замкнутом пространстве гораздо медленнее и хуже, нежели в открытом позитивном обществе взаимообмена и взаимоуважения.
Как там говорят: «У меня был план, и я его придерживался». Вот это про меня — я целенаправленно хотел стать крутым барменом, поэтому разбирался в сфере с самого начала. Да и думаю, инженер-механик транспортных средств не вышел бы из меня. Обучение по этой специальности я, кстати, так и не окончил. Нужно ли объяснить, почему так получилось?
Я буквально сразу понял, что в индустрии много перспектив для развития — впервые осознал это, как только встал за бар, а подкрепил мнение, когда попал в команду ReLab. Плюсом ко всему стала положительная реакция семьи на выбор сферы деятельности. Близкие меня поддерживали и каких-то сильных противоречий у нас не возникало. Сейчас об этом особенно приятно вспоминать — в то время я только формировался как профессионал и не знал, что спустя несколько лет смогу летать бизнес-классом в Эфиопию, а милейшая стюардесса узнает меня и предоставить особое внимание.
Многие бартендеры из нашей страны превосходят коллег на мировой арене, но оставим оценку для чемпионатов
На данный момент я работаю в ОАЭ, но всегда слежу за тем, что происходит в российской барной индустрии. Тем более, что многие бартендеры из нашей страны превосходят коллег на мировой арене, но оставим оценку для чемпионатов. Особенно пристально наблюдаю за Казанью, ведь именно здесь начинал и я. Давно не секрет, что город стал одной из значимых точек на барной карте России. Это показывает, что разница между столичной и локальной индустрией не такая уж и большая, как принято считать. Думаю, основная проблема заключается только в бюджетах, а талантливые люди и экспериментаторы есть везде.
В профессию я пришел из биологии — закончил бакалавриат по этому направлению. Причина работы «не по специальности» до боли простая: люблю общаться с людьми и создавать атмосферу веселья там, где нахожусь. Моя история началась в 2020 году, являясь постоянным гостем бара More, я захотел побывать на другой стороне. Команда радушно приняла меня на позицию барбека и поделилась уникальным опытом. Думаю, что именно первые профессиональные шаги в том месте — пока что самый яркий момент в карьере.
Помню, как получил первую зарплату и сразу понял, что возможностей в индустрии немеренно. С тех пор в процессе общения с коллегами и принятия различных решений, узнаю все больше новых и крутых перспектив. В нашей сфере главный успех не ограничивается только открытием собственного бара, помимо этого ты можешь быть амбассадором бренда, участвовать в международных конкурсах, а еще развивать социально-значимые проекты при поддержке алкогольных компаний.
Местным барам сильно помогает «исключительная локальность» некоторых продуктов, желание развивать свою вкусовую палитру и приобретать новый опыт
Я стараюсь далеко не заглядывать и решать задачи, которые стоят перед всеми представителями барной индустрии: развитие культуры внутри региона, создание теплой атмосферы и привнесение нового опыта в жизни гостей. Когда начинаешь задумываться о таких вещах и общаться с людьми, замечаешь, что многие думают об общепите, как о перевалочном пункте. Однако с каждым годом рассуждений в этом направлении становится все меньше, и это радует.
За последние несколько лет барная культура в Казани преобразилась — появляется больше связей между людьми, туристы говорят, что в нашем городе есть крутые заведения и своя атмосфера, и возвращаются в любимые места. Казань становится все более привлекательной для гастрономического туризма. Это круто. Местным барам сильно помогает «исключительная локальность» некоторых продуктов, желание развивать свою вкусовую палитру и приобретать новый опыт. Но несмотря на то, что бармены у нас получают прекрасную подготовку, некоторые до сих пор воспринимают Казань как этап на пути к Москве или Санкт-Петербургу. К счастью, много людей остается, а смешение личного и мирового опытов позволяет построить нечто уникальное.
В связи с новыми обстоятельствами развитие каждого бара будет зависеть от управленческого состава заведений. Цены, естественно, повысятся, и это надо принять. Главное — соблюдать баланс между двумя условиями: своевременные выплаты зарплат персоналу для сохранения команды и переработка части меню, чтобы оставаться привлекательными на рынке. Гости уже давно не идут в бар ради какого-то бармена-психолога. Они идут к друзьям, которые находятся по обе стороны стойки, и наша цель сохранить эту возможность.
Фото: Предоставлены героями
Изображения: Таня Янни
31 марта в «Штабе» прошла дискуссия «Экологичность без стресса: Как сделать экопривычки частью жизни». Мероприятие организовано в рамках программы «Городские модераторы» и проекта от Enter и СИБУР «Чисто в большом городе», который посвящен новой культуре потребления.
На событии создатели экопроектов, экоблогеры и участники научного сообщества обсудили формирование экопривычек и тренды в осознанном потреблении. Рассказываем, как прошла дискуссия и делимся основными тезисами.
Теория малых дел, несмотря на ее неоднозначность, в сфере экопросвещения работает на все 100%. Большинство крупных проектов, которые сейчас считаются образцовыми в вопросах сохранения окружающей среды начинались как личные инициативы одного человека или группы людей.
Даже одно из самых значимых общественных экодвижений «Чистые игры» запускалось в 2014 году в качестве обычного субботника, а сейчас проект активно функционирует в 263 городах России и успешно реализуется за пределами страны. На данный момент прошло более 1 000 игр в США, Китае, Японии и еще 16 странах в Европе, Азии и Африке.
основатель НКО «Экология Будущего» и представитель проекта «Чистые игры»
В какой-то момент мы поняли, что заниматься просветительской деятельностью можно очень долго и красиво, но для закрепления результата нужны действия. Помимо обучения в школах, мы постоянно проводим мероприятия в рамках проекта «Экодвор» — организовываем фримаркеты, мастер-классы по раздельному сбору мусора и экоквесты. Естественно, делаем события совместно с «Чистыми играми» и консультируем бизнес в вопросах экологии. Все это привело к «виртуальному экоцентру» и открытию пункта по приему вторсырья, — теперь мы не только рассказываем, как быть экологичным, но и помогаем применить знания в жизни.
