Эрнест Хемингуэй был из тех людей, кого постоянно тянуло к риску и тайнам — особенно остро это проявилось после войны в Испании. Спецслужбы не могли упустить из виду писателя, журналиста и яростного антифашиста в одном лице, поэтому за его внимание боролись и СССР, и Штаты.
О скрытой стороне жизни Хемингуэя написал Николас Рейнольдс — книга-биография «Писатель, моряк, солдат, шпион» выходит в издательстве «Альпина нон-фикшн» в середине октября. Enter публикует отрывок, посвященный тому, как Яков Голос завербовал знаменитого автора в НКВД.
Хотя детали Москва до сих пор держит в секрете, известно, что решение о вступлении в контакт с Хемингуэем было принято НКВД в период между октябрем и декабрем 1940 г. Александр Васильев, бывший сотрудник КГБ, который узнал о Хемингуэе из архивов КГБ в начале 1990-х гг., предполагает, что Голос прочел роман «По ком звонит колокол» сразу же после его выхода в свет. В отличие от упертых леваков, которые критиковали книгу, Голос, похоже, смотрел намного дальше описанных Хемингуэем недостатков Республики и видел его шпионский потенциал. Скорее всего, Голос понимал, что, подтвердив независимость своих взглядов, писатель стал еще более привлекательной целью. Картину дополняло восхищение, с которым Хемингуэй писал о коммунистах-ополченцах, ведущих партизанскую войну. НКВД, возможно, даже знал о том, что он защищал в книге Реглера советско-германский договор. В обзоре книги, выпущенном осенью 1940 г., находящееся в Москве кадровое управление Коминтерна отмечало, что предисловие написал Хемингуэй. Он был пламенным антифашистом и по этой причине считался просоветски настроенным. Писатель был даже готов закрыть глаза на сталинские прегрешения и критиковать американскую внешнюю политику. Таким образом, у Хемингуэя было все, что требовалось Советам.
Никому на Западе неизвестно, кто именно свел Голоса и Хемингуэя, однако у них было множество общих знакомых. Джо Норт, нью-йоркский коммунист с дружелюбной улыбкой, не раз поставлял Голосу потенциальных кандидатов на вербовку. Путь Норта уже неоднократно пересекался с Хемингуэем: он убедил Хемингуэя написать статью для New Masses в 1935 г., а потом они вместе принимали участие в драме, разыгрывавшейся в Испании. После гражданской войны Хемингуэй написал страстное предисловие к посвящению Норта в честь американских антифашистов, сражавшихся в батальоне имени Авраама Линкольна. Последний раз они виделись летом 1940 г., когда Норт освещал конференцию по судьбе испанских беженцев на Кубе. Оба обрадовались этой неожиданной встрече. Хемингуэй пригласил Норта в бар La Florida в Старой Гаване, где писатель был завсегдатаем. Два ветерана удобно устроились под медленно вращавшимся потолочным вентилятором и проговорили несколько часов.
С равным успехом посредником мог стать какой-нибудь американский коммунист вроде писателя-неудачника Джона Херрманна, давнего друга Хемингуэя, который многие годы работал в подполье на КП США. (С 1926 по 1940 г. он был женат на Джозефине Хербст, хорошей приятельнице, если не близком друге Хемингуэя). По одному из рассказов, Херрманн был человеком, который через своих знакомых помог создать условия для очень успешной вербовки Элджера Хисса, сотрудника Госдепартамента. Наконец, нельзя сбрасывать со счетов и Йориса Ивенса, хорошего друга Хемингуэя и кинематографиста, который в 1939–1941 гг. время от времени бывал в Нью-Йорке и не раз знакомил писателя со своими соратниками-коммунистами. Однажды он даже послал загадочную телеграмму из двух строчек, которая походила на попытку организовать встречу: «Пытался достать тебя по телефону, но ты уехал из города… [они] говорят, что хотели пропустить с тобой по рюмочке сегодня».
Хотя личность посредника остается неясной, точно известно, что Голос встречался с Хемингуэем где-то в конце 1940 г., скорее всего во время его медового месяца в Нью-Йорке. Это факт, что они встречались и что Голос хотел завербовать Хемингуэя в НКВД. Вместе с тем о деталях этой встречи можно лишь догадываться, исходя из истории Голоса и советской практики.
Голос и посредник прекрасно знали, что знакомство через кого-то было намного перспективнее с точки зрения завязывания тайных отношений, чем прямой звонок без подготовки. Посредник мог заехать за Хемингуэем в Barclay и отвезти его в какое-нибудь тихое местечко в Нижнем Ист-Сайде, облюбованное Голосом для встреч, например в маленький ресторанчик на Второй авеню, где тот встречался с Бентли. Обстановка и меню были совершенно непримечательными. Возможно, там имелась задняя комната или как минимум тихий уголок, где можно было поговорить без помех. Посетители, в основном выходцы из рабочего класса, вряд ли узнали именитого писателя.
Посредник, скорее всего, оставил их наедине для разговора — еще одно обязательное условие для завязывания тайных отношений. Хемингуэй, надо думать, заказал что-нибудь выпить. После обмена любезностями мужчины перешли к рассказу о себе, наверное слегка преувеличивая свои достижения. Американец мог расписывать свои боевые подвиги в Испании, а русский — намекать на важное спецзадание, которое он выполнял в Соединенных Штатах. Голос обыгрывал тему антифашизма и говорил о Советском Союзе как о последнем бастионе на пути фашистской идеологии. Он наверняка льстил Хемингуэю и упирал на то, какую важную роль писатель мог бы играть, если бы боролся с фашизмом вместе с Советами. Догадаться о том, что было бы приятно слышать этому крупному американцу, обладающему здоровым самолюбием, не составляло труда для поднаторевшего в разведдеятельности Голоса.
Примерно в то время, когда состоялась их первая встреча, Голос заинтриговал резидентуру НКВД в Нью-Йорке возможностью завербовать очередного известного журналиста. С учетом фигуры Хемингуэя и опыта Голоса вряд ли это была спонтанная, «возникшая походя» идея. Такое могло случиться в Коминтерне, но не в НКВД. У Коминтерна были свои секреты, но он существовал для идеологической работы и распространения пропаганды, НКВД же был профессиональной разведывательной службой. Люди вроде Ивенса выпускали фильмы, люди вроде Голоса — вербовали и курировали шпионов. Голос не раз уведомлял московскую штаб-квартиру о том, что ненавидит неожиданности, и обычно настаивал на максимально полном контроле.
Если советские резиденты действовали неспонтанно, то они должны были неоднократно обменяться телеграммами с Москвой до того, как Голос сделает предложение Хемингуэю. Им предстояло описать предварительные контакты с Хемингуэем и изложить свои соображения о его потенциале в качестве шпиона. Центр должен был подшить эту информацию в досье Хемингуэя, где, возможно, уже находился доклад Орлова о встрече с писателем в Испании. В какой-то момент Москва дала Нью-Йорку добро на вербовку. Голосу почти наверняка рекомендовалось делать предложение не сразу, а сначала познакомиться с Хемингуэем поближе. Все происходило примерно так, постепенно: сначала писатель соглашался помогать НКВД, а потом эти двое договаривались быть на связи.
Дошедшие до нас и доступные исследователям архивы ясно говорят о том, что Голос докладывал в Москву о своих попытках привлечь Хемингуэя к работе в качестве шпиона. Одним из важнейших свидетельств является краткая справка по досье Хемингуэя в секретных архивах, раскрытых Васильевым. Справка была составлена на основе документов из досье писателя, где находились и телеграммы из Нью-Йорка, и предназначалась исключительно для внутреннего использования. Этот факт свидетельствует о ее достоверности.
В справке, датированной 1948 г., говорится о том, что «перед поездкой в Китай [Хемингуэй] привлечен к сотрудничеству на идеологической основе [Голосом]». На языке разведслужб это означало, что Хемингуэй принял предложение установить секретные отношения с Советами. Голос мог прямо ссылаться на НКВД или просто говорить о советских «спецслужбах», то есть использовать эвфемизм, который не был загадкой для Хемингуэя. Упоминание «идеологической основы» означало, что он соглашался с советской идеологией (как минимум частично) и принимал предложение не из-за денег или другого вознаграждения. Это также практически исключало шантаж или принуждение — идейного сторонника, особенно такого неординарного, как Хемингуэй, принуждать не было необходимости.
