В «Белом яблоке» выходит новая книга музыкального критика и публициста Артемия Троицкого «Субкультура. 200 лет бунтующей молодежи». Это его взгляд на культуру страны в указанный период через призму развития молодежных движений: от декабристов и до Pussy Riot.
С разрешения издательства Enter публикует отрывок из главы «О дивный новый мир: Культы, мистицизм и искусство Серебряного века» — об обществе в период с 1905 по 1930 годы, сектантах, поэтах и свободе духовных порывов. На книгу можно оформить предзаказ онлайн.
Русский XIX век принадлежал романтикам-материалистам. Бурные и часто революционные выступления молодежи тем не менее никогда не отрывались от земли. И подвижники реформ, и террористы-заговорщики, и писатели с художниками — все они были, помимо всего прочего, реалистами. Век Просвещения создал для этого философскую базу, давшую ростки социализма и марксизма; постепенное, но неуклонное развитие капиталистических отношений создало экономические предпосылки и стиль жизни — разумный и практический. Даже безнадежный бунт декабристов и самоубийственные акции народовольцев были основаны на расчете (не всегда точном) и имели своей целью конкретное и приземленное «народное благо». И что в результате? К началу ХХ века окончательно измотанная материалистическая повестка дня многих разочаровала или просто наскучила. Разуверившись в возможности справедливо преобразовать мир в его видимых проявлениях, часть думающих русских передислоцировалась на духовный фронт. Традиции спиритуального диссидентства в России были, насчитывали более двух веков и имели не только клерикальные, но и простонародные формы.
Чтобы довершить картину молодежной жизни накануне грандиозных и трагичных событий, полностью перетряхнувших большую страну, коротко остановлюсь на самом экзотичном: религиозных сектах и эзотерических кружках. Секты — это старинная история; можно сказать, начавшаяся в середине XVII века, когда в русской православной церкви произошел раскол на официальную ветвь и так называемых староверов. Чуть позже в деревнях появились «хлысты» и «скопцы»; в XVIII веке — духоборы и молокане; в XIX веке — западные разновидности: баптисты, адвентисты.
К 1917 году в России было более одного миллиона сектантов и уже не только в сельской местности. Великий русский философ Николай Бердяев в небольшой работе «Духовное христианство и сектантство в России» утверждает: «Сектант — человек пораженный, раненный неправдой православного быта и церковного строя». Да, репутация попов — греховодников, пьяниц, чревоугодников, мздоимцев — на Руси испортилась давно, и многих истово верующих это противоречие между проповедью и практикой поражало и возмущало. Но людям нужен был Бог, и находились альтернативы. Бердяев делит все секты на две основные категории: те, что ищут правды и жаждут добрых дел (духоборы, толстовцы), и те, что ищут в вере радости и блаженства (хлысты). В обрядах первых преобладает проповедь и молитва; у вторых — священные ритуалы, часто эротические и имеющие языческие корни (Бердяев называл их «оргиастическими»). Государственная Православная церковь вела с сектами непрерывную войну, стремясь превратить их адептов в изгоев общества. Те отвечали неповиновением. Поэтому неудивительно, что одним из первых либеральных распоряжений Николая II в ответ на революционные события начала века стал Указ «О веротерпимости» от апреля 1905 года, восстановивший в правах староверов и других религиозных диссидентов. После этого сектантство расцвело необычайно. Впрочем, усматривать в этом какой-то специфически «молодежный» элемент я бы не рискнул. Если христианские секты, цитируя Маркса, были «опиумом народа», то «опиумом интеллигенции» рубежа веков стала, помимо марксизма, анархизма и т.д., мистика и эзотерика. Спиритические кружки и ложи «тайных знаний» стали таким же популярным досугом городской элиты начала ХХ века, как литературные салоны в начале века XIX. Разочарованная в церковной рутине русская интеллигенция и часть дворянства активно занялась так называемым «богоискательством» — причем в самых экзотических уголках. Если духовные диссиденты XIX века, как правило, предпочитали православию католичество, то новое поколение открыло для себя язычество и, в первую очередь, восточную философию, до тех пор в России практически не известную: буддизм и индуизм. На холодном севере стали обживаться гуру и махатмы.
Культовыми (во всех смыслах) фигурами мистических учений в России почитают Елену Блаватскую, медиума и теософа, автора книг «Тайная доктрина» и «Голос безмолвия», невероятно популярную в 80-90-х годах и повлиявшую на многих современников, от Толстого до Кандинского; и более позднего Георгия Гурджиева, оккультного авантюриста и танцора, автора теории «Четвертого пути». Впрочем, о том, насколько эзотерика и обскурантизм были в моде, можно судить по феноменальной значимости еще одной фигуры — Григория Распутина, «божьего человека», предположительно сектанта из «хлыстов» и фаворита царской семьи, серьезно влиявшего не только на духовную, но и на общественно-политическую ситуацию в стране. Похоже, что русское общество начала ХХ века действительно было больным обществом. Но «больное» еще не значит скучное или бездарное — парадоксальная практика России не раз доказывала, что плачевное состояние страны и кризис устоев вдохновляли не только бунтарей, но и художников.
Русская «культурная революция» конца XIX — начала ХХ века получила, причем много позже, название «Серебряный век». Революция была абсолютно бескровной, и ее движущими страстями были не забота о народном благе и ненавязчивое желание сменить власть и общественный строй. Слово «свобода» среди мотиваций, впрочем, не только присутствовало, но и играло главенствующую роль. Однако речь шла не о политической или экономической свободе, а о свободе творчества, свободе духовных порывов, свободе личности, в конце концов. Инструментами обретения искомой свободы и билетами на попадание в идеальный новый мир стали не револьверы, митинги и стачки, а перо, холст, образ. «Золотым веком» русской литературы называют первую треть века XIX: Пушкин, Лермонтов, Жуковский, Карамзин, Гоголь. Звания «Серебряного века» удостоились годы с примерно 1895 по — тут, правда, не очень понятно, — но я дотянул бы этот славный период до 1930 года, и как раз получится тоже треть века. В отличие от чисто литературного «золотого», «серебряный» отмечен удивительными открытиями и даже глобального масштаба достижениями и в иных отраслях искусства: живописи, театре, хореографии, архитектуре, музыке, кино и фотографии. Деятели Серебряного века не создали — по крайней мере, до 20-х годов ХХ века — никаких настоящих организаций, оставаясь в рамках рассыпанных по столицам и немногочисленных по составу литературных и художественных кружков. Обладая армией молодых поклонников и поклонниц, они, тем не менее, не зафиксировали какого-либо сформулированного движения — типа, скажем, народников или нигилистов. И тем не менее я рискнул бы предположить, что поэты и художники Серебряного века создали свою субкультуру, носителями которой они сами, в первую очередь, и являлись. Эта субкультура, обычно, описывается в рамках таких популярных терминов, как «модернизм», «декаданс», «авангард». И хотя между поэзией, скажем, Бальмонта и Маяковского, живописью Бенуа и Малевича, музыкой Скрябина и Стравинского нет практически ничего общего, если говорить об эстетической составляющей, все они вписываются в одну культурную нишу. Ее основополагающей чертой я назвал бы то, что она радикально порывает с традициями русского искусства XIX века. С одной стороны, противостоя помпезной неоклассической «православно-самодержавно-народной» официозной культуре; с другой — революционно-демократической литературе писателей-реалистов, композиторов «Могучей кучки» и художников-передвижников. При этом нельзя сказать, что декаденты и авангардисты занимали центристскую позицию — нет, они, несомненно, были радикалами, но в совсем иной системе координат.
