В рубрике «Вакансии недели» Enter рассказывает про интересные вакансии нашего города в креативной сфере и не только.
Если вы хотите найти сотрудников для своей компании или стартапа, присылайте нам вакансии. Поможем, чем сможем.
Текст: Мария Наумова
Изображение: miniaiu
Пять лет назад братья Андрей и Александр Блиновы открыли бар «Коммуналка» на Профсоюзной. У самобытного заведения с советским флером сформировалась уникальная аудитория, разделяющая ценности неформального общения и любовь к коктейльной классике в русских традициях.
Редакция Enter знакомит вас с историей создания бара и его командой в рубрике «Состав». Рассказываем, как родилась необычная концепция, как комьюнити на Профсоюзной привело сотрудников в штат и как обеспечивается их профессиональное развитие.
Андрей и Александр Блиновы начали думать над открытием своего проекта в 2018 году. Индустрия уже развивалась, и перед братьями стояла задача сделать так, чтобы новый бар не только вписался в контекст города, но и был заметным на уровне страны.
На тот момент локальные рестораторы делали ставки преимущественно на зарубежную кухню и напитки, а российские традиции гостеприимства оставались почти без внимания. Когда Блиновы углубились в историю и провели интервью с прежними лидерами индустрии, то обнаружили, что барное направление зародилось в стране в условиях жестких советских рамок: например, в 1970-х отдыхающим могли подавать манхэттен и джин-тоник по составляющим, чтобы избежать наказания за спекуляцию. В 1980-е Олимпиада в Москве сделала индустрию свободнее и подняла ее уровень за счет специалистов с запада, а окончательно контроль ослабился только в 1990-е.
Эти факты доказали братьям, что у страны есть особая потребительская культура. Новый проект сначала хотели назвать Russian Culture Bar, но посчитали его неблагозвучным — все-таки РКБ в Казани, прежде всего, республиканская больница. Блиновы продолжили думать над вариантами, и «нужную» атмосферу гостеприимства под стать истории подсказали коммунальные квартиры, где проходили самые шумные и веселые вечера советских граждан. Отсюда взялось финальное название бара.
Помещение без входной группы и коммуникаций, зато в самом центре Казани обнаружили случайно. Денег на ремонт практически не было, поэтому многое делали своими руками, причем помогать братьям приезжал даже отец. «Пока все нормальные мальчики собирают в гаражах “Жигули”, мы открываем бар», — вспоминает Андрей Блинов. Сотрудников «Коммуналки» тоже искали «всем миром», приглашая отовсюду через знакомых — так в Казань переехали работать профессионалы из Санкт-Петербурга, Краснодара и уральских городов. В январе 2019 года бар открыла команда из трех поваров и шести барменов, ну а сейчас в «Коммуналке» трудятся 25 человек.
Знаменитый дух коммунальной квартиры естественно соткан из мелочей: аутентичной мебели, «бабушкиных» ковров, автоматов с газировкой, старинных часов, фотографий и других вещиц — некоторые из них бару подарили гости в обмен на коктейли и блюда из меню. Бывало и так, что вещи из бара крали. Особого внимания удостоился ковер: в первый раз гость забрал его постирать и вернул сам, а во второй предмет нашли в заведении на Московской и принесли обратно спустя два дня. Истории о предметах и самом баре команда рассказывает на экскурсиях для новых гостей. Это помогает расположить людей к общению и заодно познакомить с концепцией заведения поближе. В свою очередь транслировать ценности проекта вовне с 2020 года помогает выездной бар Kommunalka Event.
Андрей Блинов
основатель и учредитель
Пару лет назад Александр Блинов уехал в Москву и продал свою долю брату, так что сейчас Андрей управляет бизнесом один. По его воспоминаниям, первое время Блиновы работали на сменах вместе с командой, но позже поняли, что решать задачи эффективнее, когда находишься над системой. Такой подход до сих пор помогает Андрею взаимодействовать с контрагентами и поставщиками, структурировать работу команды, анализировать показатели, выставлять приоритеты и определять направления развития. В работе он старается быть справедливым и выслушивать мнения всех сотрудников, а еще руководствуется принципом «интересы бизнеса выше личных».
Дмитрий Медведев
управляющий
Дмитрий из Перми, но в Казань переехал из Петербурга после пандемии по приглашению знакомой. За это время он поработал в «Коммуналке» стажером, заготовщиком, помощников на выездных мероприятиях и наконец пришел к должности управляющего.
В баре Дмитрий часто остается «за кулисами», хотя именно он во многом обеспечивает рабочие процессы: занимается бухгалтерией, следит за поставками, координирует смены и решает другие штатные вопросы. Если для открытия смены его вмешательство не нужно, значит, свои обязанности он выполнил на все сто. Больше всего управляющий любит общаться с гостями и всегда встречает их не как клиентов, а как дальних родственников, с которыми приятно поговорить.
Эвелина Айрапетян
PR-директор
Впервые Эвелина устроилась в «Коммуналку» на позицию SMM-специалиста, но затем ушла работать креативным менеджером в «Смородину» и «Май». Сейчас она снова в команде любимого бара и уже три года исполняет обязанности PR-директора.
Параллельно с «Коммуналкой» Эвелина продвигает другой гастропроект Блиновых — соседний бар The Caribes. Ежедневно она общается с блогерами и СМИ, придумывает коллаборации и разрабатывает маркетинговую стратегию в паре с Андреем. Концепцию бара PR-директор считает особенной и для многих новой, поэтому рассказывает о ней всегда с удовольствием.