В копиях документов из секретного досье ничего не говорится о конкретных задачах, которые Голос поставил перед Хемингуэем. Вполне возможно, что Голос хотел заполучить Хемингуэя только из-за его потенциала в качестве журналиста-шпиона, то есть человека, который мог использовать свои обширные связи в интересах НКВД. Это не было чем-то необычным для советских спецслужб, которые почти всегда устанавливали для новичков испытательный срок, чтобы выяснить, для чего они лучше годятся. Со своей стороны, Хемингуэй мог считать, что знает, чего хотят от него советские спецслужбы. Он ведь уже имел дело с их агентами в Испании, что подтверждают описание партизанской войны в романе «По ком звонит колокол» и экскурс в мир контрразведки в пьесе «Пятая колонна». Возможно, НКВД ждал, что он будет действовать подобно герою из этой пьесы, который работал в контрразведке и сообщал о подозрительных личностях в барах. Сейчас, однако, масштабы этой деятельности значительно расширились, и собирать информацию нужно было уже в среде богатых и сильных мира сего.
Одну задачу, впрочем, Голос, как опытный вербовщик, не мог не предвидеть — надо было продумать, как проводить тайные встречи с кем-нибудь другим. Сам он был слишком перегружен, не мог похвастаться здоровьем и не имел возможности уезжать далеко от дома. Как НКВД будет связываться со своим новым агентом в Китае (или где-нибудь еще)? Как Хемингуэй узнает, кому можно доверять? В докладе, отправленном в Москву, Голос предлагал НКВД установить контакт с Хемингуэем в Китае или, если он поедет через Советский Союз, на своей территории. Голос писал, что он подготовил Хемингуэя для встречи с «нашими людьми» за пределами Соединенных Штатов. Писатель передал русскому несколько «марок» (надо думать, уникальных, что-нибудь вроде кубинских почтовых марок) и знал, что доверять следует лишь тому, кто предъявит их. Доклад Голоса завершался утверждением: «Я не сомневаюсь, что он будет сотрудничать с нами и… сделает все возможное».
Изображения: Рената Фогель
14 и 15 сентября в Казани пройдет традиционный осенний Open Space Market: участники из 25 городов России представят свои проекты в ВЦ «Казанская ярмарка». Также на площадке организуют фудкорт, лекции, мастер-классы и диджей-сеты.
Редакция Enter изучила всех участников маркета и рассказывает, что покупать и пробовать на осеннем Open Space Market.
Специально к осеннему OSM редакция Enter вместе с брендом Rainby выпустила капсульную коллекцию унисекс плащей от дождя из оксфорда в четырех цветах.
Бренд делает из стекла что угодно: изящные прозрачные шкатулки, устойчивые флорариумы, минималистичные серьги, броши, подвески, подносы и даже гербарии.
Любую квартиру можно превратить в бунгало на Гавайях в два счета. Уверены, поклонники пляжной темы в интерьере оценят балансборды и гладильные серфы.
Дизайнер Людмила Шаронова настаивает на том, что каждый человек уникален — такими же должны быть и вещи. Поэтому все модели в единственном экземпляре.
В эко-композициях сочетаются ботаника и дизайн: каждый суккулент выращивается своими руками и помещается в керамический горшок — тоже ручной работы.
Кольца и браслеты говорят о владельцах многое. Донести персональный месседж проще, когда важная фраза или слово выбиты прямо на сверкающем металле.
Начните перестраивать свой образ жизни на более экологичный, заменив пакеты тканевыми вариантами и разбросав по дому растения, которым не нужен горшок.
Универсальные скромные украшения разбавят любой образ. Карбон переливается на свету и хорошо смотрится как со стритвиром, так и со строгим костюмом.
Зима близко, а следующий маркет еще не скоро, так что думайте о гардеробе заранее и обязательно присмотритесь к платьям, худи и толстовкам от BYGUROVA.
Покупая одну сумку из натуральной кожи вы на самом деле приобретаете две — они вставляются друг в друга, что позволяет комбинировать цвета и настроения.
Казанский бренд создает одежду ограниченным тиражом. Платья, туники и кофты шьют из мягкого трикотажа, который прост в уходе и будет греть вас осенью.
Идеальный подарок для тех, кому не по силам уход за живыми растениями. Пионы из полимерной глины не завянут через неделю и украсят интерьер.
Ягоды и насекомых собирают вручную из оргстекла. Главный плюс материала в легкости — даже самые крупные броши можно носить на тонких шелковых блузах.
Идеальный подарок для тех, кому не по силам уход за живыми растениями. Пионы из полимерной глины не завянут через неделю и украсят интерьер.
Если не можете утром смотреть на тарелку с овсянкой — пора попробовать гранолу. В ней злаки смешивают с орехами, а после запекают, чтобы сделать хрустящей.
За грузинским колоритом отправляйтесь к палатке «Сулугуни» — здесь вас накормят хинкали, угостят сыром собственного производства и освежающим морсом.
Если фо бо, спринг-ролл и том ям — основа вашего рациона, ищите на маркете корнер OmNomNom. К тому же на улице прохладно, а пряные блюда точно согреют.
Вариант для тех, кто не хочет прерывать прогулку по маркету на обед. Суп от «Супстанции» удобно есть, пока выбираете себе одежду и новый декор для дома.
Любителям деликатесов тоже есть чему радоваться на Open Space Market. У корнера «Pаки.Kzn» пробуйте раков, дальневосточного краба и лангустины.
Скоро горожан ждет открытие еще одного кафе с веганскими и вегетарианскими блюдами. А пока пробуйте здесь питу с фалафелем от «С четверга не ем мясо».
Помимо маркета гостей ждет лекторий: в этом году сезоне его посвятили гармонии души и тела. На Open Space Market пройдут мастер-классы по йоге и медитации, а также лекции об этикете, SMM, развитии телеграм-каналов и путешествиях. С расписанием можно ознакомиться здесь.
Также организаторы маркета вместе с проектом «Зоозабота» устроят сбор питания для бездомных животных: приносите крупу, корм для собак и кошек и древесный наполнитель. За музыкальную программу на площадке отвечает команда бара «Соль» — диджей-сеты резидентов будут звучать оба дня.
Осенний Open Space Market пройдет в выставочном центре «Казанская ярмарка» 14 и 15 сентября с 12:00 до 20:00. Вход на маркет стоит 100 рублей, учащиеся смогут пройти за 50 рублей, а дошкольники и пенсионеры — бесплатно. Билет действует оба дня мероприятия.
Фото: Instagram, vk.com
По данным сайта TechJury, общая осведомленность и интерес к термину «кибербуллинг» в последние десять лет растут с каждым годом. При этом 24% жертв интернет-травли думали о самоубийстве, а для 1 000 женщин в возрасте от 18 до 55 лет последствия варьируются от перепадов настроения и низкой самооценки до депрессии и приступов паники. Enter продолжает серию материалов о травле в интернете и публикует истории двух жертв кибербуллинга и киберсталкинга.
Киберсталкинг — поиск информации о жертве; преследование жертвы и ее близких в интернете с помощью повторяющихся сообщений, вызывающих агрессию.
Кибербуллинг — травля, оскорбления или угрозы, высказываемые жертве посредством мессенджеров, телефонных звонков, соцсетей.
Ничья внешность не может расцениваться как «сама виновата» — это уже слатшейминг. В насилии виноват насильник, в кибербуллинге — человек, который решил преследовать другого. Если даже у девушки привлекательная внешность, это все равно не развязывает никому руки. Любые ухаживания можно отличить от преследования: если человек говорит «нет», а другой продолжает его доставать, то это уже ненормально.
Я никогда не страдала от недостатка мужского внимания, но и не могу сказать, что я была суперзвездой. Просто у меня конвенциональная внешность — она проще вызывает влюбленность, симпатию.