А теперь — по порядку. В 1892 году еще молодой литератор, 27-летний Дмитрий Мережковский выпустил сборник стихов под названием «Символы. Песни и поэмы». У того же автора и в том же году вышла сенсационная статья «О причинах упадка и о новых течениях современной русской литературы». Несильно погрешив против истины, можно сказать, что этими событиями было ознаменовано рождение и крещение нового стиля в русской литературе — а позже и в искусстве вообще, — которое получило название «символизм». Крестный отец Мережковский много позже писал: «Под влиянием Достоевского, а также иностранной литературы, Бодлера и Эдгара По, началось мое увлечение не декадентством, а символизмом. (…) Сборник стихотворений, изданный в самом начале 90-х годов, я озаглавил „Символы“. Кажется, я раньше всех в русской литературе употребил это слово». В своей статье-манифесте Мережковский описывает символизм как соединение трех линий: «мистического» содержания, «символического» языка и «импрессионистической» манеры изложения. Нельзя сказать, что новый тренд сразу стал модным: народники и революционеры немедленно отмежевались от символизма как явления асоциального и попахивающего поповщиной. Первыми авторами, нырнувшими в пучину символизма, стали поэты Константин Бальмонт (дебютировал в 27 лет в 1894 году со сборником стихов «Под северным небом») и Валерий Брюсов, который в неполные 20 лет написал в 1893 году драму «Декаденты (Конец столетия)». Кстати, словечко «декаденты», как это не раз бывало, было пущено в оборот неприятелями символистов, критиковавшими их за мрачность и пессимизм; одним символистам (Мережковскому, например) это определение не нравилось, другие, напротив, подняли его, как знамя.
Теперь Зинаида Гиппиус — главный харизматик, скандалист и своего рода символ ранних символистов. Она начала писать стихи еще будучи тинейджером; в 19 лет вышла замуж за Дмитрия Мережковского, в 27 — выпустила первый сборник прозы «Новые люди» (1896). Название, естественно, отсылает читателя к Чернышевскому — но тогда уж лучше подошло бы «сверхновые», поскольку герои Гиппиус отличаются от персонажей «Что делать?» диаметрально. Вера Павловна и ее друзья смотрят в будущее с оптимизмом, видят исключительно материальную сторону бытия, озабочены состоянием общества и все проблемы решают сообща. Люди Гиппиус смотрят в будущее с неверием, если не сказать ужасом, вместо простых осязаемых предметов воспринимают мистические знаки и символы, политикой и общественной жизнью интересуются мало и выборочно, индивидуалисты и эгоцентрики. «Люблю я себя, как Бога», — гласит знаменитая строчка Зинаиды Гиппиус; «Любить надо народ и Отечество, а бога, вполне возможно, и вовсе нет», — ответил бы ей типичный молодой активист уходящего века.
29 и 30 июня в Казани пройдет фестиваль Midsummer Fest: прямо у «Меги» развернутся две сцены, организуют мастер-классы и выступления RSAC, Антоха МС feat LIVE BAND, Ивана Дорна, Саши Петрова и многих других.
Редакция Enter изучила программу мероприятия и рассказывает, кто выступит на фестивале и чего ждать от остальных активностей.
29 июня
С 2013 года костромская группа Ocean Jet исполняет музыку на стыке жанров электронной, поп и рок музыки. За шесть лет они успели выпустить по паре EP и LP, а также сыграть на разогреве у известной британской группы Enter Shikari.
Когда: 29 июня, 14:00
Пик популярности группы пришелся на 2010-й, а после они уже выступили в «Вечернем Урганте» и получили награду от Jagermeister за лучший клип. Вдохновленные диско 70-х, Pompeya выступит с последним EP и старыми хитами.
Когда: 29 июня, 15:00
Еще в 2013-м Guru Groove Foundation выступали на казанской Универсиаде, а за их плечами ключевые фестивали страны — «Пикник “Афиши”, «Усадьба Jazz», «Дикая Мята». В «Меге» группа с десятилетней историей представит лучшие треки.
Когда: 29 июня, 16:00
29-летний Антон Кузнецов давно завладел сердечками горожан, еще начиная с «Проводов» и «Лето, прием». На его концертах зал всегда поет вместе с ним, и неудивительно. Не зря же его прозвали «героем поколения».
Когда: 29 июня, 17:00
«Русский Пит Доэрти» считался ключевой фигурой в отечественном инди-роке еще в 90-е, при этом музыкант до сих выпускает альбомы — последний вышел в прошлом году. Гостям MF выпал шанс вдоволь натанцеваться под «Маленькую лошадку».
Когда: 29 июня, 18:00
Актер Саша Петров известен по ролям в фильме «Притяжение» и сериалам «Полицейский с Рублевки», «Звоните ДиКаприо». На Midsummer Fest он представит шоу #ЗановоРодиться c участием Ирины Старшенбаум и группы Ocean Jet.
Когда: 29 июня, 20:00
30 июня
Петербуржец Феликс Бондарев к своим 30 годам успел создать группу «Щенки», написать музыку для «Пляжа» группы «макулатура» и основать более романтичный RSAC. Собственно, с ним Феликс и приедет на Midsummer Fest.
Когда: 30 июня, 14:00
Московская группа Cream Soda с 2012 года экспериментировала со звуком, в конечном итоге остановившись на смеси фанка, хип-хопа, хауса и этно-ар-н-би. Готовьтесь выкрикивать «выстрел, хедшот, вставай — любовь не ждет».
Когда: 30 июня, 15:00
Постоянные резиденты громких музыкальных фестивалей Европы и Америки: от Tomorrowland, и Sensation, до Electric Zoo и Alfa Future People. Не говоря уже о том, что они издаются на лейблах Sony Music и Universal Music. Это нельзя пропустить!