Радик Курбанов
шеф-повар
Радик переехал в Казань из Альметьевска больше трех лет назад — в то же время ему позвонили из «Коммуналки» и предложили «пообщаться». С тех самых пор он руководит кухней бара: разрабатывает меню, составляет заявки на продукты, координирует работу сотрудников и консультирует их. Управлять командой из пяти человек ему несложно, потому что все в команде адекватные — «ровно настолько, насколько могут быть адекватными повара».
Динар Рахматуллин
су-шеф
Динар успел поработать во многих заведениях на Профсоюзной: участвовал в запуске «Волны», был шефом на аутсорсе в «Рецепте» и су-шефом в ReLab. В «Коммуналку» он однажды просто зашел поесть, и знакомые из команды предложили ему остаться в штате.
На кухне Динар занимается всем, что не делает шеф: проверяет заготовки, контролирует качество блюд и готовит сам, а еще следит за чистотой и составляет графики работы. По его опыту, в общепите часто бывают «змеиные» коллективы, но в «Коммуналке» отношения в коллективе выстроены грамотно.
Герман Грибанов
шеф-бартендер
Герман был старшим технологом проекта «Клавес» и приехал в Казань в отпуск. Здесь он познакомился с Блиновыми и за бурбоном принял решение остаться. Для шеф-бармена в работе главное — следовать общей идее и погружать гостя в атмосферу заведения. Эти ценности он закладывает в концепцию карты бара, стараясь создавать простые напитки, которые в то же время вызывают определенную эмоцию.
Меню бара Герман использует как инструмент общения с гостями. По его инициативе в конце прошлого года карту в «Коммуналке» оформили под фотоальбом, где визуал совмещен с описанием напитка — это помогает сформировать ожидания.
Артем Губашев
старший бартендер
Раньше Артем работал в заведении по соседству. Оно закрывалось на два часа раньше и после смены нынешний старший бартендер нередко заходил в «Коммуналку» на пару коктейлей — так и остался.
В команде он выполняет стандартные обязанности бармена, а дополнительно считает кассу, следит за ходом работы и закрывает заведение после смены. «Коммуналка» привлекает Артема возможностью быть самим собой: сотрудникам здесь не нужно «давить улыбку» и пытаться продать что-то подороже. Это создает особый комфорт, что немаловажно, так как профессиональная деятельность занимает большую часть жизни.
Василий Колоколов
старший бартендер
Несколько лет назад Василий собрал весь свой опыт и сбежал из ресторанного бизнеса в «Коммуналку» — в проекте его подкупили минимум формальностей и большая свобода.
Как старший бармен Василий играет роль правой руки управляющего. Он может готовить напитки, общаться с гостями и параллельно выступать менеджером — следить за происходящем в зале, работать с кассой, открывать и закрывать смены. Помимо этого старший бартендер присматривает за балансом в коллективе и сглаживает острые углы.
Алексей Романов
начальник заготовочного цеха
Алексей пришел на собеседование в «Коммуналку» на следующий день после переезда из Перми. Поначалу устроился на должность бармена, но через несколько месяцев понял, что ночной формат работы больше не для него: по вечерам ему хотелось видеть семью, а не гостей, как бы он их ни любил.
По счастливой случайности в баре открылась позиция начальника заготовочного цеха и 12-летний опыт Алексея пришелся кстати. Уже больше двух лет он обеспечивает всем необходимым для приготовления коктейлей «Коммуналку», The Caribes и Kommunalka Event.
Влад Намчук
бартендер, управляющий кейтерингом Kommunalka Event
В «Коммуналку» Влада привела нить знакомств на Профсоюзной: в июле 2022-го будущий сотрудник пришел на бранч в Paloma Cantina и встретил Германа. Приглашение в команду было принято буквально тут же — Влад согласился в том числе потому, что слишком надолго уходил из общепита в ИТ-сферу и жутко устал от рутины.
Своей главной задачей бартендер считает дарить людям эмоции, которые они хотят получить. Сам себя он называет «наркоманом общения», так что находить подход к гостям ему несложно.
Сергей Щукин
бартендер
Как и все бармены в «Коммуналке», Сергей подхватывает разные роли: выполняет задачи и бартендера, и хостеса, и сотрудника зала. Еще он считается техническим директором заведения и всегда может что-то подкрутить и поправить.
Для Сергея важно не стоять на месте и постоянно развиваться в профессии. Это ему помогает делать команда, которая постоянно обменивается знаниями и поддерживает в рабочих моментах.
Текст: Мария Наумова
Фото: Даниил Шведов
В рубрике «Вакансии недели» Enter рассказывает про интересные вакансии нашего города в креативной сфере и не только.
Если вы хотите найти сотрудников для своей компании или стартапа, присылайте нам вакансии. Поможем, чем сможем.
Текст: Мария Наумова
Изображение: miniaiu
В рубрике «Вакансии недели» Enter рассказывает про интересные вакансии нашего города в креативной сфере и не только.
Если вы хотите найти сотрудников для своей компании или стартапа, присылайте нам вакансии. Поможем, чем сможем.
Текст: Мария Наумова
Изображение: miniaiu
В последнее время крупные города активно расширяют границы: жилые районы и инфраструктурные центры появляются там, где еще совсем недавно не было буквально ничего. При этом на территориях остаются исторические здания, которых ждет снос, если не найдется желающий в них вложиться и сохранить историю. Несмотря на сложность работы со старинными помещениями, самые отважные инвесторы осваивают их и строят внутри объектов с историей успешный бизнес.