Подростком я была не очень симпатичным: худая, угловатая, с очками в толстой оправе и дурацкой челкой. Я не входила в число популярных девчонок, но и изгоем нельзя было назвать. У меня не проявлялось какое-то половое поведение. В шестом-седьмом классе мои одноклассницы уже встречались с мальчиками, а я носилась во дворе и играла в куклы.
В моей жизни было два странных эпизода, которые сейчас я могу расценить как кибербуллинг или киберсталкинг. В 21 у меня был бойфренд, с которым мы встречались полгода. Он был умным, симпатичным, с каким-то особенным чувством юмора — я очень падкая на это. Но начала замечать, что все, что я к нему испытываю — это жалость. Тогда я работала официанткой в ресторане и получала хорошую зарплату, а он просто жил на мои деньги — брал взаймы и не отдавал.
Я решила с ним расстаться. Вместо того, чтобы стойко принять расставание, он начал взламывать мою страницу, читать сообщения с нашими общими друзьями-парнями. При этом меня возмущало не то, что он читает мои сообщения и сидит на моей странице, а то, что обвиняет меня в измене. Помню, обсуждала это с подругой и сказала: «Ну ведь у меня в переписках вроде ничего такого нет?» Только через несколько месяцев я поняла: что-то тут не так. Надо было переживать из-за взлома страницы и нарушения личного пространства, а не из-за того, что я могла написать что-то лишнее в сообщениях.
Я не хочу его оправдывать, возможно, он тогда не понимал, что взламывать чужие страницы — это неправильно. Девушки, которые читают сообщения своих парней на телефоне, тоже не преследуют ничего плохого. Они просто боятся потерять человека и пытаются контролировать некоторые его действия.
Другой эпизод длился почти пять лет. У меня был одноклассник, который ушел после шестого класса — поступил в какое-то военное училище. Я помню только, что он замкнутый — мало тусовался и дружил с парой таких же задротов.
«Он писал мне в течение пяти лет почти каждый день. Он был как гидра — как только я обрубала одну голову, он отращивал вторую, третью…»
Спустя 15 лет он написал мне что-то вроде «Привет. Как дела?» — я немного удивилась сообщению через столько лет. Мы вспоминали какие-то моменты из школы, наших учителей. Потом он начал признаваться в любви и говорить, что вообще все это время был в меня влюблен. Якобы он помнил, что я на уроке математики повернулась к нему и улыбнулась. Уверена, что такого даже не было.
Каждый мой день начинался с «Доброе утро, солнышко». У меня никогда не было к нему каких-либо чувств. Я даже не воспринимала его как возможного партнера. Просто бывший одноклассник, с которым я даже не общалась раньше.
Когда мне надоедала навязчивость бывшего одноклассника, я отправляла его в «черный список». Потом он появлялся снова, просто под другим именем и фамилией, и я опять его банила. Он писал мне в течение пяти лет почти каждый день. Он был как гидра — как только я обрубала одну голову, он отращивал вторую, третью…
Тогда я не думала, что это какая-то форма насилия. Недавно я читала статью на Wonderzine про киберсталкинг и узнала в жертвах себя. Возможно, мне стоило пойти со скринами нашей переписки в полицию. Он сталкерил всю мою семью: писал мне, где работает мама, чем занимается сестра. Он вел себя добродушно: отправлял милые сообщения вроде «моя дорогая, мое солнышко», а я наоборот была настроена агрессивно. Когда человек, который тебя бесит, пишет подобное, появляется злость. Хотелось сказать: «Слышь, парень, не пиши мне ничего подобного никогда». Только сейчас я понимаю, что он пытался таким способом меня вывести из себя, а я велась. Думаю, сейчас мне было бы все равно.
На тот момент у меня был молодой человек, но он не придавал значения этим сообщениям, как и мои подруги-одноклассницы, которые просто удивлялись, зачем он объявился через столько лет. Я тоже не думала, что это может к чему-то привести, но иногда мне было страшно, что он обладает таким количеством информации о моей семье. Он не знал моего номера телефона и казанского адреса. Когда выпустился из училища и приехал в наш родной город, то предложил мне встретиться. Я была очень рада, что на тот момент уже жила в Казани.
Я не знаю, что движет такими людьми. Возможно, на моего бывшего одноклассника так повлияла учеба в военном училище. Я склонна думать, что в таких учреждениях у людей может повредиться рассудок — в закрытом мужском сообществе можно придумать себе что-то. Да и к личным границам в военизированных институциях относятся издевательски, поэтому и их учащиеся не уважают чужое личное пространство. Есть еще один вариант: возможно, он просто таким образом прикалывался надо мной вместе со своими однокурсниками. Хочется верить, что такому поведению есть оправдание и он на самом деле адекватный.
Иногда он пропадал на полгода или чуть меньше, но в какой-то момент перестал писать совсем. Я не знаю почему, никаких прощальных сообщений не было, да и от общих знакомых ничего не слышала о нем. Надеюсь, с ним все хорошо — просто закончились номера для регистрации новой страницы во «ВКонтакте».
Я администратор группы «ФемКызлар» (сообщество во «ВКонтакте» для феминисток в Татарстане. Публикуют статьи о феминизме, насилии из других СМИ, обсуждают и участвуют в митингах, — прим. Enter). В роли феминистки, активистки я нахожусь год и на удивление, с травлей еще не встречалась. Мне кажется, что у казанских хейтеров мало свободного времени и они ленивые. Первый раз с буллингом я столкнулась в детстве. Я уже не помню почему, но в садике меня невзлюбила группа девочек и как-то раз мы даже дрались. Еще был случай, когда мои подруги во дворе от меня отвернулись, со мной никто не общался. До сих пор не знаю из-за чего, но я чувствовала негатив каждый раз выходя на улицу. Многие смеялись мне вслед, а мальчики пели «Ну что ж ты страшная такая».
Кибербуллинг опасен тем же, что и буллинг в реальной жизни. В случае кибербуллинга наше безопасное пространство перестает быть таковым: начинаешь вздрагивать от каждого звонка, уведомления. Также интернет-поведение пока очень плохо контролируется. В том же «ВКонтакте» спокойно существуют паблики, посвященные теме насилия. Добиться справедливости в реальной жизни сложно, как и привлечь к ответственности тех, кто травит нас или наших детей. В случае с кибербуллингом это невозможно.
Недавно я и девушки из группы «ФемКызлар» участвовали в флешмобе «Я не хотела умирать» (его запустили блогеры Александра Митрошина и Алена Попова*. Девушки публиковали фотографии с нарисованными синяками, ранами. Кто-то выкладывал снимки реальных побоев. Участницы требовали принятия закона о домашнем насилии, — прим. Enter). Я в принципе за любой кипиш, а тут у нас еще и собралась большая группа девушек, которые тоже захотели участвовать, и фотограф. С другой стороны, этот флешмоб казался мне немного неэтичным, потому что я никогда не сталкивалась с абьюзом и не уверена, что имею право представлять своим лицом жертв насилия.
Мы публиковали свои фотографии в соцсетях и сталкивались с хейтерами в комментариях. Они писали, что флешмоб заказной, а его участницы разрушают семьи. Но самые смешные комментарии были про то, что синяки не настоящие. Ну да, так и есть, но зато они показывают результат домашнего насилия, который общество не должно допускать. Во время акции мне написали где-то три человека: «Поясни за феминизм» и все в таком духе. Я пыталась отвечать, дискутировать, но теперь, если такие сообщения приходят, то просто кидаю отправителя в «черный список». Такое общение не приводит к конструктиву.