Когда: 30 июня, 16:00
Эрика начала писать музыку еще в девять лет, профессионально подошла к вопросу только в 16, а дебютную работу выпустила в 20. В 2019-м певица выпустила альбом «Источник», куда вошли фиты с Мальбэком и Рем Диггой.
Когда: 30 июня, 17:00
Даниил Щеглов, он же Eighteen, ловко сочетает высокий голос и EDM-звучание с «пацанскими» куплетами, а в свои клипы ловко интегрирует тренды. На площадке он представит дебютный EP с треками на стыке хип-хопа, дэнс-попа и R’n’B.
Когда: 30 июня, 18:00
Украинский певец Артем Пивоваров исполняет музыку в жанре нью-вейв, самостоятельно режиссирует клипы и занимается саунд-продюсированием. Гости фестиваля услышат его главные хиты с последних альбомов.
Когда: 30 июня, 19:00
Финалист шоу «Песни» на телеканале ТНТ, Максим Свобода, исполняет инди- и поп-рок. Он уже успел выступить на VK-Fest, попасть на первую строчку iTunes и снять клип совместно
с «Яндекс.Музыкой».
Когда: 30 июня, 20:00
По эволюции Дорна уже можно вести лекции в музыкальных школах: путь от «Стыцамэна» к Collaba (и всему альбому OTD) был быстрым и интересным. Лайвы музыканта всегда громкие, с четкой хореографией и неизменно любимыми треками.
Когда: 30 июня, 21:00
Нет, фестиваль в «Меге» не ограничится только музыкальной частью. В первую очередь это Open Space Market, который будет проходить оба дня прямо в зоне фестиваля с 10:00 до 22:00. Также будут игры: твистер, дженга, кольцеброс, настольные футбол и хоккей, а еще Dance karaoke. Кроме них устроят часовые тренировки по зумбе в первый день и по аэробике во второй день от «Максимуса» (не забудьте зарегистрироваться на месте до 12:00). Сразу после фитнес-клуб разыграет сертификат.
На зеленой зоне будут мастер-классы по плетению венков, изготовлению кукол и созданию символа Midsummer Fest «майского шеста». С детьми можно сходить на шоу мыльных пузырей с последующим интерактивом в субботу, с футбольными фанатами — на фристайл в воскресенье. В 20:00 в первый день на сцене покажут брейк-данс шоу, а во второй шоу барменов.
Midsummer Fest пройдет на площадке у торгового центра «Мега» 29 и 30 июня с 10:00 до 22:00. Билет на один день фестиваля обойдется в 1 000 рублей. Приобрести его можно через Kassir.ru — на сайте или в любой точке продаж. Чтобы не платить за сервисный сбор, идите в билетную кассу в «Меге» или покупайте онлайн.
Фото: Предоставлены организаторами Midsummer Fest, vk.com
28 июня в «Пирамиде» выступят Infected Mushroom — электронные музыканты и любители экспериментов, неоднократно выступавшие на Burning Man. Редакция Enter досконально изучила музыкантов, чтобы рассказать, почему это событие интересно не только фанатам группы, но и просто адептам рейв-культуры.
Начнем с того, что Infected Mushroom в прошлом году отметили двадцатилетие — внушительный рубеж для музыкальной группы. За это время IM успели обзавестись большой армией фанатов по всему миру, в том числе в России и США: они считаются одной из первых неамериканских групп, завоевавших популярность в Штатах.
Infected Mushroom выпустили 12 полноценных альбомов и в разное время оказывались то на 9, то на 21 строчке сотни лучших диджеев мира. Кроме пластинок, синглов и EP группа сотрудничала с не самыми очевидными музыкантами. Например, в треке Smashing the Opponent с альбома Legend of the Black Shawarma принял участие Джонатан Дэвис из группы Korn, а сингл Fields of Grey был записан вместе с порноактрисой Сашей Грей.
Помимо громких сольных концертов IM часто выступают и на фестивалях: за плечами группы множество крупных музыкальных событий — от Burning Man до «Кубаны». Несмотря на большую фанатскую базу, Infected Mushroom не боятся экспериментировать со звучанием: начав с псай-транса, они постепенно вводили в свои треки новые жанры — брейкбит, даунтемпо, чил-аут и электро-поп.
Консервативные поклонники какое-то время ругали экспериментаторов Infected Mushroom за расхождения с первоначальным творческим направлением, но в 2017 году группа начала снова «обращаться к корням» в Return to the Sauce. Эта линия продолжилась в двенадцатом полноформатном альбоме Head of NASA and the 2 Amish Boys, вышедшем в декабре прошлого года.
Пластинка возвращает к тому самому звучанию псай-транса, который сделал израильтян популярными. Записывать ее помогал японский гитарист Miyavi, чья работа была отмечена Drew Ramsey и Shannon Sanders. Треки получились игривыми, с причудливыми шумами и в целом бодрым настроением. Особенно стоит отметить Lost In Space на родном языке музыкантов, десятиминутное псай-путешествие Bliss on Mushrooms, фирменные звуки и 145 ударов в минуту в Guitarmass. Billboard назвал альбом чем-то между саундтреком к падению Алисы в кроличью нору и извращенным загробным карнавалом, и уже поэтому хотя бы один трек стоит услышать вживую.
В двухуровневом главном концертном зале «Пирамиды» площадью 1 375 м² в период с 2001 по 2012 годы проходили почти все крупные концерты электронной музыки, кроме, пожалуй, выступления Армина ван Бюрена и Tiësto. Организаторы выбирают эту площадку из-за большой сцены, хорошего обзора, равнораспространяющейся акустики и хорошей вместимости — вечеринку могут посетить сразу 1 130 зрителей.
«Пирамида» является одной из лучших концертных площадок не только в Казани, но и во всем регионе. Пространство дополнительно оборудуют американской техникой, а сама группа привозит массу своего — из местного будет стоять только звуковая система. Московские декораторы из 88Studio дополнительно оформят зал светящимися кислотными элементами, чтобы поддержать атмосферу выступления.
Событие организует команда Ozone pro, которая традиционно заботится не только о выступлении хедлайнера, но и об организации большой вечеринки, чтобы программа получился максимально насыщенным. Формат предполагает многочасовую вечеринку, поэтому помимо Infected Mushroom выступят и другие артисты.
Для слушателей подготовили препати и афтепати, а все вместе продлится восемь часов. На сцене перед и после группы выступят резиденты промо-объединения Art и Parvati, также примут участие приглашенные диджеи, а развлекать гостей будут перформансы аниматоров-фриков из Crowd1body, PsyLight и Ozone animators.
Из года в год промо-объединения города что есть силы бьются за каждый классный привоз: одни букируют полузабытых музыкантов с мировым именем, другие хватаются за пока неизвестных, но талантливых молодых ребят. Infected Mushroom не подходят ни под одну из этих категорий: они продолжают выпускать альбомы (последний LP вышел в 2018-м), а об их ярких лайвах слышали многие.