Журналистка Enter Мария Наумова поговорила с куратором проекта «Дом вдали» Татьяной Минаевой, специалистом по социально-культурному развитию территорий Марьей Леонтьевой и урбанистом Павлом Гнилорыбовым. Вместе с экспертами рассказываем, почему растет спрос на историческую недвижимость и как найти и купить объект наследия для жизни или бизнеса. А еще даем подборку зданий с историей, которые можно приобрести прямо сейчас.
Главным инвестором в архитектурное наследие в России остается государство. С одной стороны, практика размещения госучреждений в исторических объектах помогает сохранить деловые центры городов, с другой — обеспечить обслуживание здания. Кроме этого, государство вместе с Русской православной церковью организует программы по восстановлению храмов. Хотя вклад частных собственников в сравнении выглядит не таким весомым, культура владения наследием в России существовала на протяжении всей истории. За исключением разве что советского периода: тогда о покупке не было и речи, хотя жить в исторических зданиях особенно любили художники и писатели.
В конце девяностых — начале нулевых рынок недвижимости фактически стал складываться заново. А законы, регулирующие использование исторических зданий, формируются до сих пор. Чем подробнее становится законодательство и быстрее развиваются формы господдержки, тем активнее растет спрос на исторические здания и инвестирование в них. И наоборот: чем больше предприниматели осваивают сферу, тем детальнее становится законодательство. Пока тренд на покупку наследия нельзя назвать массовым из-за высокого порога входа на рынок исторической недвижимости, высокой стоимости работ по реставрации и приспособлению, ограниченности рынка строительных материалов и недостатка компетентных специалистов. Но количество инициатив с каждым годом увеличивается благодаря ценностной мотивации.
Она выражается, например, в желании выкупить дом, в котором жили предки, или в стремлении сохранить понравившийся объект культурного наследия. Предприниматели рассматривают старинные здания не только как возможность сделать бизнес самобытным, но и как способ вписать свое имя в историю. Плюс у проектов, реализованных в исторических местах, есть конкурентные преимущества: в постиндустриальную эпоху для людей особенно важны впечатления — как раз объекты наследия помогают привнести в бизнес дополнительные смыслы.
Куратор проекта «Дом вдали»
Сейчас человеку часто важно не просто прийти в какое-то место, съесть суп, насытиться и уйти. Таких предложений много, а людям нужны впечатления. Исторические объекты позволяют выстроить особую концепцию внутри бизнеса и передать посетителю уникальную эмоцию.
Объекты наследия тем и хороши, что в них не нужно ничего придумывать с нуля. На любой мелочи можно выстроить красивую и близкую людям историю, которая будет привлекать. Хороший пример — работа с наследием в Коломне, где музей пастилы разросся до целого исторического кластера.
В исторических зданиях чаще всего размещается бизнес в сфере услуг, туристические и культурные проекты. В Казани таких прецедентов много. Например, в 2015 году в Доме печати на Баумана открылся гостиничный комплекс «Ногай», а в 2018-м в «Особняке Демидова» появилась одноименная театральная резиденция. Особенно ценны проекты, которые стараются вписаться в место с учетом его истории — по такому принципу в Казани существует Музей чак-чака. Раньше на первом этаже была лавка купца Бигаева, а на втором располагалось жилое помещение, и приспособление это учитывает: внизу все так же работают торговые точки, наверху — экспозиционное пространство с сохраненными интерьерами.
За этической стороной использования исторических объектов следят только активисты — государство это никак не регулирует. Негативные примеры есть и чаще всего связаны с поверхностным изучением истории места. Например, в Гатчине гриль-бар «Копченые кости» открылся в комплексе бывшего госпиталя — точнее, в здании морга. А в Казани несколько лет назад работал ресторан «Шашлык-хана» в помещении бывшего бара «Лепрекон», где в 2015 году в пожаре погибли люди.
социолог, специалист по социально-культурному развитию территорий, учредитель Института городских исследований «Тамга»
Важно внимательно исследовать историю места и стараться подобрать для него подходящий сценарий. При этом учитывать, подо что организовано пространство и как оно сконструировано технически. А еще нужно понимать, какие городские сюжеты можно развивать в здании, ведь эффективность бизнеса во многом зависит от того, как горожане привыкли использовать район, улицу или пространство в общем. В 2020 году в Казани была принята Концепция устойчивого развития исторического поселения Казани, в рамках которой мы разработали детальные рекомендации о наиболее подходящих функциях для каждого из кварталов центра города на основании исторической преемственности и существующего контекста.
Известный отрицательный пример в Казани — комплекс «Бани Деревенька», размещенный на первом этаже доходного дома с круглыми сводами. Очевидно, что температурный и влажностный режим не способствует сохранению уникальной архитектуры здания.
Государство подталкивает инвесторов вкладываться в наследие, но пока меры поддержки работают точечно. В Татарстане некоторые здания продают на торгах за символический рубль, при этом собственник должен за пять лет привести в порядок фасад и приспособить объект под бизнес. Целевой программы, как и информации о процессе приобретения исторической недвижимости, по-прежнему не хватает. Предприниматели и собственники не знают, как подступиться к вопросу, и сталкиваются со сложностями, которые могут возникнуть уже на этапе поиска здания и не закончиться даже после покупки.
урбанист, основатель и главный редактор проекта «Архитектурные излишества»
В России около 160 тысяч объектов культурного наследия — любые работы с ними нужно согласовывать с органами охраны памятников. При этом есть дома, которые просто находятся в охранных зонах и тоже имеют определенные ограничения. Когда бизнесмены узнают, сколько бумаг им предстоит собрать, то просто отказываются вкладываться в исторические объекты.