«У меня была паранойя: я вызывала такси, сжимала ключи от дома в кулаке и высматривала его машину»
В моей жизни был и другой случай, когда я столкнулась с киберсталкингом. Мне тогда было 27 лет и я познакомилась с водителем такси. Он был старше на 10 лет, в его машине играл хэви-металл, а я такую музыку люблю. Его тогда удивили мои вкусы, потому что: «Девушки твоего возраста такую музыку не слушают», — типичный сексисткий комментарий, который должен был меня насторожить. Всю дорогу мы говорили о фильмах Ларса фон Триера, выяснилось, что нам обоим нравится «Антихрист». В конце поездки я оставила свой номер и мы договорились продолжить общение в WhatsApp. Люди редко нравятся мне с первого взгляда, разговора, но этот парень не вызвал у меня отвращения, поэтому я и продолжала с ним общаться. В тот период у меня были проблемы со здоровьем и в выходные я ждала результатов МРТ. Хотелось как-то отвлечься и я пошла в театр, а потом с ним на свидание.
Он был уверен в себе — видимо, разница в возрасте давала ему фору. Что со мной нервничать, он ведь старше, а значит умнее и опытнее меня. Наверное, так он и считал. В разговоре он называл китайцев «китаёзами», а жителей восточных стран — «черномазыми». Мы затронули тему религии, я сказала, что церковь не должна лезть в общество со своими ограничениями абортов, а он сказал, что аборт — это убийство и женщина не может его делать.
Свидание мне не понравилось. В своей голове я придумала чек-лист «каким не должен быть мой мужчина», и у него стояли галочки по всем пунктам. Он постоянно нарушал личные границы — касался моей руки, проявлял сексизм, расизм.
На следующий день я написала ему, что больше не хочу продолжать общение. Полгода он настойчиво продолжал писать: просил прощения, предлагал свидания, звонил с разных номеров. Писал что-то вроде: «Каким образом расхождение во взглядах “свободу пид****ам!” может помешать нашему стремлению сделать счастливыми друг друга». Одну из причин моего отказа он считал «дешевым бабьим способом», которым я пытаюсь «добиться своего».
Где-то неделю я пыталась ему по-человечески объяснить, что мне это не нравится, просила отстать от меня. Это не помогло, я начала блокировать номера, с которых он звонил. Он писал во всех мессенджерах, соцсетях, создавал фейковые страницы, притворялся другим человеком. Как только я понимала, что это он, то сразу блокировала.
Он знал, где я работаю и живу. Мне было страшно, что он будет меня караулить. В то время я часов до десяти вечера засиживалась на работе. У меня была паранойя: я вызывала такси, сжимала ключи от дома в кулаке и высматривала его машину. Но, видимо, как и хейтеры фемдвижения, он был слишком ленив — я его ни разу больше не видела.
В какой-то момент он, видимо, устал и перестал писать. Но через год появился снова. Написал, что у него умерла мама и, кажется, надеялся, что я буду утешать и сразу захочу с ним встретиться. Я не повелась и написала, что не нужно возобновлять со мной общение, ведь в прошлый раз я вроде доходчиво все объяснила. С его стороны это была гадкая и прямолинейная манипуляция, похожая на «Давай встречаться или я покончу с собой». Я не чувствовала себя виноватой. На тот момент я отрефлексировала все моменты с чувством вины за чужие чувства. На первом месте для меня была моя безопасность и душевное спокойствие. Мы не были близкими друзьями — не думаю, что я должна оказывать какую-то поддержку.
* Мы обязаны сообщить читателям, что Минюст внес Алену Попову в реестр физлиц-иноагентов
Иллюстрации: Рената Фогель
Редакция интернет-журнала Enter и бренд Rainby выпустили лимитированную коллекцию плащей-дождевиков четырех цветов: желтый, темно-синий, серый и черный. Они идеально подойдут для любителей активного образа жизни, путешественников и фанатов пеших прогулок в любую погоду.
Дождевики изготовлены из оксфорда — инновационного материала с широкой сферой применения: от производства детской одежды до изготовления туристического снаряжения. Благодаря этой ткани плащи не только непромокаемые, но еще легкие и компактные, плюс к каждому полагается удобный чехол.
Приобрести дождевик Enter x Rainby можно 14 и 15 сентября на традиционном осеннем Open Space Market. Ищите ролл-ап с логотипом интернет-журнала — именно там разместится наш корнер. Стоимость одного дождевика из коллекции — 2 700 рублей. Также на OSM можно будет приобрести плащи без брендирования.
Фото: Саша Спи
Недавно Владимир Мединский жестко раскритиковал исторические комиксы. Министр культуры заявил, что они придуманы для тех, кто не умеет читать, и вообще являются «убожеством». Наша редакция не может согласиться с этим мнением — и публикует отрывок из «Истории комиксов», которая совсем скоро выходит в издательстве «Манн, Иванов и Фербер». Само собой, в формате комикса!
Извечные фантазии на тему «роботы вот-вот заменят нас всех» приближаются к реальности: в последние пару лет нейросети научились рисовать картины, распознавать лица и даже писать книги.
Редакция Enter составила тест совместно с ИТ-фестивалем UP!Date, который пройдет в Горкинско-Ометьевском лесу 14 сентября. Проверьте себя и узнайте, на что в 2019 году действительно способны нейросети.
Мастер викторин - на базе Riddle
ИТ-фестиваль UP!Date организован компанией «БАРС Груп» и пройдет 14 сентября с 10:00 до 16:00. Билет обойдется в 700 рублей — приобрести его можно здесь, а по промокоду ITENTER полагается скидка 20%.
В этом году в Татарстане появится Молодежный парламент — совещательный и консультативный орган при Госсовете РТ. Он должен будет помогать разрабатывать законы, которые касаются жизни молодежи в республике и в целом работать над тем, чтобы молодые жители Татарстана чувствовали себя комфортно.
Членов Молодежного парламента будут выбирать, причем сделать это смогут только представители молодежи онлайн. Enter разобрался, чем занимаются молодые парламентарии, и рассказывает, почему на голосование стоит обратить внимание.
Систему молодежных парламентов придумали для того, чтобы молодые люди имели возможность высказать свои интересы и помогать государствам в проведении молодежной политики. Сами парламенты есть в нескольких странах по всему миру — с 1987 года существует даже отдельный Европейский молодежный парламент, куда входят люди в возрасте от 16 до 22 лет. Он имеет форму дискуссионной площадки и регулярно устраивает сессии на территориях разных государств, чтобы обсудить проблемы политики, экономики и экологии. То, какую силу и форму имеют молодежные парламенты, отдельные страны определяют для себя самостоятельно. В Великобритании парламент — общественная организация, которая защищает права молодежи, а в Германии — нечто вроде регионального клуба для тех, кто интересуется политикой.
В России Молодежный парламент при Госдуме появился в 2001 году, хотя называться так начал только через десять лет. Он формируется из региональных парламентариев или общественников и работает снова как площадка для дискуссий. Ее целью заявлено «содействие Госдуме в области регулирования прав и интересов молодежи», а задачами — «приобщение к парламентской деятельности» и «формирование правовой и политической культуры». В 2004 году в стране возникла еще и Молодежная парламентская Ассамблея при Совфеде — совещательный орган просуществовал до 2012 года, а потом на его месте появилась Палата молодых законодателей. Сеть молодежных парламентов существует в 81 регионе страны, причем 11 обладают правом законодательной инициативы. Молодежная палата при Госсовете Татарстана работает уже 15 лет и за последние пять передала 13 предложений к республиканским и федеральным законопроектам.
Политологи выделяют несколько функций молпарламентов. Во-первых, это представительство интересов молодежи в органах государственной власти, во-вторых, участие в нормотворческой деятельности, в-третьих, подготовка молодых кадров. Также есть относительно размытые функции проведения социально значимых мероприятий и ведение просветительской деятельности.
Молодежные парламенты периодически проводят заседания, на которых обсуждаются важные темы и проблемы, касающиеся молодежи страны или региона. Что именно обговаривают и к чему это приводит, зависит от веса парламента и внутренней политики государства. В Турции молодежь обсуждает проблемы ближневосточного региона и старается создать толерантную атмосферу, в Грузии парламент работает как стартовая площадка для будущих депутатов и министров, а один из швейцарских молодежных парламентов убедил власти пригорода Кёниц запустить ночной шаттл до центра Берна, чтобы молодые люди могли вернуться домой заполночь в безопасности. В России молодые парламентарии примерно одинаково занимаются и законами и просвещением.