По словам спикеров, личная мотивация может быть совершенно разной — рождение ребенка и нежелание складировать ненужные вещи, денежное вознаграждение или пример родителей. Каждый человек приходит к осознанному потреблению своим путем, и правильного обоснования здесь не может быть.
«Все экоинициативы должны быть по персональному желанию, а не навязанными извне. Принуждение, обычно, вызывает, обратную реакцию, и человек начинает отвергать саму идею об экологичной жизни», — делится Конкордия Дружинина. Если люди проявляют интерес, важно объяснить им все процессы, не скрывать, как происходит переработка, на чем она основана и куда идут все отходы. По опыту экспертов, отличной мотивацией для эконовичков становится демонстрация вторичного использования отходов, к примеру, как из пластика получается одежда.
основатель проекта по вторичной переработке «Фракция»
В Казани очень крутую просветительскую работу проделала команда «ЭкоЛогично», и к моменту открытия «Фракции» народ был уже осведомлен о базовых принципах раздельного сбора отходов. Действительно на каждой точке могут быть свои особенности приема — кто-то просит очищать фракции до сдачи, кто-то сортировать по цветам и так далее — но большинство правил универсальны для всех, и их можно найти на сайтах, посвященных экологии.
Главным показателем того, что сортировка мусора становится обыденностью — это количество отходов на наших точках приема. Сейчас людям не стыдно разделять мусор, наоборот, многие целыми семьями начинают погружаться в тему осознанного потребления.
Дополнительно спикеры отметили, что определенный вклад в популяризацию экодвижения внес закон о расширенной ответственности производителя, который действует в России с 2014 года. Согласно принципу РОП производители и импортеры товаров обязаны обеспечивать переработку отходов в соответствии с нормами утилизации на территории страны. И хотя система контроля не безупречна, сам процесс запущен, и сфера бизнеса постепенно внедряет экоинициативы в производство.
менеджер по коммуникациям компании СИБУР
Для СИБУРа экология и социальная политика — часть бизнес-стратегии. Мы стремимся развивать регионы присутствия, обращаем внимание на общественно значимые вопросы. К примеру, в Нижнекамске находится крупное предприятие «Нижнекамскнефтехим», производящее полимерную продукцию и соответствующее высоким экологическим стандартам. В начале года мы подписали соглашение с Росприроднадзором, которое фиксирует наши планы по инвестированию в природоохранные мероприятия — сумма составила более 6 миллиардов рублей. И мы, конечно, останавливаться не планируем.
Компания всегда открыта к сотрудничеству и готова обсуждать совместные проекты от локальных сообществ. Программа социальных инвестиций СИБУРа «Формула хороших дел» предусматривает возможность получить грант на развитие своего проекта в одном из шести направлений, в том числе экологическом.
Главная ошибка эконовичков — пытаться охватить все направления в экодвижении. Именно это, по мнению экспертов, становится причиной быстрого выгорания и потери интереса, например, к вторичной переработке. Чтобы комфортно формировать и внедрять экопривычки в свою жизнь:
Выберете один вид вторсырья — попытки разделять все фракции на старте могут только запутать и лишить вас желания погружаться в решение проблемы дальше. Попробуйте собирать те фракции, которые используете в жизни чаще всего, обычно, это пластик с маркировкой «1» или ПЭТ (термопластик, из которого делают бутылки — прим. Enter). Это наиболее ценное вторсырье, которое легко сдать на переработку.;
Не упирайтесь только в разделение отходов. Для снижения нагрузки на окружающую среду занимайтесь не только сортировкой мусора. К примеру, можно пересмотреть некоторые процессы в быту — пересесть на велосипед, купить многоразовую кружку и авоську или начать участвовать в субботниках;
Не принуждайте никого. Экопривычки останутся в жизни человека только при условии его внутреннего согласия. Не нужно следовать моде или пытаться навязать свою позицию другим. Как уже упоминали спикеры, агрессия в этом вопросе порождает только отторжение.
организатор фестиваля «КульТорг», маркетолог и экоактивист
Если мы говорим про повторное использование вещей, то здесь еще есть очень много стереотипов, которые нужно развеять. К примеру, что одежда может быть с порчей или снята с мертвых людей — всякое бывает. По большей части, такое мнение у людей старшего поколения. Молодая аудитория, наоборот, только рада ходить по секондам и покупать одежду с историей. Эта философия близка и мне, еще со студенчества я ходила на так называемые гаражные распродажи и обменивалась вещами. Кстати, и сейчас на мне практически вся одежда б/у.
Собственно, из любви к таким фестивалям и появился «КульТорг» — сначала как мероприятие на 10 продавцов, а после как один из крупнейших городских проектов, в котором участвуют как взрослые, так и дети. У меня две дочки, и основную часть их одежды и игрушек составляет то, чем пользовались дети друзей и знакомых Малыши очень быстро растут и количество вещей, которые остаются после них, колоссальное. Так, почему бы не использовать их повторно?
По итогам дискуссии, эксперты и участники сошлись во мнении, что в формировании экопривычек нет единого плана — мотивация, как и ключевые направления в осознанном потреблении у каждого человека свои. А главным инструментом в популяризации экодвижения является именно информирование.
менеджер по коммуникациям компании СИБУР
Экопросвещение играет ключевую роль в формировании привычек осознанного потребления у подрастающего поколения. У нас есть программа «Вторая жизнь пластика» — простые уроки для школьников о вторичной переработке. Пластик используется во многих сферах. Он долговечный и легкий — это одновременно его преимущество и недостаток. К этому материалу и его вторичной переработке очень скептическое отношение в России, а ведь пластик можно перерабатывать до 10 раз.