Первый шаг — поиск здания. Искать объекты можно на сервисах для покупки и аренды недвижимости типа «Авито» и «Циана» или отслеживать сайты с торгами. Плюс для поиска есть агрегатор исторической недвижимости «Дом вдали» — в нем можно настроить фильтр по статусам объектов и другим параметрам.
На следующем этапе важно определить, есть ли у недвижимости охранный статус и ограничения. Разобраться в деталях можно самому по документам из открытых источников, но это сложно. Те же эксперты «Дома вдали» организуют первое знакомство потенциального собственника с объектом и рассказывают, что с ним можно делать, а что нет.
Всего статусов три:
Дальше происходит оценка состояния объекта. Как правило, описание есть в документах на недвижимость, но эксперты советуют перед покупкой выезжать на место с реставраторами и архитекторами, чтобы оценить реальный фронт работ. Если все устраивает, можно переходить к согласованию будущих действий. У владельца объекта культурного наследия появляется ряд обязанностей на определенный срок — важно связаться со всеми охранными органами и согласовать планы по реставрации.
куратор проекта «Дом вдали»
С межведомственным взаимодействием бывают сложности, поэтому мы берем на себя функцию экспертного связующего звена и объясняем, как проходят все процессы и что предстоит делать. Стараемся не только осуществлять коммуникацию, но и переводить какие-то вещи с языка контролирующих органов на язык простого человека.
После ознакомления с объектом можно начинать обсуждение условий передачи с продавцом — частным или муниципальным собственником. В первом случае процесс покупки будет стандартным. Во втором предстоит процедура торгов, в ходе которой город или регион выберет покупателя.
Кирпичная усадьба построена в конце XIX – начале XX века и признана объектом культурного наследия регионального значения. Ее кирпичный фасад украшен рядом высоких окон, а пологая крыша — аркой необычной формы. Из-за подъема культурного слоя часть первого этажа оказалась ниже уровня земли, но само здание сохранилось хорошо. На 192 м² идеально разместилась бы светлая кофейня или галерея современного искусства.
В этой деревянной даче можно не только жить, но и проводить экскурсии. Дом 1988 года напоминает избушку из старых русских сказок, вокруг которой расположилась экспозиция работ местного ремесленника. Прежний хозяин дома был не только мастером на все руки, но и поклонником апсайкла: декор он создавал из ненужных вещей и дерева, найденного в лесу, а потом красил его в яркие цвета — так и получилась целая композиция.
Двухэтажный особняк, окруженный яблонями, вишнями и иргой, погружает в атмосферу «Вишневого сада». Внутри двухэтажного сруба — высокие потолки и комнаты с широкими окнами, а снаружи — фасад с резными деревянными элементами, колоннами и балконом с видом на Волгу. До реки, кстати, всего пару минут ходьбы. Сам дом небольшой, зато уютный и хранящий историю рода.
Такие дома в России активно начали строить в середине XIX века. Цокольный или первый этаж делали каменным, а верхний — деревянным, что увеличивало прочность здания и гарантировало пожарную безопасность. Благодаря почти двухвековой истории и уникальной архитектуре здание получило статус объекта культурного наследия муниципального значения. Его можно приспособить для жилья или, как вариант, организовать внутри креативное пространство.
Текст: Мария Наумова
Изображения: Sasha Spi
В рубрике «Вакансии недели» Enter рассказывает про интересные вакансии нашего города в креативной сфере и не только.
Если вы хотите найти сотрудников для своей компании или стартапа, присылайте нам вакансии. Поможем, чем сможем.
Текст: Мария Наумова
Изображение: marinaradio
3 февраля в Нацбиблиотеке РТ презентуют сборник «Татар хатын-кызлары». В него вошли четыре комикса о знаменитых татарских женщинах: композиторе Саре Садыковой, летчице Магубе Сыртлановой, математике Саре Шакуловой и актрисе Сахибжамал Гиззатуллиной-Волжской. Их истории нарисовали художники из разных городов, которых основатели проекта собрали по итогам open call.
Журналистка Enter Мария Наумова поговорила с авторами идеи Радифом Кашаповым и Региной Гаязовой и художниками из Казани Юлией Галиакберовой и Русланом Ибрагимовым. Они поделились мыслями о том, почему женщине недостаточно быть подругой богатыря, как можно управлять воображением читателя и в чем главный посыл книги.
Мария: Как у вас родилась идея сделать комиксы про татарских женщин?
Регина: Идея делать комиксы на татарском появилась у Радифа, но он постарше и уже вышел за пределы возраста, когда можно защищать грант (смеется, — прим. Enter). Поэтому грант пошла защищать я, и в 2022 году мы выпустили первый сборник «Татарча комикслар. Казан хикәяләре» («Татарские комиксы. Казанские рассказы», — прим. Enter).
В 2022-м я была в декрете: когда долго сидишь дома с ребенком, кажется, что жертвуешь карьерой и перспективами… Тогда я задумалась, а где в Казани памятники женщинам, — и не вспомнила ни одного. Есть памятник матери солдата в парке Победы, но нет ничего, посвященного конкретным женщинам за конкретные достижения. И вот идея сборника родилась из мысли, что женщин, которые сохраняют традиции, культуру, язык, не видно — как будто они за ширмой.