Концерт Infected Mushroom — не рядовое выступление группы, которая проводит на сцене строго сорок минут, а после сворачивает оборудование и отправляется в следующий город тура. Зрителей «Пирамиды» ждет целое аудио-визуальное представление, специально оформленное пространство, старые хиты группы, новый альбом и вечеринка до шести утра, но об этом чуть позже. IM сыграли большую роль в развитии рейв-культуры, а их музыку можно считать классикой мировой электронной сцены.
Электронная группа Infected Mushroom выступит 28 июня в КРК «Пирамида». Начало в 22:00, билеты можно приобрести здесь.
Фото: vk.com
Жан-Поля Сартра многие знают по «Тошноте», но французский философ знаменит не только благодаря этому роману. В 1957 году впервые было опубликовано эссе «Венецианский затворник», в котором он исследует биографию выдающегося живописца Якопо Тинторетто. В этой работе проявляется движение Сартра к объективности, так как посредством синтеза автор старается выдать универсальную трактовку личности на фоне места ее развития.
«Носорог» впервые выпустил книгу на русском языке в переводе Алексея Шестакова. С разрешения издательства Enter публикует отрывок о противоречиях между венецианским истеблишментом и гением позднего Ренессанса.
Микеланджело умирает в смятении, выражая переполняющие его горечь и ненависть к себе в одном слове: грех. Тинторетто не говорит ничего; он юлит: признавшись себе в своем одиночестве, он бы его не вынес. Но именно это позволяет нам понять, что он мучится одиночеством, как никто: у этого лжебуржуа, работающего на буржуазию, нет даже алиби славы. Зато в нем кишат гадюки: маленький красильщик ловчит, подгоняемый неврозом, который Анри Жансон метко окрестил «пугающим моральным здоровьем тщеславца». Он ставит перед собой скромные цели: превзойти отца, обдуманно распоряжаясь своими дарованиями, и застолбить себе место на рынке, потакая вкусам публики. Азартный арривизм, мастерство, редкая скорость работы, талант — все при нем, а внутри — головокружительная пустота, Искусство без Бога. Искусство жуткое, зловещее, сумрачное, глупая претензия части на целое, мрачный ледяной ветер, пронизывающий изъеденное дырами сердце. Влекомый пустотой, Якопо мчится в недвижном странствии, не оставляя себе пути назад.
Гений не существует, ведь он — стыдливая дерзость небытия. А маленький красильщик очень даже существует, знает свои границы и тщится, смышленый парень, залатать прорехи. Он претендует на скромную полноту: на что ему бесконечность… Как в таком случае признаться себе в том, что одного удара его кисти достаточно, чтобы посрамить судей? Его непреклонное мелочное тщеславие вмиг растворилось бы в ночи незнания. В конце концов, не он виноват в том, что живопись носится очертя голову, словно собака без поводка. Позднее найдутся безумцы, для которых отверженность станет наслаждением, но сейчас, в середине XVI века, первая жертва монокулярной перспективы ищет, как бы со своей отверженностью справиться. Работать в одиночку, без цели значило бы уморить себя страхом. Ему нужны судьи, высокое жюри — любой ценой. Коль скоро Бог покончил с собой, остается Венеция — затыкающая дыры, заполняющая провалы, преграждающая потоки, останавливающая крово- и иные течения. Добропорядочные подданные Республики дожей всеми своими действиями заботятся о благе государства, и если они пишут картины, то не иначе как для украшения города. Якопо отдает себя на волю сограждан: у них достаточно традиционное представление об искусстве — что ж, он с готовностью его принимает. К тому же оно не отличается от его собственного; ему с детства внушали, и он твердо усвоил: достоинство ремесленника определяется числом и важностью его заказов, а также почестями, которые он заслужил. Он так и будет прятать свой гений за арривизмом, считая публичный успех единственным зримым свидетельством мистического триумфа. Его бессовестный расчет бросается в глаза: на земле он только и делает, что шельмует и ловчит, но знает, что на небе кости будут брошены честно, и выигрыш здесь, каким бы ни был он жульническим, не мешает ему претендовать на победу там: да, он успешно торгует картинами, но лишь потому, что всех одурачил. И кто его упрекнет в столь злостной непоследовательности? Развод художника и публики состоится только в XIX веке, а в XVI веке одинаково верно и то, что живопись сходит с ума, перестав быть религиозным жертвоприношением, и то, что она рационализируется, становится общественной услугой. Кто бы в Венеции осмелился сказать: «Я рисую для себя, я сам себе судья и зритель»? Да и так ли уж искренни те, кто говорит так сегодня? Все — судьи, и никто: попробуйте-ка выпутаться из этой дилеммы… Тинторетто кажется не столько злоумышленником, сколько жертвой: его искусство пронзает эпоху ослепительным метеором, но иначе, как глазами своего времени, ему этого не увидеть. Он сам выбрал свой ад: в то же мгновение, когда вокруг бесконечного замыкается круг конечного, а вокруг гения — круг тщеславия, вокруг него замыкается стена Венеции, за которую ему уже не выйти. Правда, пленное бесконечное пожирает все, и рассудочный арривизм Якопо становится одержимостью: ему нужно добиться своего, все доказать здесь и сейчас. Обвиняемый по собственной воле, он пускается в бессрочную тяжбу — сам организует свою защиту, вызывает картину за картиной себе в свидетели, судится и судится без конца: ему нужно убедить в своей правоте город с его чиновниками и буржуа, от безапелляционного решения которых зависят его будущее до смерти и его бессмертие. Эта странная ситуация, впрочем, создана им самим: ему нужно было выбрать — судить себя самому, ни с кем не считаясь, или превратить в высший суд Светлейшую республику. А если так, он сделал единственный возможный для себя выбор. Себе на горе. Как мне понятно его безразличие к остальному миру! К чему ему одобрение немцев или даже флорентийцев? Венеция — прекраснейший, богатейший город, обладающий лучшими живописцами, лучшими критиками, самыми просвещенными знатоками: именно здесь нужно разыграть свою партию, не сделав ни одного ошибочного хода; именно здесь, в кирпичном коридоре между тонкой пленкой неба и стоячей водой, под ослепительно отсутствующим солнцем, будет за одну жизнь навсегда завоевана и навсегда потеряна вечность.
15 и 16 июня «Черное озеро» традиционно примет Летний книжный фестиваль: на территории парка организуют ярмарку независимых издательств, лекторий, семейные мастер-классы, в самой «Смене» — параллельную программу, а в «Соли» — вечеринку. Но и это еще не все активности.
Редакция Enter изучила программу мероприятия и рассказывает, что делать, кого слушать и куда идти с детьми на Летнем книжном фестивале.