В прошлом году мы на своем примере показали, во что может превратиться обычная пластиковая бутылка после ее использования. Мы объединились с брендом WOS для создания одежды из переработанного пластика. Полгода разрабатывали коллекцию и нашли фабрику, которая смогла создать ткани с содержанием вторсырья. По свойствам они не уступали традиционным. Все средства от продажи вещей отправили в фонд «Второе дыхание» для запуска программы поддержки социальных предпринимателей в сфере рециклинга текстиля. Этот проект показал, что усилия каждого, кто сортирует пластик и сдает его на переработку, имеют реальный результат.
Именно эти вещи достались участникам дискуссии за самые интересные вопросы о расширенной ответственности производителя, переработке органики и значении личности в создании и развитии экопроектов. Гости получили дизайнерские футболки и кепки из коллекции WOS x СИБУР, а специальный приз за ответ на вопрос об экологии вручила Конкордия Дружинина — им стал холщовый шоппер с цитатой: «Пластик сам по себе не проблема. Проблема в том, как мы его используем».
Материалы в рамках проекта «Чисто в большом городе»:
Энвайронментализм: Как осознанность меняет культуру потребления
Усыновить калана и еще четыре совета, как провести 8 марта экологично
Фото: Андрей Соловьев
Изображения: Sasha Spi, на превью использован логотип Ассоциации «РазДельный Сбор»
Последние полвека были крайне непростыми для советской и российской архитектуры. В 1990-х население окружали типовые хрущевки и брежневки, в нулевых к ним прибавились «свечки» из пластика, стекла и кирпича. И пока градостроители пытались «помирить» центровой блеск и серость периферии, сфера девелопмента трансформировалась, в первую очередь, из-за смены потребностей у населения. Людям стало недостаточно просто ночевать в квартирах, а на утро бежать из «спальника» на другой конец города. Сейчас человек хочет жить в комфорте вне зависимости от точки на карте.
Редакция Enter совместно с директором по бренду и продукту «Ак Барс Дома» Игорем Бажаном выяснили, как повышается уровень жизни за счет квартальной застройки, что представляет из себя концепция Urban Health и почему полицентризм набирает популярность в урбанистике.
Партнерский материал
Советский период сильно отразился на архитектуре городов и качестве потребления, а главное — годами тормозил развитие эстетики в строительстве. В первую очередь это обусловлено послевоенным временем — людей нужно было срочно расселять. Вопрос красоты качелей, количества кафешек и экологичных материалов не являлся приоритетным. Важнее было сделать дешевое приемлемое по качеству жилье в самый короткий срок.
Но после того как «упал занавес», у населения начала появляться насмотренность. И если рассуждать категориями пирамиды Маслоу, на смену закрытым первичным нуждам в виде крыши над головой пришло осознание необходимости эстетического и психологического комфорта. Рынок стал перестраиваться под новую культуру потребления.
директор по бренду и продукту
На данный момент мы находимся на этапе эволюции в сфере девелопмента. Компании уже не могут продавать просто квадратные метры без философии и смысла, поскольку именно такая стратегия возвращает нас во времена, когда дом был только помещением для сна и еды. Люди стали самостоятельно определять тенденции сферы, а также каким должно быть их пространство. И «Ак Барс Дом» как компания, которая затрагивают важнейшую составляющую жизни человека — его быт, — понимает, что формирует полноценную комфортную среду.
Для эффективной оценки качества жизни архитекторы и урбанисты обращаются к концепции Urban Health или Healthy building. Это новая политика развития городов, ключевая задача которой — достижение благополучия во всех аспектах жизни человека за счет грамотного проектирования и управления. «Здоровое строительство» подразумевает ответственное отношение к используемым материалам, источникам энергии и общественным потребностям. Для этого девелоперам нужно в равной степени учитывать несколько факторов:
Местоположение. Создание внутренней и внешней инфраструктуры, которая избавляет жителей от необходимости выезжать за пределы ЖК. Весь функционал квартала строится на нуждах населения и взаимосвязан с городской средой;
Экология. Озеленение территории, расположение теплиц для самостоятельного выращивания продуктов, энергосберегающие технологии и безопасные материалы, сокращение строительных отходов и наличие системы раздельного сбора мусора;
Ментальное и физическое здоровье. Наличие на территории комплексов спортивной инфраструктуры (воркаут-зон, тренажеров, скейт-парков, велодорожек, игровых полей), площадок для йоги и медитации, прогулочных дорожек и террас;
Интеллектуальное развитие. Все необходимое находится в пределах одного квартала — школы, детские сады, коворкинги. При этом за качество учебных учреждений отвечает не только строительная фирма, но и администрация города;
Общественные связи. Внутри кварталов формируется благоприятный микроклимат за счет открытия развлекательных центров, ресторанов, магазинов и организации совместных мероприятий между населением.
При этом жилые комплексы становятся единой экосистемой с городской средой вне зависимости от того, центр это или «спальник». Сейчас застройщики активно продвигают проекты в удаленных районах, поскольку концепция Urban Health захватывает все элементы инфраструктуры — появляется все меньше одиноких «свечек», а на их место приходят полноценные кварталы.
директор по бренду и продукту
Амстердам — хороший пример для сферы девелопмента. Это один из немногих городов, где район проживания совершенно не важен, поскольку везде одинаково удобная инфраструктура. А еще большинство творческих кластеров находится в промзонах, и именно там формируются и растут современные сообщества. Это говорит о том, что периферию можно и нужно развивать. К тому же на всей территории Голландии крутые дороги, аккуратные дома, оборудованные общественные пространства. И если человек приезжает из столицы в Тексель, к примеру, а это остров в провинции, то у него не происходит культурный шок. К этому стремимся и мы.