В Татарстане Молодежный парламент с этого года приобретает новый статус в связи со сменой названия, и теперь его состав будет формироваться по принципу прямых выборов на конкурентной основе. Председатель Госсовета РТ в одном из интервью рассказал, что члены Молпарламента смогут самостоятельно разрабатывать законопроекты и вносить их через депутатов, а также принимать участие в заседаниях комитета Госсовета РТ.
В Молодежный парламент Татарстана войдут 100 представителей в возрасте от 18 до 30 лет. Причем 45 выберут в районных молодежных палатах, 35 придут из молодежных организаций, а оставшиеся места оставили для самовыдвиженцев.
На первом этапе конкурсной программы заявилось 444 участника. В их числе блогер и директор АНО «Сообщество мам Республики Татарстан» Нина Шимина, победитель стипендии японского правительства Ge-NIS Азат Кашапов, представитель «Союза десантников» Станислав Савельев, активист Объединения по охране общественного порядка «ФОРПОСТ» и Совета детских общественных объединений Разалия Шайдуллина и победитель регионального конкурса «Доброволец России 2018» Булат Аюпов. До 6 сентября они проходят дебаты в Казани, Альметьевске, Набережных Челнах, Чистополе и Буинске, где представляют себя и свои предвыборные программы, а еще отвечают на вопросы жителей республики, то есть своих избирателей. Трансляции дебатов доступны в интернете.
Обязательным для кандидатов является участие в челлендже «Нам не все равно» в соцсетях. Они пишут посты и снимают видео в Instagram о том, почему должны войти в Молпарламент и что хотели бы изменить в республике. Ролик, поддерживающий кампанию, записали даже знаменитые блогерки-близняшки.
Голосование за кандидатов происходит в режиме онлайн на портале госуслуг и на сайте «Открытый Татарстан». Сделать свой выбор могут только граждане России, проживающие на территории Татарстана, в возрасте от 14 до 30 лет. Причем жители района могут голосовать только за кандидата из своего района. В целом можно выбрать неограниченное количество понравившихся кандидатов, но голос засчитывается только один раз.
Система голосования закроется 6 сентября — до этого времени в сети постоянно публикуются промежуточные итоги. Результаты голосования должны обнародовать в течение пяти дней, а потом на первом заседании парламента его члены сами выберут себе председателя и начнут работу.
14 сентября в Казани пройдет ИТ-фестиваль UP!Date, в рамках которого состоятся лекции ведущих специалистов отрасли. Также на территории Горкинско-Ометьевского леса организуют фудкорт, чилл-зону от Enter, корнер книжного магазина «Смены» и другие активности.
Enter изучил программу ИТ-фестиваля и рассказывает, кто из спикеров выступит в образовательном блоке и чем еще можно заняться на мероприятии.
Валерий Бабушкин — директор по моделированию и анализу данных в Х5 Retail Group, руководитель группы аналитики в «Яндексе» и приглашенный преподаватель в НИУ ВШЭ. Он расскажет, почему название профессии или должности Data Scientist не несет никакой смысловой нагрузки, чем Data Analyst отличается от Data Engineer и как начать работать по профессии, которой нет.
Во сколько: 11:00
Где: Зона «Технологии»
Проректор по развитию и кадровой политике Университета Иннополис Алия Саматова обсудит с гостями фестиваля проблему выбора карьеры и поиска своего места в жизни. Чтобы разобраться в этом вопросе, она разберет несколько тезисов: как понять, кем хочешь быть через пять лет и что должен уметь; что необходимо сделать для достижения карьерной цели прямо сейчас.
Во сколько: 11:00
Где: Зона «Мышление»
Тем, кто давно мечтал найти баланс между работой и личной жизнью стоит послушать лекцию менеджера «Яндекс.Дзена», журналиста и экс-редактора Cosmopolitan Ольги Севастьяновой. Она расскажет, какие техники и системы можно использовать для управления своим временем и энергией, а также как привнести в жизнь ощущение, что ты живешь на свой максимум.
Во сколько: 11:00
Где: Зона Soft-skills
Экс-директор по развитию бизнеса по Восточной Европе в компании Luxoft Сергей Родионов считает, что слово «микросервисы» уже набило всем оскомину. Спикер объяснит, действительно ли всем нужно срочно переходить на микросервисы или можно продолжать жить с монолитным приложением. Также Сергей расскажет, какие проблемы и нюансы возникают при переходе на микросервисы.
Во сколько: 12:10
Где: Зона «Технологии»
Психолог и нейропсихолог Влада Попутаровская давно занимается вопросами коммуникации между людьми. По ее мнению, правильно налаженное взаимодействие — ключ не только к успешной сделке, но и к внутреннему балансу. Со слушателями она обсудит, почему умение общаться с людьми — самый дорогой товар и как приобрести этот ценный навык.
Во сколько: 12:10
Где: Зона Soft-skills
Мария Верхунова руководит отделом дизайна «БАРС Груп», поэтому ее выступление посвящено важному качеству всех творческих людей — креативности. Однако при этом спикер считает, что значение креативности сильно переоценено. На лекции попробуем разобраться, что включает в себя набор инструментов дизайн-мышления и как системное аналитическое мышление помогает в создании творческих проектов.
Во сколько: 12:10
Где: Зона «Мышление»
Пока одни говорят, что миллениалы ведут себя и думают совсем иначе, Игорь Коршунов, разбирается, почему так происходит. Технический директор компании «Валадорус» и резидент Университета Иннополис в четырех пунктах расскажет, чем мышление людей цифровой эпохи отличается от предыдущих поколений. Еще он попробует предсказать, как будет развиваться человек в будущем.
Во сколько: 13:20
Где: Зона «Мышление»
Антонина Серебрякова, исследователь навыков и профессий будущего и преподаватель в барселонской бизнес школе ESIC, знает, как заставить человека поверить в себя. На лекции она решила разобрать проблему выгорания на работе, которая зачастую приводит к сомнениям относительно своего таланта и выбранной профессии.
Во сколько: 13:40
Где: Зона Soft-skills
Алексей Петров занимается консультацией по информационным технологиям 19 лет, параллельно выступая как коуч и ментор в сообществе «Аналитических игр в России и СНГ». В своей лекции он решил поднять вопрос техники и компетенции, которые помогут сегодняшним аналитикам сохранить конкурентоспособность и продолжить заниматься любимым делом и через 5-10 лет.
Во сколько: 14:20
Где: Зона «Технологии»
Top Dog не первый год кормит гостей крупных городских фестивалей. На UP!Date закусочная будет готовить три вида хот-догов: «Французский» в булочке-трубочке, «Датский» с солеными огурчиками и жареным луком и классический вариант с горчицей. К хот-догам берите безалкогольные лимонады.
Кафе Mister Pho накормит посетителей фестиваля аутентичным фо-бо. В суп обычно предлагают по вкусу положить зеленый лук, имбирь и соус. Кроме фо-бо сможете попробовать спринг-роллы, бань бао, манго-шейки и вьетнамские лимонады.
Ваш любимый Manufact доберется и до айтишников. На UP!Date можно будет перекусить сэндвичами с песто, индейкой или лососем, а также плотно пообедать боулами. Наш фаворит — с лососем, огурцом, эдамаме, рисом и авокадо. И не забудьте попробовать лимонад с базиликом или гранатом.
Выходные выдались теплые, так что мороженое точно будет к месту. У Happy Ice Roll семь вариантов на выбор, можно комбинировать по два — есть даже со вкусом Oreo! Для отъявленных сладкоежек в наличии топпинги, взбитые сливки и посыпка.
Рядом с Cube в Горкинско-Ометьевском лесу развернется чилл-зона от Enter. Ищите черные кресла мешки с нашим логотипом, чтобы отдохнуть между лекциями. Или можете взять еду на фудкорте и комфортно устроиться обедать в гамаке. Здесь же можно будет сдать лампочки и батарейки — да здравствует экологичный образ жизни.
Для детей — маленьких и не очень — на UP!Date организует несколько активностей. Самых юных будет развлекать аниматор, а также они смогут порисовать — никакие принадлежности не нужны, все будет на площадке. Детям постарше должна понравиться интерактивная зона, где пройдут игры, связанные с ИТ-тематикой.