Радиф: Мне всегда было интересно сделать героиней женщину, и все срослось. Случилось два важных момента. В 2022 году на фестивале Jadidfest мы организовывали лабораторию комикса, в рамках которой художники рисовали героев прошлого и настоящего. Помню, девушка создала историю про поэтессу Йолдыз Миннуллину, и это первое, что меня заинтересовало. А второе — проект «Туган Батыр», в основе которого книги писателя Зульфата Хакима про татарского богатыря. На одном мероприятии я спросил у автора: «Почему именно Туган Батыр? А девочкам что читать?», — и он ответил, что у Батыра есть подруга. Я подумал: «Ну ничего себе! То есть, единственная роль этой женщины — быть подругой и ждать, когда Туган Батыр вернется?»
Мы долго думали, о скольких личностях рассказать в сборнике. В первой книге у нас было 19 историй — на каждую по четыре страницы. Руслан подтвердит, что это вообще ни о чем: только разошелся и все уже закончилось. Поэтому мы решили, что у нас будет всего четыре истории, зато по 20 страниц. Дальше, наверное, будет две истории, потом одна, а потом двухтомник комиксов… (смеется, — прим. Enter).
Мария: По какому принципу вы выбирали героинь? Изначально было понимание, чьи истории войдут в комикс?
Регина: Все героини родились у Радифа.
Радиф: У нас появилась задумка, что эти женщины должны быть первыми в чем-то и отличаться друг от друга, представлять разные поколения: Сахибжамал Гиззатуллина-Волжская — первая татарская женщина-актриса; Сара Садыкова — первая женщина-профессиональный композитор; Сара Шакулова — первая женщина-математик; Магуба Сыртланова — женщина-пилот, герой Советского Союза.
Когда выбрали героинь, начали думать, что дать художникам. Ведь мы же не могли просто рассказать биографию: родилась, умерла и все. Нужен был конфликт, какой-то важный шаг, решимость… Например, героиня Руслана — Сара Садыкова, а нарисовать комикс про то, что человек пишет песни, довольно сложно. Поэтому я старался отыскать некий дополнительный элемент. И нашел: оказалось, ее в 45 лет уволили из оперного театра, — я посчитал это интересным.
Мария: Руслан, как вам работалось с героиней? Вы знали ее историю раньше?
Руслан: Конечно, я о ней знал, а моя нэнэй (бабушка, — прим. Руслана) много с ней общалась и много чего рассказывала. Они очень смешно познакомились. Бабушка приехала в Казань из деревни и тогда еще не знала наших звезд культуры. Композитора она встретила в магазине. Сара Садыкова подошла и сказала: «Посмотрите, пожалуйста, подходит мне эта вещь или нет?», — а выбирала она что-то вроде носков и, поднеся к лицу, спросила, идут ли они к цвету ее глаз. Нэнэй подумала: «Кто же выбирает носки к цвету глаз? Что за бред вообще?…» Так Сара Садыкова преподнесла ей первый урок: во всем должна быть гармония. Потом они даже стали вместе ездить на гастроли.
Мария: Юлия, а вы что-то знали о своей героине Саре Шакуловой?
Юлия: Вообще ничего. Про всех остальных я хоть что-то узнала в школе, а про нее услышала впервые. Захотелось познакомиться с ней поближе.
Мария: То есть на open call погруженность в историю и знание героинь не были обязательными критериями?
Радиф: Скорее, ориентировались на опыт. Для нас важно, чтобы книга была хорошо нарисована, поэтому мы смотрели, как человек рисует именно комиксы. Ведь все художники разные, а комиксистов у нас не так много. Например, Руслан им не является, но нам понравилось, как он сделал комикс про Тукая для первого сборника, поэтому мы решили продолжить работать вместе.
Регина: Всего откликнулось 28 художников, причем не только из России, но и из Германии, Грузии, что очень неожиданно. У многих авторов был крутой уровень, но мы все-таки смотрели еще и на внутренний интерес, мотивацию. Я обращала внимание, близка ли авторам тема женщин. Вот в разговоре с Юлей меня зацепило, что она не знает только Сару Шакулову. Художница из Подмосковья Арина Филиппова уже была в теме конкретной героини и сразу сказала: «О, Магуба — это мое! Я мечтаю дать признание “Ночным ведьмам”». А Наталья Якунина, которая рисовала историю про Сахибжамал Гиззатуллину-Волжскую, родом из Уфы — как раз там ее героиня основала татарскую театральную труппу «Нур».
Мария: Биографические истории великих женщин в формате комикса — звучит довольно оригинально и неожиданно. Особенно учитывая то, что комиксы по-прежнему у многих ассоциируются с детской и развлекательной литературой. Насколько сложно погружать исторический материал в такую форму?
Радиф: Для меня комиксы открылись с серьезной стороны, когда я познакомился с питерским издательством «Бумкнига». Кстати, даже в Нацбиблиотеке РТ отдел комиксов разделен на две части: в одной — супергеройские DC, Marvel и так далее, а в другой — серьезные истории в формате графических романов.
У нас до сих пор почти нет фильмов об известных личностях из Татарстана. Единственная знакомая мне картина — про Рудольфа Нуриева, но почему-то нет байопика про Тукая, например… Вот я и подумал, пусть будет хотя бы комикс. Для меня важно визуализировать эти истории, и формат отвечает задаче.
Руслан: Я хочу снимать фильмы, а комикс — это раскадровка, рабочий материал. Представляю фильм, движение камеры, мизансцены, развитие сюжета — и визуализирую на бумаге. До сих пор не читаю комиксы, а только рисую их (смеется, — прим. Enter).