Новый тренд на квартальную застройку в рамках концепции Urban Health позволяет не зависеть от места и дорожных развязок, поскольку вся инфраструктура по большей части выстраивается с нуля. Благодаря таким проектам моноцентрические города уходят в прошлое.
Теперь для того чтобы съездить в ресторан, отвести ребенка в школу или отправиться на работу, не нужно стоять в пробках и прокладывать путь на другой конец города. Модель многоядерного населенного пункта подразумевает наличие всего необходимого для комфортной жизни в разных районах. Создавая общественные пространства, которые полностью удовлетворяют потребности населения, застройщики не только разгружают центр, но и повышает уровень жизни целого города.
Одним из примеров развития полицентрической модели Игорь Бажан считает строительство «Великого сада» в стороне Лаишевского района. «Ак Барс Дом» планирует освоить более 52 гектаров земли и создать уникальный проект, в который войдут жилые дома, парковые зоны и сады, коворкинг, разнообразный стритфуд, библиотеки и хостелы. Плюсом к этому компания планирует восстановить четыре исторические мельницы, которые находились на территории Лаишево — их будут использовать в качестве дополнительных общественных пространств.
Но чтобы соответствовать стандартам Urban Health, помимо комфортного расположения необходимо учитывать экологическую составляющую. И первое, что должна сделать компания, — это сократить неперерабатываемые отходы и перейти на экологичное сырье. При выборе жилого комплекса стоит обращать внимание, какие материалы использует застройщик, и запрашивать сертификаты качества у менеджеров в офисах продаж. К примеру, для создания площадок «Ак Барс Дома» используются дерево и очищенная щепа, а в дальнейшем компания планирует внедрить солнечные батареи для снижения энергозатрат. Дополнительно в каждом комплексе жильцам доступна информация об основах осознанного потребления — на данный момент инициатива запущена в «Светлой долине» и в «21 веке».
директор по бренду и продукту
По большей части мы стараемся использовать биоматериалы, которые снижают негативное влияние на природу. И в обозримом будущем хотим полностью перейти на экологичное сырье. А что касается технологий — они не должны быть просто ради красивого слова в маркетинговой стратегии. В наших квартирах есть система «умного дома», и с ее управлением может справиться абсолютно любой. Все технические решения внедряются для облегчения жизни человека, а не наоборот. Мне кажется, нет смысла выбирать между посадкой 30 деревьев и установкой новомодной системы освещения, если оба действия направлены на создание комфортной среды.
Строительные компании, проектируя новый квартал, изучают территорию, демографию, историю, проблемы и особенности местности и населения. Потому что только после глубинного анализа можно понять, чего не хватает району, как выстроить стратегию и определить ведущий функционал будущего проекта.
При этом стандартный минимум для всех комплексов, созданных по концепции Urban Health, одинаковый и включает домовую и придомовую территорию, спортивные комплексы, коммерческие помещения, школы и сады, прилегающие парки и зоны отдыха, оборудованные дорогие и общественные пространства со свободным входом. Помимо этого застройщики обязаны принимать во внимание потребности людей с инвалидностью — в «Ак Барс Доме», к примеру, учитывается срез земли перед постройкой, чтобы доступ в каждое пространство был максимально комфортным.
директор по бренду и продукту
Мы не просто строим ЖК — мы формируем эстетическую и функциональную среду для будущих жителей. Поэтому важна каждая деталь и четко прописанные регламенты, по которым работают подрядчики. Благодаря такому подходу наши проекты заслуживают внимания горожан. К примеру, «Пчелиный рай» в «Светлой Долине» знаком многим по удобной инфраструктуре и уникальному дизайну — ячеистой каскадной песочнице и теневым навесам, которые напоминают соты. Помимо площадок стилизуются малые общественные пространства и подъездные группы. Под визуальную концепцию подбираются арт-объекты и определяются графические элементы — от вывесок ресторанов до указателей. И все это создается с одной целью — сделать комфорт и эстетику частью обычной жизни, а не блажью.
Изображения: Саша Спи
Если при упоминании Хаски, Mujuice, Би-2 и Монеточки у вас не начинает бешено колотиться сердце, стоит перечитать список еще раз. Хотя мы не исключаем и тот вариант, что ваш любимый музыкант просто не попал в шорт-лист. Ведь российская музыкальная индустрия огромна — в ней есть не только барды, народники и рэперы. С каждым годом появляется все больше направлений, и артисты в них словно фломастеры — разные на вкус и цвет, со своим стилем и аудиторией.
Чтобы понять хитросплетения русской музыки, и жизни не хватит. Но попытаться все же стоит. Совместно с Levi’s Music Project мы сделали тест, чтобы выяснить, насколько хорошо вы разбираетесь в российской музыкальной индустрии.
Партнерский материал
Феминизму и гендерному равенству в современном мире посвящен огромный пласт научпопа, массовой культуры и целый социально-политический дискурс в развитых странах. Но для части российского населения эти темы, как и большинство вопросов, затрагивающих интересы меньшинств, остаются табуированными. Феминизм и гендерное равенство идут рука об руку с несуразными стереотипами, страхом и порой агрессивным неприятием. Виной тому искаженное представление о базовых принципах двух направлений.
В рамках образовательной платформы D-DLINE, организованной редакцией Enter совместно с Министерством по делам молодежи РТ, Юлия Варшавская — главный редактор Forbes Woman и Forbes Life — провела лекцию на тему «Образ женщины в современных медиа». Мы поговорили с Юлией и попытались вместе разобраться, почему наше общество не готово к открытому активизму, что такое вынужденный феминизм и как привыкнуть к тому, что «норма» у всех разная.
«Меня растили в представлениях, что главное — это мозг, и не важно, в чьей голове он находится»
Я из научной семьи, и у меня никогда не было предрассудков по поводу женщин руководителей. Одна моя бабушка была начмедом больницы, другая — учитель и лауреат премии Фонда Сороса (грант для учителей в Советском Союзе, — прим. Enter). Меня растили в представлениях, что главное — это мозг, и не важно, в чьей голове он находится.