Летний книжный фестиваль «Смены» уже стал привычным событием, которое проходит ежегодно примерно в одно и то же время. Если не всматриваться в его программу, то может показаться, что из года в год происходит одно и то же. На самом деле изменения в этот раз довольно мощные, но они, может быть, растворяются в остальной программе.
В этом году на фестивале впервые появилось издательство-гость — «Альпина нон-фикшн», которое долгое время сотрудничает со «Сменой» и публикует лучший российский и зарубежный нон-фикшн, познавательные и расширяющие кругозор книги. Вы не сможете пропустить их на ярмарке — во-первых, у них будет огромное количество книг, в том числе новинок, во-вторых, их стенд мы выделим визуально. Авторы издательств выступят с научно-популярными лекциями.
Прежде у нас никогда не было столько зарубежных гостей — их география очень широкая — Швеция (это страна-гость, лекторов оттуда будет очень много), США, Польша, Австрия. Про гостя из Польши — автора книги «Семнадцать животных» Роберта Пуцека — стоит сказать отдельно. Он не только писатель, но и человек, который последние восемь лет в одиночестве жил в хижине у подножия Свентокшиских гор и оформил заграничный паспорт специально для этой поездки.
Мы не выделяли темы, которым в лектории уделяется особое внимание, но, очевидно, что одна из них — это «книжки с картинками» — современные детские иллюстрированные книги, которым не страшен языковой барьер и возраст читателя. Они захватывают и Россию, но феномен их пока здесь не изучен. Обратите внимание на лекции Мэта Мэддена, Ольги Лаврентьевой и Петра Сохи, они помогут во всем разобраться.
Может быть, незаметное, но важное для события нововведение: в этом году у нас впервые появился экспертный совет — это опытные и уважаемые нами люди из книжного мира. Они будут принимать участие во всех важных решениях, которые сопровождают событие. Членами совета книжных фестивалей «Смены» стали пять экспертов: Михаил Котомин, Павел Подкосов, Борис Куприянов, Михаил Мальцев и Андрей Гельмиза. Это не окончательный список, он будет ежегодно обновляться приглашенным экспертом.
И, наконец, специально к фестивалю мы открываем наш павильон книжного магазина в парке «Черное озеро» — его ассортимент не такой богатый, зато подборка будет постоянно обновляться, и выпускаем новую линейку мерча, часть из которой будем печатать прямо на ваших глазах.
Мы постоянно рассказываем вам о лекциях, ярмарке, экскурсиях, детских занятиях, но наш фестиваль не только про это, приходите в парк отдохнуть и хорошо провести время. В прошлом году к нам пришли 16 тысяч человек, надеемся, в этом вас будет не меньше — именно посетители и создают атмосферу праздника на книжном фестивале.
Кандидат культурологии Оксана Мороз расскажет, как модный термин «цифровая среда обитания» стал одновременно угрозой туманного будущего и явлением, на которое возлагаются большие надежды.
Когда: 15 июня, 14:30
Где: Лекторий №1
Шведская журналистка Элисабет Осбринк лично расскажет о работе над книгой. В «1947» вошли факты и явления из разных концов света, которые сформировали мир таким, каким мы его теперь знаем.
Когда: 15 июня, 16:00
Где: Лекторий №1
535 фотографий и 13 подписей к ним проецируются на экран, сменяясь через каждые 7 секунд. Кадры в строгой драматургической последовательности составляют самостоятельные истории. Смотрите внимательно.
Когда: 15 июня, 17:30
Где: Лекторий №1
Продюсер радиотеатра «Шведского радио» и драматург Дмитрий Плакс обсудит роли писателя в России и Швеции с публицистом Елизаветой Александровой-Зориной. Модерирует дискуссию Саша Филипенко.
Когда: 15 июня, 17:30
Где: Лекторий №1
Автор иллюстраций к книгам «Деревья» и «Пчелы» Петр Соха поговорит об изменениях, произошедших с оформлением детской литературы, и о специфике языка
картинок.
Когда: 16 июня, 13:00
Где: Лекторий №2
Елена Клещенко расскажет, как ученые и криминалисты работают с самой главной молекулой, где в ДНК «отпечатки пальцев» и что из них можно узнать. А заодно презентует свою книгу.
Когда: 16 июня, 14:30
Где: Лекторий №1
Бьюти-редактор Маша Ворслав и создатель Telegram-канала don’t touch my face Адэль Мифтахова развеют основные мифы о косметике и уходе за кожей.
Когда: 16 июня, 16:00
Где: Лекторий №1
Лекция станет офлайн-продолжением курса «Краткая история татар» от проекта Arzamas. Ее проведет председатель Всемирного форума татарской молодежи Айрат Файзрахманов.
Когда: 16 июня, 17:30
Где: Лекторий №1
Комиксист и автор «99 способов рассказать историю» Мэтт Мэдден предложит участникам мастер-класса нарисовать свой одностраничный комикс на выбранную тему и поэкспериментировать с сюжетом.
Когда: 15 июня, 16:00 и 18:00
Где: ЦСК «Смена»
На занятии Евгения Тонконогого можно научиться передавать без слов сюжет из своей жизни с помощью одной картинки. Он покажет, как создать эскиз иллюстрации к целой
истории.
Когда: 16 июня, 16:00 и 18:00
Где: ЦСК «Смена»
Интернет-журнал «Инде» вместе с экскурсоводом проекта «Казань глазами инженера» Лилией Калимуллиной и всеми желающими погуляет по главному месту действия фестиваля и расскажет
его историю.
Когда: 15 и 16 июня, 12:00
Где: Черное озеро
На традиционном афтерпати выступят сотрудник Уральской индустриальной биеннале Дмитрий Безуглов, главред Individuum Феликс Сандалов, основатель «Маршака» Сергей Карпов и издатель No Kidding Светлана Лукьянова.
Когда: 16 июня, 17:30
Где: Бар «Соль»
7-12 лет
Каждый хотя бы раз отвечал на вопрос «кем ты хочешь стать, когда вырастешь?» На этом мастер-классе юные участники вместе с главным редактором направления «Альпина.Дети» попытаются выбрать будущую профессию.
Когда: 15 июня, 12:00
от 5 лет
В музыкальной уличной студии, которая развернется на «Черном озере», детям и их родителям предложат зачитать рэп на стихи ОБЭРИУтов — «самого хулиганского литературного объединения» родом из Ленинграда 1920-30-х.
Когда: 15 июня, 17:00
4-8 лет
Детям прочтут книгу писательницы Юрье Женевьевы «Большая велогонка», главные герои которой — непоседливые крольчата. Юные участники с помощью наклеек и заготовок создадут собственный комикс.