Книжный магазин «Смены» специально к фестивалю соберет тематическую подборку лучших книг независимых издательств со всей России. Так что если вы давно хотели почитать что-то об ИТ и никак не могли добраться до Центра современной культуры, UP!Date — ваш шанс.
Учиться без перерыва на развлечения — так себе затея, поэтому ищите на фестивале фан-зону. Здесь можно поиграть в большую дженгу, шашки на палетах и настольные игры от Hobby Games. Также на фестивале организуют зону продажи настолок и квиз (но на него нужно зарегистрироваться).
организатор фестиваля, генеральный директор «БАРС Груп»
Существует ошибочное мнение, что все разработчики — интроверты, которые избегают общения с внешним миром. Мы же хотим показать, что это вовсе не так. И тема фестиваля этого года, «ИТ как искусство», тоже выбрана неслучайно. Все наши ребята в компании, да и все те, кто создают сложные программные продукты — это не просто исполнители, а настоящие творцы. Они меняют мир вокруг себя, делая его удобным, делая его современным, делая его особенным для человека.
Мы в «БАРС Груп» трепетно относимся к семейным традициям, поэтому и на нашем фестивале много зон отведено именно семейному досугу. Мы постарались сделать площадку UP!Date не просто полезной с точки зрения знаний, но также уютной и интересной абсолютно для всех.
Многие выбирают себе работу исходя из лайфстайла компании — UP!Date полностью отражает подход к тому, как работаем мы. Для нас «БАРС Груп» — это не просто место работы, здесь многие заводят друзей, создают семьи, вместе отмечают праздники и отдыхают. Нам хотелось поделиться этим с другими и думаю, у нас получилось.
ИТ-фестиваль UP!Date, организованный компанией «БАРС Груп», пройдет 14 сентября с 10:00 до 16:00. Планируется, что он соберет в Горкинско-Ометьевском лесу около 700 разработчиков и специалистов отрасли. Билет обойдется в 700 рублей — приобрести его можно здесь, а по промокоду ITENTER попасть на мероприятие можно со скидкой 20%.
Фото: Предоставлены организаторами фестиваля
«Бомбора» издала книгу Софьи Багдасаровой «Воры, вандалы и идиоты». Она посвящена криминалу в сфере искусства в России — краже и порче картин, зачастую происходящих при нелепых обстоятельствах.
С разрешения издательства Enter публикует отрывок о знаменитой картине Рембрандта «Даная», которую облили кислотой в 1985 году. Саму книгу можно купить онлайн в печатной и электронной версиях.
А сейчас, дорогие читатели, мы попробуем занырнуть в мир истинного безумия, политики, национализма и карательной психиатрии. Устраивайтесь поудобнее, наливайте чайку погорячее, желательно с мятой или с чабрецом, дальше будет грустно, суета сует, всяческая маета и протоколы обыска.
Начнем сию печальнейшую из глав, пожалуй, с упоминания о том, что самая крутая в мире регулярная выставка искусств — это Венецианская биеннале, основанная еще в 1895 году. Выставлять на ней стараются всегда самое лучшее и самое важное. В 2015 году, на 56-й Венецианской биеннале, можно было увидеть нечто особенное. Дело в том, что у многих стран на этом фестивале есть свои государственные павильоны. И вот в здании, отведенном Литве, был представлен проект контемпорари-художника Дайнюса Лишкявичюса под названием «Музей».
Перескажу своими словами, что писала литовская пресса об этом «Музее». Этот проект, — гласил пресс-релиз, — попытался иронически перетолковать период советской оккупации как историю современного искусства. Проект, писали журналисты, рассказывал о мятежных, революционных, иногда непостижимых личностях, борцах за свободу. Одной из этих личностей был Бронюс Майгис. «Он, — говорит о нем упомянутый современный художник, — туманная революционная фигура, которую у нас еще не легитимизовали, неправильно поняли, “поставили на полку”. Мы, литовцы, говорим о нем, как о позоре, пятне на национальном флаге, хотя это был замкнутый и травмированный человек. Я пытался поместить эту личность в культурный контекст». Поступок Майгиса подается как авангардная форма искусства, запрещенная в советское время, как перформанс, отрицающий традиционные ценности.
Давайте же взглянем попристальней на этого Бронюса Майгиса, чей перформанс настолько существен для мирового культурного контекста, что его документация стала одним из главных сюжетов павильона целого независимого государства на Венецианской биеннале.
Это случилось 15 июня 1985 года. Для начала этой истории, говорят, было важно, что это был следующий день после 44-летия начала массовой депортации литовцев (всего репрессировано более 130 тыс. человек). Для ее финала, безусловно, было значимо, что это случилось несколько месяцев спустя после избрания Михаила Горбачева на пост Генерального секретаря ЦК КПСС.
Накануне Бронюс Антонович Майгис, чей отец-литовец в 1944 году был застрелен советскими войсками как член фашиствующих «лесных братьев», покинул Каунас и сел на поезд, идущий из города Калининграда в Ленинград. Дома, в маленькой каморке, у него оставались дорогие для него вещи и документы — два молитвенника, журналы «Здоровье и труд» и «Международное право», несколько портретов Гитлера, собственные рентгеновские снимки и многочисленные справки из различных больниц.
Еще там потом нашли вырезку из журнала «Огонек» с изображением картины Рембрандта «Даная» и другие репродукции. Прибыв в Ленинград, Майгис отправился в Эрмитаж. И попал туда. Почему-то в подобных историях никогда не встречается совершенно реалистичных жизненных поворотов, как бывает у нормальных людей: мол, пошел в Эрмитаж, там была огромная очередь, встал в нее, простоял четыре часа, по ногам промаршировали два класса переростков-восьмиклассников (с гоготом), потом почувствовал, что скоро будет тепловой удар, но вот уже виднеется касса! И когда передо мной оставалось буквально три человека, кассир закрыл окошко со словами «билетов на сегодня больше нет», и я, опечаленный, что зря потратил день, грустно поплелся к себе домой…
Нет, такие статистически частые стечения обстоятельств случаются только с нами, нормальными людьми. А злоумышленники всегда проникают в музеи безо всяких проблем, будто судьба нарочно им красные ковровые дорожки расстилает и отменяет фейс-контроль.
48-летний Бронюс Майгис, безработный, болезненный, потасканный жизнью, ранее работавший на лесозаготовках и шахтах под Пермью и Кемерово, легко прошел в Эрмитаж. Было солнечное субботнее утро. Он явился в зал, посвященный голландской живописи. К его ногам под брюками были привязаны два самодельных взрывных устройства типа фугас, сделанных из обрезков труб, набитых аммонитом. От них к поясу шли провода, на нем крепилась батарейка. В сумке у Майгиса лежала емкость с кислотой и острый нож.
Он достал этот нож. И сначала несколько раз ударил рембрандтовское полотно, ударил обнаженное тело аргосской царевны в область паха, по животу и бедрам. Почему-то вандалы особенно любят резать холсты ножом, видимо, это доставляет им атавистические наслаждения.
Бедный Рембрандт: десятью годами ранее другой безработный, бывший школьный учитель, так же порезал ножом «Ночной дозор». А прежде «Ночной дозор» резали в 1911 году — это сделал безработный сапожник, протестовавший, по его словам, из-за того, что не мог найти работу.
(Эта глава что-то получается совсем не смешная. Оказывается, есть темы, на которые даже я шутить и ерничать не могу.)
Потом Майгис достал банку с серной кислотой. И облил уже порезанную «Данаю». Почему-то вандалы с той же страстью, что и ножи, любят серную кислоту, возможно, и в этом акте деструктивного выплескивания есть какие-то фрейдистские мотивы. Статистика говорит, что плещут обычно на лица, на «живые» глаза.