Другое дело, что со мной, как и со многими женщинам в нашей стране, случилось то, что я в шутку называю «вынужденным феминизмом». Это когда ты живешь-живешь в привычной парадигме, не задумываясь о проблемах гендера, а потом оказываешься в ситуации, когда можешь опираться только на себя — в первую очередь, финансово. После такого момента в моей жизни я пересмотрела свои позиции. Он стал отправной точкой в изучении темы феминизма и гендерного равенства для меня как для журналиста, так и обычного человека. Я не была активисткой, но личный опыт совпал с общим трендом, который начал «заходить» в Россию. Мне просто стало интересно, как эти вещи можно имплицировать, чтобы они встроились в наше сложное в этом плане общество и не вызвали отторжение.
Я думаю, это связано с невероятным уровнем тревожности в нашем обществе. Людям по-настоящему страшно, и живут они бедно. Женщины находятся в «подчиненном силе» состоянии еще с 90-х, когда никто в обществе не чувствовал себя безопасно, кроме тех, у кого в буквальном смысле была сила — физическая. И женщины примыкали к тем, кто это силой обладал, просто чтобы выжить.
Вообще история российской и советской эмансипации — это дико интересно, она открывает глаза на многие вещи, которые с нами происходят сегодня. Вот мы все время говорим о «легендарном советском феминизме», но, на мой взгляд, его не было. Существовал классовый подход — женщины выполняли роль строителей коммунизма. Был рабочий класс, состоящий из обоих полов, но означало ли это, что женщины были свободные и счастливые? Не думаю. Судя по литературе и воспоминаниям, они тянули целину и на работе, и дома. Потом, в 90-е, общество ушло в сторону патриархальной системы из-за нужды в агрессивном защитнике. И нас воспитывали люди, молодость которых пришлась на этот период. Сейчас растет поколение, которое этого не застало. Мне кажется, они более свободные и открытые миру, именно потому, что у них нет этих страхов.
В России люди опасаются любых меньшинств. Они боятся неизвестного, потому что в обществе нет осведомленности, все ждут друг от друга агрессии. Почему у нас так плохо относятся к гуманным способам воспитания детей? Потому что страшно: вдруг избалуешь, и ребенок не выживет? И так происходит не только в России. Кэролайн Криадо Перес в своей книге «Невидимые женщины» — своего рода «Библии» современного феминизма — пишет о том, что гендерное неравенство вызвано глобальным недостатком информации о женщинах и их потребностях. У большинства просто искаженное представление о самом явлении. В их глазах феминистки — это какие-то оголтелые тетки, которые пытаются отобрать жен у мужей и матерей у детей. Это набор нелепых стереотипов. Собственно, поэтому мне кажется, что там, где страшно, давить не надо. Нужно информировать.
Да, до этого я не работала в женских медиа с подобной повесткой.
«Уже тогда мне было понятно, что успешная женщина, добившаяся “успешного успеха”, не может быть героиней Forbes Woman»
Идея об изменениях пришла не мне, а руководству журнала. У Forbes Woman был выдающийся главный редактор Юлия Таратута (теперь — главный редактор Wonderzine), которая заложила основу существующей повестки. Она вела издание в близкой ей — скорее даже политической — риторике и сделала много классных проектов. Потом случились перестановки, концепт поменялся, но идея журнала о self-made женщинах уже стала актуальной и заинтересовала читателей и рекламодателей.
Эта тема была и моим личным катарсисом, который я пережила в связи с личной историей. Совершенно неожиданно меня пригласили в журнал и попросили предложить новую концепцию. Уже тогда мне было понятно, что успешная женщина, добившаяся «успешного успеха» (про успех мы скажем еще много раз), не может быть героиней Forbes Woman. К тому же мне хотелось работать с молодыми людьми в силу бэкграунда в «Меле» (интернет-издание об образовании и воспитании детей, — прим. Enter) и делать контент, который будет вдохновлять. Если честно, я ненавижу слово «вдохновение», но за годы своей работы с некоторым удивлением выяснила, что именно этого ищет читатель.
Я из благотворительного сектора, и для меня успешная женщина — та, которая, изменив свою жизнь, меняет к лучшему жизни окружающих. Это звучит размыто, как и любой лозунг, но история очень практичная. Женщины, которых мы выбираем в качестве героинь, не чувствуют удовлетворения только от «карьеры», если у их проекта нет импакта, социального значения. Новая героиня Forbes — не про «успешный успех», а про кайф от своего дела. И мне кажется, что мы достаточно последовательно показываем таких героинь.
Именно так. Но недавно у меня произошел диалог, который показал, что нам есть над чем работать. Я читала лекцию про новое лидерство, и в конце выступления меня спросили: «Не кажется ли вам, что помещая людей из благотворительного сектора на обложку, вы создаете ложное представление об их финансовом состоянии?».
И тут я выяснила, что для многих Forbes — до сих пор медиа только про миллиардеров, и вдруг на обложках появляются малоизвестные общественные активисты. Я не могла подумать, что таким образом «создаю миф» будто они богатые. Этот тезис ввел меня в ступор, потому что в моем сознание люди, читающие Forbes, понимают, что там не каждая строчка про шестизначный счет в банке. Мне стало ясно, что люди не понимают главного: весь бизнес и, соответственно, Forbes как бизнес-издание меняются. И идея про социальную ответственность появилась везде, она закреплена в политике крупнейших компаний в графе «устойчивое развитие». Оно подразумевает, в том числе, гендерное равенство. Весь мир двигается в эту сторону, и Forbes Woman развивается в соответствии с тенденциями.