Когда: 16 июня, 11:00
6-8 лет
Издательский проект «А+А» расскажет вам про настольную книгу начинающего бердвотчера (и, как минимум, объяснит детям, кто это такой), а также научит рисовать акварелью фламинго и колибри.
Когда: 16 июня, 15:30
В этом году «Смена» основательно подготовилась к Летнему книжному фестивалю: помимо уже привычных лекционной и детской программ, ЦСК проведет два исследования.
На «Черном озере» развернется мастерская «Найди своего героя». Это совместный проект «Смены» и Arzamas при участии нашей редакции для подростков 13-18 лет. Участники узнают, кто он — главный герой фестиваля: писатель, переводчик, издатель, продавец, организатор или читатель. Спикерами мастерской станут сотрудник Уральской индустриальной биеннале Дмитрий Безуглов и редактор просветительского проекта Arzamas Анна Шур. Они расскажут, как искать героев, рассказывать о них и привлекать интерес аудитории. Всего пройдет три занятия. Принять участие можно бесплатно — не забудьте зарегистрироваться.
Второе исследование затронет больную тему для многих горожан. В центре кадра оказался Мергасовский — тот самый дом, который за последние пару месяцев вы видели в инстаграме не один десяток раз. Авторы одноименного спектакля Вера Попова, Радмила Хакова, Йолдыз Миннуллина, Владимир Раннев и Ксения Шачнева вместе с антропологом Дмитрием Опариным обсудят со слушателями, как могла бы выглядеть книга о знаменитом здании. Чтобы попасть в группу, нужно заполнить анкету участника.
Летний книжный фестиваль пройдет в парке «Черное озеро» 15 и 16 июня с 11:00 до 19:00. Вход на фестиваль — бесплатный.
Фото: vk.com
Недавно Ad Marginem в рамках совместной издательской программы с Музеем современного искусства «Гараж» выпустил книгу Герта Ловинка «Критическая теория интернета» в переводе Дмитрия Лебедева и Петра Торкановского. Это сборник эссе, в котором автор анализирует разные культурные техники и призывает осмыслить технологическую социальность.
С разрешения издательства Enter публикует отрывок из главы «Хронический Нарцисс: технологии минимального селфи» — о проблематике автопортретов и их роли в конструировании Я. Презентация самой книги пройдет в «Смене» 6 июня в 19:30 — вход свободный.
Эксперты как по истории искусств, так и в сфере поп-культуры склонны соглашаться, что автопортрет и селфи коммуницируют с разными аудиториями и о разных объектах. «Автопортрет и селфи — это две разных, хотя иногда и пересекающихся, попытки дать определение своего Я и приукрасить его». Те, кто за, и те, кто против селфи, часто рассматривают его как защитный импульс для определения и защиты «аутентично выглядящего» субъекта через изображение себя. Его создатели, в особенности во времена подъема популярности феномена, описываются как самовлюбленные и зацикленные на себе люди. Как пишет Алисия Элер: «селфи — это зеркало, иллюзия зеркала, момент эгоизма, зафиксированный во времени». Примером такого «организованного нарциссизма» может быть книга 2015 года, состоящая из 352 селфи Ким Кардашьян и вышедшая под заголовком заголовком «Selfish».
Сложное различие между портретом и селфи превосходно стыкуется с ситуацией, когда селфи как «по своей сути контекстуальный и зачастую эфемерный способ общения» оказывается идеальным маркетинговым инструментом для музеев искусств, которые оказались пойманы в экономике лайка и зависят от отчетов посетителей. Однако такие контекстуальные прочтения не особо высвечивают энергию обеих практик.
«Никогда не извиняться за селфи» — вот совет, который мы получаем буквально от всех. Но кто боится того, что его посчитают Нарциссом? Герберт Маркузе продвигал идею о возвращении Нарцисса и был за это подвергнут критике. «Если мы верим тому, что говорят СМИ, селфи — признак нарциссизма, продукт зацикленного на себе плебса, тщеславный ритуал поколения “я-я-я”. Селфи делают люди, в основном девушки, с заниженным уровнем самооценки, которым постоянно нужна поддержка и оценка их peer-группы и в целом других людей». В этой принужденной интимности зритель находится между камерой и объектом наблюдения, обхваченный рукой фотографа. Они любуются собой или переговариваются? Это они держат камеру, позируют, чтобы привлечь внимание, дают представление и экспериментируют.
«Селфи» определяют как фотографию в формате селфи; другими словами, это уже повторение, которое опирается на другие селфи. Это также и информационный след, который расцветает благодаря хэштегам и категориям, и таким образом является полной оппозицией по отношению к единичному изображению, стремящемуся к выражению аутентичности. Эти имитации — приевшиеся сокращения, доведенные до автоматизма, сжатые жесты, короче говоря, визуальные знаки, которые используют, чтобы избежать художественной претенциозности. Жест селфи — это сообщение, все, что он делает — демонстрирует существование, а не какое-то настроение или чувство. Он может выражать конформность масс: «Я вписываюсь в этот формат». Но он также выражает то, что Кристофер Лаш назвал «minimal self», разбитую субъективность, которая обыгрывается с иронией. Эго больше не воспринимается как произведение искусства; просто поддерживать достоинство среди миллионов других людей требует постоянных усилий. Когда со стороны на нас давит индивидуализированная массовая культура, какие малейшие различия нам дозволено иметь?
Как поставить такой диагноз, который не будет приравнивать пользователей к зависимым? Как свободно рассуждать о радикальной патологии, не объявляя всех вокруг больными? В этом технологизированном обществе становится все труднее и труднее защищать право свободно теоретизировать. Давайте отстоим это интеллектуальное пространство и оставим позади старую дихотомию «culture studies vs. Франкфуртская школа», преодолев политическую корректность с обеих сторон. Также стоит перестать думать о селфи как исключительно о «запечатлении буржуазного самопонимания», о котором писал Питер Бюргер. Селфи как технические сетевые изображения могут быть какими угодно, но только не автономными.
В классической работе Кристофера Лаша 1979 года «The Culture of Narcissism: American Life in an Age of Diminishing Expectations» проблема уже была выделена: «Эмоционально обедневший, ипохондрический, бесстрашный по отношению к интимности, начиненный псевдосамопрозрениями, предающийся промискуитету, боящийся старости и смерти, новый нарцисс потерял интерес к будущему». Согласно Лашу, «нарциссизм — это сложная идея, которая кажется простой, — идеальный рецепт для ошибки». Лаш поясняет, что это отношение произрастает из пессимистичного настроения, характерного для середины-конца 1970-х, отражающего общий кризис западной культуры. По его мнению, «нарциссизм отсылает к слабому, поверхностному, защитному, небезопасному, манипулятивному Я». Сорока годами позже мы можем сами стать свидетелями коллапса психологии в повседневности, где технологии себя материализуются в форме ежедневных практик со стороны множеств (multitudes) и с трудом могут быть обозначены как «симптомы». Нам на самом деле не хватает черной меланхолии. Сегодня нет намеренного безразличия. Кажется, заинтересованность в будущем отсутствует так же, как и заинтересованность в прошлом. Следуя за шумом и гамом 1970-х, этот коллапс хронологии создал вакуум, который каждый из нас сегодня постоянно должен заполнять доказательством присутствия, утешением за потерю чувства исторической преемственности. «Нынешняя персональность» позволяет конкурировать на визуальном уровне, однако избегает прямой конкуренции в игровой форме. Если кто-то тебя заметил и лайкнул, то ты уже победил.