Кстати, во время работы над историей Сары Садыковой я столкнулся со сложностями. В прошлом комиксе, про Тукая, все было просто, потому что мы брали маленький кусочек жизни как один рассказ. А тут пришлось постоянно перепрыгивать из одного времени в другое. Я не понимал, как выложить все «кирпичики» друг за другом, ведь даже в кино для смены кадра всегда нужна какая-то хитрость. Радиф посоветовал сходить в библиотеку познакомиться с работами других авторов. Я просто обалдел, когда увидел, как некоторые художники в одном листе, в одной композиции кодируют такое большое количество информации. И если все сделать правильно, ты сразу ее считываешь, а не разгадываешь комикс, как уравнение.
Радиф: Илья Сергеев из Санкт-Петербурга (исследователь и коллекционер комиксов, — прим. Enter) как-то сказал, что полоска между двумя рисунками — это самая великая вещь в комиксе. Она содержит в себе то, что человек должен домыслить сам.
Регина: Теперь понимаю, почему у Руслана получила самый эмоциональный комикс (смеется, — прим. Enter). Я ожидала этого от девушек, но нет…
Юлия: Вы у меня прямо отняли фразу, что комикс — это фильм в кадрах. Но на самом деле, не все такие — некоторые ближе к иллюстрации. Я бы делила комиксы не по темам, а по тому, какой язык выбирает человек. Можно сделать комикс как раскадровку к фильму, а можно как рассказ с большими иллюстрациями, где текста меньше. И то и другое может быть высоким искусством или просто мейнстримом и посредственностью. Все зависит от сюжета, уровня художника и его подхода.
Некоторые комиксы действительно менее серьезные и носят развлекательный характер, но иногда и в этом есть потребность. Мне, например, очень не хватало татарских комиксов, когда в 2021 году я решила изучать язык. В том числе поэтому, когда появилась возможность поучаствовать в этом проекте, я сразу откликнулась.
Мария: У вас уже был опыт работы с комиксами?
Юлия: Я много раз начинала их рисовать, редко заканчивала и еще реже выставляла готовые работы. Так что это мой первый комикс, который будет напечатан. Большой опыт!
Мария: Вы сказали про язык, который выбирает художник. Судя по всему, в каждой из четырех историй в сборнике он будет отличаться?
Юлия: Да, все верно. Например, комикс про Магубу Сыртланову контрастный — в листе он смотрится крепче всех, этим и берет. А комикс Руслана, наоборот, очень легкий — для его восприятия нужно настроиться на нюансы между белым и серым. Все равно что из темноты выйти на свет.
Радиф: У каждого художника свой подход, и мы старались выстраивать индивидуальный диалог. Может, это неправильно, но для меня в работе важно спокойствие. Я считаю, нервы дороже, и могу идти на уступки, чтобы взаимодействовать с человеком качественно. Поэтому никогда не говорю художникам: «Мне надо именно так!»
Работа над этим сборником сильно отличалась от прошлой книги. Первый комикс создавали 19 авторов, и некоторые писали тексты сами. Одним нужно было помочь перевести, другим — «обточить»; кто-то просил проверить факты. А здесь все истории писал я.
Важно сказать, мы создали все-таки документальный комикс. Если автору в процессе нужно было уточнить детали, я шел их искать. Например, когда работали над комиксом про Сару Шакулову, изучали фотографии Зарайска — города, где она начала преподавать. А еще нам написал мужчина, который общался с близкими Шакуловой. Он узнал, что мы готовим комикс, и прислал нужные снимки в максимальном качестве.
Регина: Были моменты, когда авторы сами что-то показывали, изучали источники и моментами поправляли нас.
Руслан: Мне кажется, рабочий процесс был вполне комфортным, но бывали творческие заморочки. Дело в том, что я работаю, только когда мне интересно. А для этого нужен вызов. Я долго искал что-то особенное, советовался с Радифом и в итоге нашел ход. Он заключается в художественном образе дверей: в начале комикса они закрыты, а в конце открываются — ситуация разрешается. Эту линию я постарался протянуть от и до.
Юлия: А мне было сложно сдерживать внутреннего перфекциониста. У меня есть свое представление о действительно интересном комиксе, и, по моему мнению, я до него не дотягиваю. Но нужно было уложиться в сроки, поэтому я давала себе возможность что-то улучшить до определенного времени, а если не получалось, оставляла и шла дальше.
Мария: Радиф, как вы работали над текстом?
Радиф: Я старался ориентироваться на факты, ведь когда делаешь что-то татарское, у тебя нет права на ошибку. В основном, брал документальные источники: у Сахибжамал Гиззатуллиной-Волжской есть воспоминания, у Сары Шакуловой — письма, интервью, про Сару Садыкову много писала Гульшат Зайнашева, про Магубу Сыртланову и «Ночных ведьм» тоже достаточно книг. Но проблемы все равно возникали: например, точно не известно, во сколько лет Гиззатуллина-Волжская вышла на сцену. По одним данным, в 15, но это сложно представить… Кажется, сейчас в таком возрасте легче стать Мисс Татарстан (смеется, — прим. Enter).
Домысливать, скорее, приходилось художникам. У них было право нарисовать все так, как они представляют, но с учетом фактических моментов. Поэтому я давал им папки с референсами одежды, архитектуры и так далее.
Регина: …Кстати, в комиксе про Магубу Сыртланову мы упоминаем период ее работы на заводе «Электроприбор». Арина нарисовала его в здании казанского ветинститута, куда производство изначально переехало из Москвы, а потом мы поняли, что в 1960-х завод успел переместиться на улицу Николая Ершова. Пришлось перерисовывать.