«Пока женщины не будут иметь базовую финансовую независимость, вопрос о гендерном равенстве не выйдет на уровень страны»
Нет однозначного ответа на этот вопрос, потому что есть крупные города с одним информационным полем, а есть целая Россия. Вот я нахожусь очень близко к повестке и живу в «бабле», где все вышеперечисленное действительно есть. Вокруг меня бегают милые люди, которые гуманно воспитывают детей, считают гендерное равенство абсолютной ценностью и читают хорошие медиа или книги по дороге на работу. И мне в этом «бабле» очень нравится.
Россия же — лоскутное одеяло. И я считаю, чем беднее регион, тем меньше люди думают о таких проблемах. В областях и селах не до этого, там порой надо просто выживать, и делать это легче в паре с кем-то сильным.
Кроме того, не забывайте, что в подавляющем количестве семей, где есть домашнее насилие, женщины финансово зависимы от мужчин. Можно ли осуждать этих женщин? Конечно, нет. Я сама была в разных жизненных ситуациях и понимаю, что в небольших городах женщинам намного проще найти человека, который о них «позаботится», чем выжить самостоятельно.
Но пока женщины не будут иметь базовую финансовую независимость, вопрос о гендерном равенстве не выйдет на уровень страны. Пока многие женщины признаются, что получают образование для галочки, пока они занимаются бесплатным домашним трудом, который по экономическим подсчетам оценивается в триллионы долларов (неоплачиваемый труд женщин только в 2017 году оценили в 13% мирового ВВП, — прим. Enter), пока девочек воспитывают без идеи, что для собственной безопасности они должны уметь себя обеспечивать, ни о какой глобальной феминизации общества не идет и речи.
Мне кажется, что есть некая сегрегация контекста: правильные и неправильные разговоры на эти темы. И где находишься ты, определяется не вопросами феминизма, а твоими политическими взглядами. Сейчас я не понимаю, как это будет развиваться. Не станет ли вопрос гендера маргинализированным, ведь как только мы заходим на территорию гендерной идентичности, к примеру, на нас обрушивается шквал агрессии.
Я в этом плане человек с привилегиями, если можно так выразиться. Помимо работы в Psychologies (ежемесячный научно-популярный журнал по психологии, — прим Enter.), который первым стал освещать тему инклюзии в России, я так или иначе знала многих представителей этой сферы. У меня не было шока от незнания.
Было тяжело от отсутствия нормальной диагностики, и очередь в ЦЛП (Центр Лечебной Педагогики для детей с различными особенностями развития — прим. Enter) достигала полугода. Ты просто сидишь и не понимаешь, как помочь своему ребенку. Но в какой-то момент я позвонила знакомым, в том числе Оле Журавской — президенту АНО БО «Журавлик» (благотворительная организация, которая занимается развитием инклюзивного образования, — прим. Enter), и тема инклюзии стала для меня самой важной в жизни и в личном, и в социальном плане.
Думаю, у любого родителя, который встречается с РАС (расстройства аутистического спектра — прим. Enter), уникальная и сложная история. Это процесс длиною в жизнь, к которому привыкаешь. Но скажу так, мне достался самый крутой чувак на планете, и у меня есть шанс сделать его счастливыми. Мы с ним бро! Думаю, что все остальные проблемы уходят на второй план.
«И посреди этого безумия мой ребенок ходил вокруг стола и в алфавитном порядке педантично называл все страны мира»
Да, у меня не было выбора, если бы я этого не сделала, мы бы его не вытащили. Передо мной поставили задачу, мой главный проект в жизни, и я пошла его реализовывать и делаю это до сих пор.
Безусловно.
Я всегда шучу, что во-первых, мне нужно каждый месяц платить за его классную инклюзивную школу и другие вещи. Но если серьезно, для для родителей с особенными детьми постоянные и крупные денежные траты в нашей стране становятся нормой. Поэтому не работать я не могу.
Во-вторых, у меня с Давидом был совершенно поразительный случай, который изменил все. Дело в том, что наша семья — достаточно эмоциональные люди, интересные, но специфичные. И вот как-то выдался для нас тяжелый год: тогда заболел папа, мы поняли, что у Давида есть особенности, и наши отношения с мужем шли к логическому завершению. Пик этой суматохи пришелся на общий отпуск — по дому бегала мама и заказывала билеты в Москву, по телефону с кем-то ругался муж, я не могла дописать сложную статью о выходе Британии из Евросоюза. И посреди этого безумия мой ребенок ходил вокруг стола и в алфавитном порядке педантично называл все страны мира. В тот момент я поняла, что никто, кроме меня не будет для него стержнем. Либо я встаю позади него и делаю так, чтобы он не ходил вокруг стола, либо все разрушится.
Дело в том, что для детей с РАС очень важен человек, который будет в их жизни константой и безусловной опорой. И вот как меня внутри переклинило в тот день, так не отпускает до сих пор. Пока я нужна Давиду, я буду крепко стоять на ногах, что бы ни произошло.
Да, довольно долгое время. Я вообще большой адепт длительной и грамотной психотерапии.
В TheQuestion меня позвала Тоня Самсонова — основательница платформы. Это была моя первая официальная работа после долгого перерыва. Там я провела крутые полтора года, но потом стало понятно, что нам пора разойтись — проект шел в одну сторону, а я хотела развиваться в других направлениях. Дальше журналист Антон Желнов позвал меня на съемки документального фильма про Илью и Эмилию Кабаковых в качестве исполнительного продюсера. Мы уехали на съемки, и все было отлично. Но к моменту, когда надо было возвращаться, меня охватил ужас, что в Москве я просто не найду работу. Привет, синдром самозванца!
Но я написала пост о поиске работы в Facebook (Марк Цукерберг, спасибо вам за этот чудный нетворкинг). И за неделю, вопреки сомнениям, мне пришло несколько предложений о работе, из которых я выбрала именно «Мел».