Бедный-бедный Рембрандт. Если взять тот же «Ночной дозор», то в третий раз ему достанется в 1990 году: его обольет серной кислотой некий мужчина с психиатрическим диагнозом (наверняка тоже безработный!). Из рембрандтовских работ от кислоты еще пострадали две картины в замке Вильгельмсхёе в Касселе — «Автопортрет» 1654 года и «Иаков, благословляющий Иосифа». В 1977 году, за несколько лет до трагедии в Эрмитаже, их облил Ханс-Йоахим Болманн, серийный вандал, окативший с 1977-го по 2006 год кислотой 56 картин. Его все время ловили, судили, отправляли на лечение, потом он опять обливал картины, его снова ловили. Под конец жизни он нашел новую забаву — обливал картины не кислотой, а бензином и поджигал. В 2009 году он умер в возрасте 72 лет, на свободе.
Это было лирическое отступление, призванное показать, что СССР по музейной безопасности занимало равноправное место на арене мировых музейных сумасшедших, ничуть не уступая Голландии, Германии и проч. странам второй половины ХХ века. Теперь же вернемся к нашим отечественным березкам и аммонитам.
После ножа и кислоты воспользоваться третьим орудием — самодельной взрывчаткой — Майгис не успел: его скрутила охрана и посетители. Сам он потом говорил, что и не собирался — увидел, что в зале много людей, и не хотел их поранить. Его целью были только картины. Некоторые говорят, что Майгис кричал: «Слава Литве!» во время совершения преступления. Другие это отрицают. Молчат об этом и протоколы. В 1985 году в советском государстве никому не были нужны процессы со столь яркой политической направленностью. При изучении истории вообще кажется, что власти изворачивались как могли, чтобы дать Майгису наказание помягче, записать его не в националисты-взрывники, а в душевнобольные, выпятить тему эротической озабоченности.
Сотрудники музея бросились спасать «Данаю», пока краска стекала с полотна. Жидкость пузырилась и, капая, проедала паркет. Картину поливали водой, пытаясь смыть кислоту, — больше ничего сделать было нельзя.
Кислота оставила на холсте широкие борозды. Полотно как будто дымилось: серная кислота вступила в реакцию с минеральными пигментами. Вся центральная часть композиции представляла собой мешанину из бурых рельефных пятен с грязными набрызгами, вертикальными натеками, утратами краски.
По Ленинграду начали циркулировать слухи, поскольку скрыть подобную трагедию было невозможно. А в музей приезжали господа из обкома и горкома — как рассказывал потом один из работников Эрмитажа, они приговаривали, как заклинание: «Товарищи, все должно быть хорошо. Товарищи, следы надо удалить полностью и незаметно». Их слова звучали абсурдом. Когда все просохло, оказалось, что пострадали центральные участки картины, утрачено 27% живописи. Слухи достигли иностранцев — уже 22 июня New York Times напечатала абзац, что с картиной что-то случилось, однако что — непонятно. «Голос Америки» тоже рассказал о событии — как об акте политического протеста. В Эрмитаже была создана государственная комиссия, которая решала, что делать дальше.
Примерно о том же размышляли в КГБ.
Арестованный Майгис сидел молчаливо и смотрел в одну точку. В папку постепенно собирались характеризующие его документы: холост, беспартийный, четыре класса образования. Был призван в армию, после демобилизации работал на лесозаготовках и шахтах. Вернулся в Литву, поселился в Каунасе, работал на бумажной фабрике, воровал с производства, работал кочегаром, потом нигде не работал, потом фарцевал. Как-то пытался покончить с собой. Постоянно жаловался на здоровье. В конце 1970-х литовские врачи уже поставили ему диагноз «депрессивно-параноидальный синдром, возможно, шизофрения». Увлекался игрой на скрипке и коллекционированием монет, открыток и книг, потом все распродал. Последние семь лет не работал. Последние два года не имел постоянной прописки. Жил в кладовке у друга. В Литовской ССР его неплохо знали: он постоянно писал жалобы в прессу и в горсовет, пытался выбить себе пенсию по состоянию здоровья. Нелюдимый, мрачный отшельник — так говорили о нем знакомые. Обыск съемной каморки в Каунасе довершил угнетающее впечатление.
Тело Данаи облепили частички краски, перемешанные с кислотой и водой. Темное масло, стекшее с верхней части картины, превратилось в грубые губчатые наросты на нежном теле царевны. В поры холста проникла грязь. Скальпели реставраторов не могли удалить эти «грибы». Реставраторы «Данаи» — Евгений Герасимов, Александр Рахман, Геннадий Широков, а также Татьяна Алешина, которая обеспечивала научно-методическую часть, — поняли, что им предстоит работа на много лет.
А товарищи из начальственных структур твердили: за год! Чтобы через год она была как новенькая!
В протоколе следователь строчил, что со слов Майгиса записано: «Этот акт не является выражением моего враждебного отношения к советской власти, к советскому государственному и общественному строю». Раньше говорил другое. Еще говорил, что «Даная» — плохая, неприличная, ее надо наказать. Потом еще говорил, что это месть безразличным врачам.
В психиатрической больнице № 5 города Ленинграда Майгису провели экспертизу: интеллект соответствует низкой норме. «Я лично считаю себя человеком здоровым. Никакого сожаления о том, что я уничтожил шедевр мирового значения, я не испытываю. Значит, его плохо охраняли и берегли, если мне это так сравнительно легко удалось сделать», — рассудительно объяснял вандал на допросе.
Следователь по особо важным делам КГБ СССР по Ленинградской области Виктор Егоров, который занимался делом, хорошо запомнил преступника, его тихий, ровный голос без признаков сожаления и раскаяния. «Спокойный, безразличный, с пустыми глазами», — говорила о нем подполковник милиции Рита Кравец. Майгис говорил, что если будет такая возможность, то обязательно повторит что-нибудь подобное. В камере хранения вокзала нашли еще несколько банок с серной кислотой. «Если бы я пронес всю посуду с кислотой, я уничтожил бы несколько картин», — потом говорил он при допросе. Но побоялся, что с большой сумкой его в музей не пустят.
Тут мы остановимся на разнице в подходах по обе стороны железного занавеса. Милосердное европейское правосудие пять раз арестовывало кислотного маньяка Ханса-Йоахима Болманна за 30 лет, осуждало его на короткие сроки в тюрьме, освобождало по апелляционным ходатайствам (поскольку «свобода человека ценнее, чем защита культурных ценностей») и из-за хорошего поведения, старалось максимально избавить от тягостного пребывания в психиатрических клиниках. Всего Ботманн в итоге повредил 56 картин: помимо двух Рембрандтов, это картины Альбрехта Дюрера, Кранаха Старшего, Рубенса, нескольких голландцев XVII века и внезапно Пауля Клее (по дурости в молодости, когда еще не научился в старых мастерах разбираться). Материальный ущерб, нанесенный этим человеком, оценивается в несколько сотен миллионов евро, о культурном даже страшно задумываться.
А безжалостная советская система просто раз и навсегда для Майгиса получила справку. Врачи написали: «Майгис Б. А. страдает хроническим заболеванием в форме шизофрении вялотекущей, лишающей его способности отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими. По своему психическому состоянию (текущий шизофренический процесс) и характеру совершенного им общественно опасного деяния Майгис представляет особую угрозу для общества и нуждается в направлении на принудительное лечение в психиатрическую больницу специального типа МВД СССР». Печать поставили фиолетовую. И подписи, разборчивые.
Потом Дзержинский суд — 26 августа, всего два с половиной месяца прошло, борзо работала кровавая гэбня, — вынес вандалу обвинительный приговор. Вина его была признана, и поскольку он имел с собой взрывчатку, суд постановил, что он совершил общественно опасные деяния, предусмотренные ч. 3 ст. 206, ч. 2 ст. 98, ч. 1 ст. 288 УК РСФСР. От уголовной ответственности Майгис был освобожден как невменяемый. И помещен в психиатрическую больницу закрытого (тюремного) типа в городе Черняховск Калининградской области. В здании бывшей прусской тюрьмы. Гуманно, поближе к Прибалтике, чтобы родня навещала, ежели такая имеется.