Мария: Ничего себе, какая кропотливая работа с фактами! С другой стороны, художникам, наверное, сложно воссоздавать детали, о которых информация не сохранилась?
Юлия: Да, непросто. Я боюсь фантазировать, поэтому старалась опираться на фотографии, лазала по краеведческим группам во «ВКонтакте». Но тут тоже есть нюансы… Иногда видишь костюм на снимке, но не понимаешь, подойдет ли он персонажу. Люди могут не воспринять исторически точно воспроизведенную действительность из-за сложившегося образа.
Радиф: Мы изображали реальных людей, и всегда есть риск услышать «Не похоже». Но я и не искал в работах ребят фотографическую точность, ведь художник создает персонажа — передает суть. В этом смысле Руслан придумал интересное решение: у его героини есть определенные черты, но она постоянно меняется в разные периоды жизни.
Важно, что все женщины — представительницы разных эпох. История Сары Шакуловой относится к периоду Первой мировой войны, Сахибжамал Гиззатуллиной-Волжской — к дореволюционному времени, из биографии Сары Садыковой мы выделили рубеж 1940-1950-х, а у Магубы Сыртлановой — 1960-е. Каждая история вызывает разные ощущения, и ценность комикса как раз в том, чтобы передавать смыслы. Арина по сути написала 20 картин и разбавила их текстом. Мы почти не вмешивались в ее творческий процесс. Казалось, это очень хрупкое состояние — скажешь поправить одно, и придется все переделывать.
Мария: Как вам кажется, для кого ваш сборник?
Радиф: Думаю, покупать книгу будут преимущественно девушки, потому что истории все-таки про женщин. После выпуска первого сборника мы поняли, что для нас идеально — семейное чтение, когда родители читают и обсуждают комиксы вместе с детьми. В семьях важно общаться на серьезные темы — здорово, если проект сподвигнет людей на это.
Регина: Говорят, нужно выбрать ЦА и шпарить по ней, но в случае со сборником само понимание аудитории становится шире. Как мне кажется, мода на локальную культуру сыграет свою роль, плюс тема женщин сейчас выбивается в тренды. Наш сборник заканчивается фразой «Девочки, очнитесь!» — это главный посыл.
Юлия: Моя героиня пытается найти работу, и ее история далеко не детская; она — про кризис. Регина сказала, что хочет заинтересовать сборником подростков, и я поставила себе цель расшевелить повествование с помощью композиционной и эмоциональной динамики. Думаю, комиксы тоже бывают «для медленного» и «для быстрого» чтения — даже внутри документальных историй можно управлять темпом.
Руслан: В сборнике много неожиданных решений, смысловых и визуальных пластов. Это настоящая социальная бомба. И даже те, кто сперва посчитает комикс детским, сразу подумают: «Да е-мое, что тут вообще происходит?» (смеется, — прим. Enter)
Текст: Мария Наумова
Изображения: Страницы из сборника, предоставлены командой авторов комикса
Институт развития городов РТ представил новую концепцию развития Голубых озер. До конца 2024 года на территории создадут инфраструктуру, которая поможет распределить потоки туристов, уменьшить антропогенную нагрузку, организовать новые сценарии отдыха и концептуально объединить озера.
Журналистка Enter Мария Наумова побывала на презентации и рассказывает, какие ограничения для посетителей могут появиться в ходе благоустройства, за счет чего планируют снизить нагрузку на популярные локации и как решат вопрос с купанием в озерах.
По данным Академии наук РТ, с 1968 по 2017 год республика лишилась больше 3 000 водных объектов. Исчезновение грозит и Голубым озерам. Экологическое состояние особо охраняемой природной территории регионального значения (ООПТ) ухудшается из-за большой нагрузки: ежедневно в пик летнего сезона на озера приезжает 920 человек, а в целом на ООПТ — 8 000. Потоки отдыхающих распределяются неравномерно, плюс люди разжигают костры, оставляют мусор, заезжают на территорию на машинах, катаются на сапбордах и купаются в озерах, загрязняя лес и воду.
В 2020 году территорию Голубых озер включили сразу и в Стратегию развития Казанки, и в концепцию туристско-рекреационного кластера «Зеркала Татарстана». Последнюю архитекторы и экологи разработали специально, чтобы сократить нежелательное воздействие туристов на Голубые озера и мотивировать их бережно относиться к природе. Первые шаги по спасению территории сделали летом 2022-го — укрепили берег Хрустального водопада, разрушение которого грозило стеканием озер в Казанку. А в 2023-м провели второй этап благоустройства по национальному проекту «Жилье и городская среда», в результате которого создали экоцентр и прогулочный маршрут с малыми архитектурными формами и зонами лесотерапии.
И все-таки правильно распределить нагрузку до сих пор не получается из-за отсутствия инфраструктуры. Одна из главных проблем — слабо развитая туристическая среда: территория явно нуждается в обустроенных пешеходных и велосипедных маршрутах, подъездах и стоянках для машин. К тому же Большое, Малое и Проточное озера концептуально не связаны между собой, а малые архитектурные формы не имеют общего стиля. Наконец, отсутствует культура экологичного отдыха: большинство не до конца понимает ценность особо охраняемой территории из-за нехватки информации.
руководитель Дирекции по природным территориям Института развития городов РТ
Мы заявили амбицию Татарстана стать пилотным регионом по развитию ООПТ регионального значения. Мы хотим применять к нашим особо охраняемым территориям те же подходы и принципы, что и к национальным паркам федерального значения, и логичным образом движемся к определенным в 2020 году целям, формируя устойчивое развитие экологического туризма.