Этот журнал стал для меня фантастическим местом. Я почувствовала себя профессионалом, тексты которого имеют социальную значимость. Потому что «Мел» — единственно медиа в России, которое рассказывает о гуманном воспитании детей, продвигая эмпатию и уважение к своему ребенку. Мы делали это вместе и просто кайфовали. Это был год абсолютного счастья и душевного рехаба.
«Почему существует априорная идея, что женщина работает только если “мужика у нее нормального нет”?»
Я на самом деле вообще не «достигатор», я — трудоголик. И я в целом про работу в кайф, иначе какой нормальный человек может вкладывать столько сил в развитие российских медиа в 2021 году. К тому же, если мне не хватает работы, я становлюсь просто невыносимой и начинаю сводить с ума себя и окружающих. Лучше занять руки делом.
А «достигаторов» я первый раз увидела именно среди героев Forbes, в основном, старшего поколения. И думаю, что идея карьеры ради карьеры уже себя изжила. Я искренне верю, что человек может много и эффективно работать, только если действительно видит в этом смысл и радость.
Всякие заботливые «кумушки» в соцсетях периодически пишут мне, что нужно найти человека, который обо мне позаботится, чтобы я меньше работала. Я всегда ужасно смеюсь, кто им сказал, что я хочу меньше работать? Почему существует априорная идея, что женщина работает только если «мужика у нее нормального нет»? Мне кажется, нет ничего круче, чем наблюдать, как твой любимый реализуется в том, что делает его счастливым. Я бы никогда не смогла быть с человеком, который пытается лишить меня этого. Это не забота, а порабощение.
Я не знаю, насколько гуманно прозвучит мое заявление, но, мне кажется, что нужно окружать себя людьми, которые разделяют ценность личного пространства. Опыт подсказывает, что отношения, будь они дружественными или романтическими, между людьми с противоположным мнением по этому вопросу, обречены на провал.
Это не значит, что один плохой, а другой хороший, просто им не нужно находиться в одном пространстве. И попытки перестроить друг друга приведут только к тому, что кто-то из них сломается.
Могу только дать совет от создателей бестселлера — «Никак».
Наша жизнь — суп из всего, что мы делаем. А в супе есть огромное количество ингридиентов. И только соединив все в правильных пропорциях, сможешь вкусно поесть, в нашем случае, пожить.
Мне кажется, вопрос приоритетов — это вопрос одного дня, ну, максимум недели. Я точно знаю, что каждый день мне надо отвезти Давида в школу и забрать его оттуда. Это два основных дела, которые непоколебимы. Пока мы едем с ним в школу, я не говорю по телефону и не отвлекаюсь на работу. Мы болтаем, веселимся и слушаем музыку, потому что это важнее всего.
Еще очень важно говорить «нет». Представляете, как классно? Мы можем контролировать свою нагрузку одним словом из трех букв. Порой именно оно помогает не сойти с ума. Мир не рухнет, если вы откажетесь от каких-то вещей. К примеру, если меня пригласят спикером на форум по инклюзивному образованию, я пойду. А если кто-то позовет провести кинопоказ, я предпочту остаться с сыном и посмотреть фильм в любимых трениках. В приоритетах нет ничего сложного. Если ты умеешь слышать себя, самое важное само всплывает на поверхность. Так и живем.
Фото: Андрей Соловьев
Мы привыкли к тому, что учеба это долго, нудно и порой совсем неинтересно. Но с приходом блогеров и экспресс-курсов многие вздохнули с облегчением — теперь не нужно тратить время на диплом. Однако и здесь нас ждало разочарование в виде поверхностной и часто недостоверной информации. В итоге, онлайн-образование стало ассоциироваться практически с инфоцыганством, главная цель которого — вытягивание денег из доверчивых студентов.
Чтобы разрушить этот стереотип и показать разницу между обучением и бесполезным курсом в сети, Enter поговорил с руководителем учебно-методического отдела «Нетологии» Марией Панковой. Она рассказала нам, для чего нужны демо-уроки и почему портфолио важнее диплома.
Партнерский материал
Сейчас у каждого второго блогера свой курс — большинство из них похожи на гайд из очевидных советов. Обучение на них плохо спроектировано: неудобные платформа и подача материала, поверхностное наполнение уроков и отсутствие практики. После неудачного опыта многие перекладывают свое впечатление на все онлайн-площадки, это и порождает негативные установки.
Но онлайн-образование совершенно другой вид обучения, тут нет человека, которому необходимо что-то продать. Главные отличия профессиональных платформ от личных проектов в их структурном подходе:
Разработкой образовательных программ занимаются методисты. Они знают, как грамотно перенести информацию в онлайн, как она усваивается человеком и в каких количествах ее нужно преподносить.
За наполнение уроков отвечают практикующие эксперты. К обучению допускают только зарекомендовавших себя специалистов, и вся информация в рамках курса постоянно проверяется на достоверность и актуализируется.
Более того, помимо бесплатных занятий на YouTube, есть тонны информации в открытых источниках. Можно сутками сидеть и искать данные, но проще сэкономить время и нервы. Потому что найти актуальные материалы, верифицировать их, логически и структурировано выстроить — это адский труд. На онлайн-платформах студент получает необходимые знания в «высушенном» варианте от проверенных экспертов. К тому же, в «Нетологии» доступны и бесплатные курсы.
Конечно, есть, достаточно зарегистрироваться на сайте. Но важно понимать, подобные программы помогают разобраться, насколько студенту подходит выбранное направление и онлайн-формат в целом. Это своего рода демо-версия полного обучения. К примеру, в «Нетологии» есть бесплатный курс «Диджитал-старт: первый шаг к востребованной профессии». На нем специалисты рассказывают, как построить свою карту карьерного пути и консультируют по вопросам трудоустройства.