Об этой Черняховской больнице оставила свидетельство группа американских инспекторов-психиатров, побывавших там в 1989 году. Они беседовали с находившимися там больными — или диссидентами? Один литовец попал сюда как уклонист от армии, вор, алкоголик и наркоман. «Знаете, что такое права человека в империи дьявола? Они обращаются с тобой, как с рабом или кроликом. Здесь вы видите истинное лицо советской империи, они ни перед чем не останавливаются», — говорил он американским врачам. Другой рассказывал, что сидит здесь, потому что хотел получить загранпаспорт. На вопрос, много ли тут самоубийств, доктор пожимал плечами: «Такие попытки предпринимаются два-три раза в год, не всегда успешно».
Шло время. Горбачев пестовал свою перестройку. Реставраторы решали, что делать с «Данаей». Их торопили. они же провели предварительное укрепление холста, но зрелище все еще было ужасающим. Съездили в Германию, чтобы посмотреть, как там реставрируют «рембрандтов» из Касселя, облитых кислотой Хансом-Йоахимом Болманном.
Только в следующем году официальная советская пресса допустила на свои страницы информацию о трагедии. В марте 1986 года заметка была напечатана в «Известиях»: «…И никому не могло прийти в голову, что вот этот маленький человек из толпы, приблизившийся к картине, уже решил все-все повернуть здесь по-своему. Серый пиджак, бледное сероватое лицо, из-за тяжелой черной оправы очков — немножко странный, как бы отсутствующий взгляд… Видел ли он саму картину в этот момент? Понимал ли, на что он руку поднимал?» — писал собкор газеты.
Тогда же о масштабах беды узнала западная пресса, напечатав переводы с русского. Не могу отдельно не отметить британское издание The Telegraph, которое написало о событии так: «Согласно информации, которая была передана русской газетой “Известия”, Майгис достиг 48-летнего возраста, не имея ни единого контакта с женщиной, и его неудержимое сексуальное безумие наконец вскипело». И действительно, я полезла проверять: британцы вычитали про вандалову девственность в советской прессе! «Известия» написали: «…любви женской не знал. Никогда у него не было ни жены, ни невесты, ни возлюбленной. Его слова были: “Не до этого…”» Sex sells, даже при коммунизме — им можно отвлечь от других неприятных тем. Конечно, никаких намеков на национализм в той первой заметке не было. Там даже не назвали личное имя вандала — лишь фамилию, а на Прибалтику указывало только упоминание города Каунас.
Наступил 1991 год. Советский Союз развалился. «Даная» все лежит на реставрационном столе. В неразберихе перестройки был один плюс: реставраторов прекратили поторапливать. Пришел 1992 год. Майгис покинул стены Черняховской психиатрической лечебницы. Не сам. Независимая Литва забрала из бывших советских больниц своих литовских сумасшедших, как настоящих, так и политических. Майгис был признан настоящим. Врачи литовской психиатрической лечебницы, в числе которых называют психиатра Дангуоле Сурвилайте, подтвердили диагноз советских коллег. Был упомянут и астено-гипондрический синдром, или параноидальная депрессия.
Позже Майгис оказался в Вильнюсской государственной психиатрической лечебнице, но вроде бы ненадолго.
На восстановление картины ушло 12 лет. Некоторые говорили, что реставрировать картину не надо было, что теперь это «ненастоящий Рембрандт», копия, которую написали реставраторы. Но нет: на полотне, если знать, куда смотреть, можно разглядеть шрамы. Ткань, которая прикрывает ноги Данаи, стала прозрачной — кислота смыла верхний слой краски, которой Рембрандт прикрыл голени. Не стали восстанавливать исчезнувшие ключицы старухи-служанки. Полотно ныне представляет собой мозаику из поврежденных и неповрежденных частей.
Отреставрированную картину представили публике в 1997 году. Майгис, получивший пенсию от Литвы, давно вышел из лечебницы — Эрмитаж об этом предупредили, ведь иногда они возвращаются. Он не вернулся. Сейчас вандал проживает в доме престарелых в прибалтийском Утене, с журналистами встречаться отказывается.
В середине 2010-х годов он был еще жив — с ним беседовал художник Лишкявичюс, создававший свой «Музей». Он попросил Майгиса сняться в его документальном видео — заснять, как старик задумчиво ходит по дюнам. Тот отказался. Вместо этого Лишкявичюс создал серию рисунков, где Майгис бродит по дюнам вместе с философом Сартром. И представил их на биеннале.
Такие перформансы не должны повториться.
Изображения: Рената Фогель
8 сентября объявлено Единым днем голосования — в ближайшее воскресенье в Татарстане выберут депутатов Госсовета. Они будут принимать законы и регулировать региональную политику ближайшие пять лет, поэтому сознательно отдать свой голос за понравившегося кандидата особенно важно.
Специально для тех, кто не сможет проголосовать по месту прописки, редакция Enter составила инструкцию. В ней рассказано, как открепиться от своего участка и закрепиться за новым, можно ли проголосовать в другой день и что делать, если 8 сентября вас не будет в списке избирателей.
Это не проблема. Для таких случае придумали механизм «Мобильный избиратель» — впервые его протестировали на выборах Президента РФ в 2018 году, но и с другими выборами он отлично работает. Избиратели могут открепиться от своего избирательного участка и выбрать удобный. Прием заявлений в этом году начался 24 июля.
Запросто. В случае с выборами депутатов Госсовета РТ избиратель может находиться в любом населенном пункте региона, в котором он прописан. Важно только своевременно открепиться.
В 2019 году Москва проводит эксперимент и позволяет жителям регионов голосовать в столице с помощью электронных устройств на избирательных участках. Но к сожалению, это работает только для жителей тех регионов, где выбирается глава. В Татарстане другой случай.
Открепиться можно лично и онлайн, только один раз и только до 4 сентября.
В первом случае придется пойти в любой МФЦ в Татарстане, посетить участковую избирательную комиссию или территориальную избирательную комиссию (адреса указаны здесь) до 4 сентября. Во всех случаях избирателю предложат заполнить заявление — вручную или в машинописном виде. Возьмите с собой паспорт, потому что данные понадобятся в заявлении, а ошибиться никак нельзя. Сведения проверят и оставят вам отрывную часть. На ней указан избирательный участок, куда нужно прийти в день выборов, желательно взять ее с собой.
Еще можно войти на сайт госуслуг через любое устройство и открепиться там. Для этого надо зарегистрироваться и заполнить профиль гражданина, чтобы личные данные подтвердили. Потребуется время — от пары часов до нескольких дней, — так что лучше поторопиться. После заполнения заявления его можно распечатать, чтобы адрес нового избирательного участка всегда был под рукой.
Третий способ доступен для клиентов «Сбербанка», «Тинькофф» или «Почта Банка». В интернет-версиях этих сервисов можно создать учетную запись для портала госуслуг и никуда не ходить. Затем сделать все то же самое, как в случае с откреплением через сайт самих госуслуг.
Заполнение заявления онлайн при наличии стабильного интернет-соединения займет примерно пять минут. Если вы идете подавать заявление лично, то возможно, придется какое-то время потратить на ожидание своей очереди.
Да, можно лично оформить специальное заявление с 5 сентября до 14:00 7 сентября в УИК по месту регистрации. У документа несколько степеней защиты, включая марку, которая рвет заявление при попытке ее отклеить. У марки есть отрывная часть, ее вклеивают в список избирателей при выдаче бюллетеня, а само заявление изымают.
Госуслуги позволяют отозвать заявление, поданное через портал, но только до 00:00 5 сентября (время московское). В пределах общего срока подачи заявления можно оформить новое. 8 сентября проголосовать по месту прописки тоже получится, но члены УИК должны будут убедиться, что вы не проголосовали в другом месте.
Нет, досрочное голосование отменили и проголосовать позже тоже никак нельзя. Лучше выкроить немного времени и сделать свой выбор именно 8 сентября на удобном избирательном участке внутри Татарстана.
С этим будет разбираться комиссия, которая находится на самом избирательном участке. Обратитесь к ее члену и дождитесь ответа — скорее всего, произошла какая-то ошибка и вы сможете проголосовать. Есть вероятность, что для этого придется поехать на избирательный участок по месту прописки.