Следуя за Лашем, мы нуждаемся в теории этого минимального self(ie) — спайки селфи и порождаемого им Я. «Самость» стала предметом роскоши, который не подходит эпохе надвигающейся бедности и строгой экономии. Люди потеряли уверенность в будущем и начали готовиться к худшему, что привело к «эмоциональному выходу из долгосрочных обязательств, предполагающих существование стабильного, безопасного и упорядоченного мира» и постепенному банкротству самости. Лаш вновь и вновь подчеркивает, что нарциссизм нельзя путать с самолюбием и эгоизмом. Скорее, нарциссизм определяется неразличением Я и не-Я. Подобное желание единения с миром порождает феминную игру, которую едва ли можно назвать символом культурного декаданса и краха нации.
Проблема здесь заключается не в самолюбовании или зацикленности на себе, а в отсутствии знания о статусе цифровых портретов в эпоху технологий по распознаванию лиц. Селфи даже не рассматриваются больше как символ упадка, которым они казались несколько лет назад. В лучшем аналитическом случае, эта мода на селфи вскрывает замаскированное помешательство социальных медиа на процедуре регистрации ID и коллективную необходимость воспроизводить визуальное присутствие каждого отдельного индивида.
Более материалистский подход может считать селфи по крайней мере потенциально субверсивной массовой фотопрактикой. Селфи — это непосредственный пример индивидуации, процесса, который был описан Жоржем Симондоном и о котором часто говорит Бернар Стиглер. Как продукт аппарата (в определении Виллема Флюссера), селфи пытается разрешить конфликт между психическим и коллективным с помощью технологического документа, который не является ни аутентичным, ни индустриальным (но цифровым). Во многих случаях смартфон антропоморфизируется и используется как вытесняемый объект. В дальнейшем важно проследить связь между индивидуацией и идентификацией на массовом уровне. Мы не должны удивляться тому, что Я может и будет использоваться как валюта, учитывая, что эти изображения действительно используются как фотографическое доказательство в бюрократическом процессе идентификации. Вторя Бернару Стиглеру, мы можем сказать, что уже сейчас происходит когнитивная и аффективная пролетаризация или потеря навыков, анамнестическое познание изображений, при котором экстернализация памяти становится гипериндустриальной. Селфи — интегральная часть этого процесса.
Какова судьба онлайн-субъекта в таком типе презентации? Мы не играем на поле правдотерапии или самопроверки сознания. Обновляя статусы, мы не ищем духовный путь или согласованность элементов. Социальные медиа — это не «технологии, ориентированные на открытие и формулировку истин о ком-либо». Это инструменты не познания, а контроля себя, будь то в благих или дурных целях. По крайней мере, именно это лежит в основе тревоги подростковой базы пользователей, которую Шерри Теркл разбирает в своей книге«Reclaiming Conversation». Перед социальными медиа не стоит задачи трансформировать индивида. Селфи не рассказывают нам о том, что скрыто внутри Я. Наши попытки вычитать интроспекцию в селфи отскакивают от поверхности медиа. Объект наблюдает за нами: селфи вглядывается в нас.
Американская политолог Джоди Дин не согласна с придурочными моралистами, которые «упускают смысл селфи, называя его очередным индикатором распространяющейся культуры нарциссизма». Ключевое значение имеет темпоральность селфи. «Оно не создано для запоминания. Оно не хранит в себе память о том, что мы делали. Это быстрая регистрация того, что мы делаем. В Twitter, Instagram, Facebook, Grindr и Snapchat поток селфи проносится мимо, как продолжающаяся фабрикация текущего момента». Это смещает дискуссию с уровня репрезентации и ее места в архиве к вопросу культуры реального времени. Селфи, скорее, подтверждают наше непосредственное присутствие, а не служат доказательством электронного одиночества, не говоря уже о том, чтобы быть симптомом психологических проблем; селфи не служат примером того, кем мы являемся, а демонстрируют, что мы существуем здесь и сейчас. Селфи — это экзистенциальные моменты в технологическом времени, или, говоря словами Ролана Барта, «временные галлюцинации».
Нужно избегать моральных оценок, и тогда можно будет сделать шаг в сторону развития технологически продвинутой герменевтики субъекта. Селфи, будучи следующим уровнем портрета, можно рассматривать как конечный продукт демократизации медиа, завершающий стадию дефицита в производстве изображений, — и как символ нашего нигилистского века перепроизводства. Фотографический автопортрет кладет конец необходимости в поддержке со стороны ближних других и ищет реакцию отсутствующих или желаемых других.
Изображения: Саша Спи
8 июня в городе-курорте «Свияжские холмы» стартует «Гонка героев». Участников ждут девятикилометровая трасса с препятствиями, полевая кухня, выступления музыкантов и кроссфит-тренировки. Enter изучил форматы забегов, параллельную программу и стоимость участия, чтобы рассказать, почему покупать билет на забег нужно уже сейчас.
Основная «Гонка героев» делится на три формата: «Масс-старт», «Командный» и «Чемпионат». Участников ждет девятикилометровая трасса с 30 испытаниями: наклонная и вертикальная стены и заборы, рукоходы и рвы, «Болотные дебри», проползание под колючей проволокой, тарзанка и другие препятствия. Более того, два новых испытания организаторы до сих пор держат в секрете.
В рамках первого формата все участники делятся на команды («волны») по 104 человека. Каждый бежит в личном зачете, а группы стартуют раз в 10 минут. Вовсе необязательно преодолевать трассу в одиночку — можно взять собрать команду из друзей, результаты которых не будут влиять на ваши успехи.
«Командный» формат предполагает забег в составе взвода из десяти участников. За каждой группой закрепляют инструктора, который всегда сможет помочь, что-то объяснить и даже подбодрить, если это необходимо. К сожалению, регистрация взводов целиком уже закрыта, зато можно присоединиться к одной из предложенных команд и завести новых друзей.