Этот вид туризма реализуется преимущественно на особо охраняемых природных территориях, где природа требует бережного отношения. Если говорить образно, экологический туризм — это когда ты приезжаешь в лес, чтобы увидеть деревья и потрогать их, а не чтобы их срубить и оставить в кучу мусора.
В концепции Голубых озер — шесть решений. Каждое направлено на то, чтобы снизить нагрузку на территорию и одновременно превратить ее в экотуристическую зону со своим сценарием пребывания. Для начала у Большого Голубого озера, моста на М7 и жилого массива Крутушка установят контрольно-пропускные пункты — «эковорота». Сейчас для многих посетителей неочевидно, когда именно они попадают на особо охраняемую территорию, и ворота помогут определить границы. Кроме сервисных и информационных центров, они будут включать благоустроенные парковки на 126 мест в сумме, камеры хранения, точки велопроката и аренды лыж. Одновременно организация КПП позволит контролировать время пребывания туристов на Голубых озерах — из-за особого статуса территории посещать ее можно только в светлое время суток.
Еще один важное решение для распределения потоков посетителей — создание экотроп. 15-километровый образовательно-экскурсионный маршрут почти через всю территорию с экопросветительскими и навигационными объектами отвлечет внимания с перегруженных локаций, а в районе Крутушки благоустроят другую, спортивно-оздоровительную тропу длиной 5,5 километров с разными элементами из дерева и металла.
Уже существующие объекты тоже продолжат благоустраивать: Большое и Малое Голубые озера свяжут пешеходными и велосипедными маршрутами и обновят проходы у Проточного озера. Посетители смогут взять спортивный инвентарь в пунктах проката или спокойно отдохнуть на платформах для созерцания. Кроме этого, появятся зоны с точками питания и пространства для лекций и мастер-классов на свежем воздухе. За состоянием водных объектов и ООПТ будут следить в специальной Экологической станции на Малом Голубом и Проточном озерах — каждый день здесь хотят брать пробы воды для гидрологических анализов.
заместитель министра экологии и природных ресурсов РТ
Одна из важных задач — систематизировать исследования, которые были проведены Академией наук РТ, Казанским университетом и общественниками. С этой целью в прошлом году был запущен комплекс научно-исследовательских работ, который возглавляет Академия наук РТ и Институт проблем экологии и недропользования.
Уже отобраны пробы воды — по ним изучат гидрохимические и гидробиологические свойства озер, затем будет дана комплексная оценка их нынешнего состояния и выработаны предложения и рекомендации, которые помогут сохранить уникальную экосистему.
Аквамариновая вода в Голубых озерах практически не меняет температуру и этим круглый год привлекает поклонников закаливания. Поэтому жителей особенно волнует, можно ли будет в них купаться. Новая концепция предполагает, что погружаться в озера по-прежнему будет можно, но только в специальных зонах. Купели и пирсы оборудуют в местах впадения озер в Казанку — так вода сразу будет уходить в реку, не загрязняя озера. Всего установят пять купелей: по две на Большом Голубом и Малом Голубом и одну на Проточном. Новые места для погружения заменят нынешние неорганизованные. Для начала укрепят берега озер и сделают небольшие запруды, а затем положат деревянные настилы, сделают безопасные подходы и поставят просторные раздевалки и информационные стенды с правилами купания. При разработке объектов архитекторы старались учитывать существующий рельеф: пирсы установят там, где люди уже протоптали спуски. Две такие зоны для погружения почти доделали на Большом Голубом озере. Сейчас специалисты ждут весенний паводок, чтобы проверить прочность берегового укрепления.
главный архитектор архитектурного бюро Miriada Group
Первым делом необходимо укрепить все истоки. Когда мы начали их изучать, выяснилось, что уже есть места эрозии и обрушения, почва очень подвижная и влагонасыщенная.
Сперва выполняется расчистка, затем установка габионов — это специальные конструкции, которые буквально в ручном режиме наполняются камнями для того, чтобы создать стенки. Далее укладывается геотекстиль и выполняется каменная наброска — на примере Хрустального водопада мы убедились, что это выглядит достаточно красиво и природно.
Все активности перенесут на Казанку: на берегу установят видовую башню, обустроят три пирса и шесть речных стоянок со столами и кострищами, лежачими местами для отдыха и игровыми элементами. На реке в зоне Большого Голубого озера появится лодочная станция с точкой аренды лодок, каяков и сапбордов. С ней маршрут по Голубым озерам станет более насыщенным: например, посетители смогут прогуляться от Большого Голубого озера до Крутушки, а обратно вернуться на лодке, изучая особые изгибы Казанки — меандры. Кроме этого, станция свяжет особо охраняемую территорию с городом по воде: от ТРК «Ривьера» до озер можно будет добраться всего за 40 минут.
Текст: Мария Наумова Изображения: предоставлены Институтом развития городов РТ
В рубрике «Вакансии недели» Enter рассказывает про интересные вакансии нашего города в креативной сфере и не только.
Если вы хотите найти сотрудников для своей компании или стартапа, присылайте нам вакансии. Поможем, чем сможем.
Текст: Мария Наумова
Изображение: miniaiu
В рубрике «Вакансии недели» Enter рассказывает про интересные вакансии нашего города в креативной сфере и не только.
Если вы хотите найти сотрудников для своей компании или стартапа, присылайте нам вакансии. Поможем, чем сможем.
Текст: Мария Наумова
Изображение: marinaradio