Курсы в «Нетологии» длятся от 14 дней до 24 месяцев в зависимости от количества материалов и их глубины. Ходить на пары четыре года не нужно, но это не значит, что дисциплина отсутствует совсем. Вебинары и домашние задания станут частью жизни студента, и к этому нужно быть готовым. Освоить профессию за неделю нереально — это очень большая нагрузка, поэтому решающим фактором должна стать внутренняя мотивация.
Помимо сокращенных сроков обучения есть еще бонус — если человек выбрал курс по Data Science, ему не нужно сдавать философию или историю. Программа спроектирована под конкретную профессию — ничего лишнего.
Каждая платформа определяет свой набор образовательных направлений — в «Нетологии» есть четыре основных блока:
Дополнительное профессиональное образование. Маркетинг, бизнес и управление, программирование, дизайн и UX, аналитика для всех уровней подготовки.
MBA. Полноценные магистерские и короткие узконаправленные программы для топ-менеджеров и управленцев.
Высшее образование. Партнерские программы, разработанные совместно с Высшей школой экономики и Томским государственным университетом.
Творческие профессии, лайфстайл и хобби. Обучающие курсы в сфере креативных индустрий, компьютерных игр и саморазвития.
Преподаватели «Нетологии» не обучают школьным дисциплинам — дети могут учиться на платформе без ограничений, но только в случае, если хотят освоить какую-то специальность.
Курсы бывают в разных форматах: асинхронный и синхронный. В первом варианте, у студента нет никакого расписания, только доступ к занятиями. Поэтому учиться можно в любое удобное время.
В случае с синхронными или частично синхронными программами обучение состоит из вебинаров и практических заданий — в определенное время нужно подключаться к лекциям, а если студент не успевает, всегда можно посмотреть видео урока. Однако у этого формата есть четкая ценность — возможность пообщаться с экспертом во время занятий. И если учащийся смотрит только запись, он осознанно лишает себя части знаний. Поэтому перед тем, как пойти на курс, стоит примерить на себя расписание и адекватно оценить возможности.
У «Нетологии» есть лицензия на ведение образовательной деятельности — все студенты в зависимости от курса получают сертификаты о повышении квалификации или переподготовке. Помимо этого онлайн-платформа выдает диплом государственного образца от университета-партнера, с которым сотрудничает.
Другой вопрос, понадобится ли он выпускнику. На рынке сейчас котируются специалисты не с дипломом, а с большим опытом. Поэтому при просмотре курса лучше выбирать не «корочку», а возможность создать свое портфолио.
Все преподаватели «Нетологии» эксперты-практики. Здесь не коллекционируют звезд, хотя специалистов с международным именем достаточно. Главным критерием при выборе преподавателя остается все то же портфолио — знаковые на рынке проекты. Важно, чтобы человек был известен в профессиональных кругах, потому что одобрение коллег приоритетнее публичности.
Конечно, все направления разделены на уровни, и для новичков есть отдельный блок «НЕО». В этой категории около 160 курсов, в которых обучают профессии с нуля. В них программы строятся по определенной методике — человек буквально получает пошаговую инструкцию по работе в выбранной сфере.
Специалисты Центра развития карьеры «Нетологии» общаются со студентами и предоставляют им возможности для прохождения стажировок. Этот отдел анализирует потребности выпускников и компаний и находится в коннекте с модераторами курсов, чтобы подстраивать обучение под запросы рынка.
«Нетология» не гарантирует 100% трудоустройство. Онлайн-платформа отвечает за качество обучения, но не за то, как человек воспользуется им. В компании есть программа по трудоустройству. Она открывается после освоения определенных направлений и представляет из себя курс практических заданий. Специалисты помогают соискателям уверенней чувствовать себя на этапе подбора работы, рассказывают, как составлять портфолио и резюме и проходить собеседования.
Помимо этого, менеджеры Центра развития карьеры помогают выпускникам найти подходящую вакансию. К примеру, партнеру нужен DevOps-инженер, преподаватель на курсе знает подходящих кандидатов, и может предложить их компании.
Конечно, если специалисты хотят повысить квалификацию, на онлайн-площадке есть сегменты для них: «ПРО» для профессионалов по более 50 направлениям и «ТОП» с программами MBA для управляющих.
Международные эксперты в основном представлены в сегменте «ТОП». У учащихся есть свободный доступ к преподавателю — они могут задавать вопросы на вебинарах и общаться по почте. К примеру, на одной из программ студентка дополнительно консультировалась у специалиста из Кембриджской бизнес-школы.
Если студенту нужно сменить специальность, он может это сделать. Нет универсальной схемы для подобной ситуации, поэтому стоит обратиться к тьютору программы, и проблему решат. В случае, если учащийся хочет вернуть деньги за обучение, тут тоже нет сложностей, но все индивидуально.
До того, как студент приобрел курс, стоит собрать все интересующие вопросы и направить их консультанту направления. После окончательного решения и покупки программы (кстати, оплата возможна в рассрочку), с учащимся связывается координаторы или тьюторы, которые сопровождают человека до выпуска. Они оповещают о занятиях и отвечают на вопросы по домашним заданиям, ведут комьюнити, собирают информацию от эксперта, следят за мотивацией. С ними обучение проходит намного комфортнее.
Изображения: Саша Спи
Солнечные батареи, летающие машины и умные дома — уже не часть научной фантастики, а приближающаяся реальность. Технологии развиваются настолько быстро, что даже футурологи задаются вопросом, как изменится жизнь в самом скором времени. Некоторые прогрессивные предприятия учатся предугадывать будущее и создают продукт, который нужен здесь и сейчас, и немного завтра.
UD Group — компания, которая одной из первых в России внедряет инновационные технологии на объектах для развития города будущего. Среди ее общественных пространств: торговый центр KazanMall, Ритейл Парк Udacha, стрит-ритейл в ЖК Art City и другие. Совместно с UD Group мы сделали тест, чтобы выяснить, готовы ли вы жить в будущем уже сейчас.
Партнерский материал
Иллюстратор: Лена Родионова