«Чемпионат» — соревнование с профессиональным судейством. По словам организаторов, формат «больше подходит для подготовленных атлетов. Но это не правило, а скорее рекомендация». Он делится на четыре категории: PRO (личный зачет среди мужчин и женщин), Age (участие в группах по возрастам), парный (мужчина + женщина) и командный (командные соревнования в пятерках). По сути, «Чемпионат» выполняет роль отборочного этапа на суперфинал «Гонки» — дерзайте, если уверены в своих силах.
Поездки на шашлыки — это, конечно, хорошо, но зачем тогда худеть к лету? Сгонять на дачу, в парк или к реке можно в любой выходной, ведь ближайшие три месяца обещают быть классными. А вот решиться и собрать друзей на командный забег с препятствиями дорогого стоит. Отсутствие опыта и в целом ленивый образ жизни не проблема: каждую команду сопровождает профессиональный инструктор. Набирайте 10 человек старше 18 лет, оформляйте медицинские справки, формируйте команду и оплачивайте участие. А если стольких активных друзей у вас нет, можно познакомиться с новыми, вписавшись в чужую команду — на сайте прокручиваются доступные варианты. Как доберетесь до финиша, не забудьте сделать памятное мокрое селфи с счастливыми лицами.
За время существования проект трансформировался из способа досуга в узнаваемый бренд. В общем соревновании участвуют более десяти городов, среди которых Москва, Санкт-Петербург, Калининград, Самара, Ульяновск, Екатеринбург, Тюмень, Казань и даже Баку. Команда проекта уже успела построить более 180 километров трасс с препятствиями и облагородила силами технических специалистов более 200 га территорий. В последней казанской «Гонке» приняло участие более 2 000 участников — в этой ожидается не меньше.
На «Гонке героев» работают зоны «Экшн-спорт» и «Экстрим-фест». В первой участники и болельщики могут провести свою тренировку вне дома — в удобном темпе и на хороших тренажерах. Здесь же находится площадка для ставших популярными воркаута и кроссфита и другие подвижные развлечения. Во второй зоне презентованы новинки экстремальных видов спорта, если преодоление дистанций с кучей препятствий кажется слишком скучным. Организаторы обещают показать самые актуальные форматы, которые никто еще не видел.
Не у всех есть силы и возможности тестировать девятикилометровую трассу с вертикальными стенами, рукоходами, рвами и тарзанкой, но даже в этом случае всегда можно остаться в фан-зоне и понаблюдать за одухотворенными спортсменами. В качестве развлечения на площадке построили сцену — на ней выступят молодые музыкальные группы и несколько танцевальных коллективов. Голодных накормит полевая кухня и фудкорт с зонами здорового и спортивного питания, заскучавших развлекут интерактивные игры, аниматоры, детский театр и аквагрим. При желании можно научиться тейпированию и получить массаж, а еще сделать пару снимков в фотозоне или побродить по «Свияжским холмам» — там сейчас особенно красиво.
Вход на «Гонку героев» для зрителей свободный, а участникам нужно зарегистрироваться на сайте проекта.
1 июня в Казани стартует XIV Международный театральный фестиваль тюркских народов «Науруз». Он продлится до 8 июня. На протяжении этого времени на нескольких городских площадках покажут 29 спектаклей из разных республик и даже стран — от Башкортостана до Румынии.
Enter ознакомился с программой мероприятия и рассказывает, как менялся фестиваль с 1998-го и какие спектакли точно стоит посетить в этом году.
программный директор, театральный критик
«Науруз» — один из немногих фестивалей, оставшихся еще с советских времен. Он зародился Средней Азии в конце 80-х, проходил в Ашхабаде, Ташкенте. С распадом Советского Союза он, конечно же, умер, но в 1998 году Марсель Салимжанов и Шамиль Закиров возродили его уже в Казани как фестиваль тюркских народов.
В 2009-м мероприятие сильно видоизменилось: расширили программу, включили кукольные спектакли и постановки на открытых площадках. Также решили проводить «Науруз» раз в два года, а не в четыре как прежде. Полностью убрали конкурсную программу, стали просто знакомить горожан со спектаклями тюркского мира.
Бюджет мероприятия не очень большой, поэтому мы не можем растянуть его на 10-15 дней. Да и бессмысленно это. Каждый год показываем около 25 спектаклей, которые днем и вечером идут параллельно на разных площадках. Конечно, в первой половине дня процент детей и пенсионеров выше, ведь остальные работают в это время. На вечерние спектакли же приходит самая разная аудитория.
По нечетным годам мы проводим именно театральный фестиваль, а по четным — форум. На организацию в целом уходит год: мы собираем информацию, смотрим, что показывают в Туве или в Казахстане, например. Осенью отправляем республикам пакет писем от Минкульта и дублируем их в конкретные театры, с которые сотрудничаем. Обычно нам приходит 60-70 заявок. Далее следует сам отбор спектаклей: я отсматриваю записи и оставляю порядка 20-25 штук, исходя из художественного уровня, новизны и географии. Мы стараемся чтобы все тюркские театры были так или иначе вовлечены в процесс.
Обращение к традициям восточной смеховой культуры в спектакле переплетается с поэтикой создателя классической комедии. В основе — одна из ранних пьес Мольера. Фарс, вскрывающийся через традиции площадного театра, дает зрителю посмеяться, а историкам — задуматься о природе комичности и типах театральности.
Когда: 1 июня, 15:00
Где: ТГАТ им. Г. Камала, малая сцена
Цена: от 300 рублей
Театр из Абакана покажет интерпретацию произведения Эрнеста Хемингуэя. 84 дня подряд старый рыбак неудачно выходит в море, но на следующие сутки ему улыбается удача — на крючок попадается пятиметровый марлин, который уносит лодку в море. Спектакль о силе человеческого духа — то, что нужно для тех, кому не хватает мотивации.
Когда: 1 июня, 18:00
Где: ТГАТ им. Г. Камала, малая сцена
Цена: от 150 рублей
Саунд-драма по жемчужине казахского фольклора Қыз-Жібек о любви воина Толегена к красавице Жибек, похожей на восточную версию шекспировской трагедии. В одной поэме из списка мирового культурного наследия собрано все, что позволяет понять мечты казахов, их склад ума, быт и обычаи прошлого.
Когда: 1 июня, 22:00
Где: Амфитеатр на берегу Кабана
Цена: Вход свободный
Философский трактат посвящен силе слова: тому, как оно утратило ценность и способность мирить семьи, останавливать войны и объединять представителей национальной культуры. Режиссер задает много вопросов о потере смысла, полуправде и о формулировке
собственных мыслей.
Когда: 3 июня, 18:30
Где: Театр драмы и комедии им. К. Тинчурина
Цена: от 300 рублей
Нечасто в «Экият» проходят спектакли с маркировкой «18+» — благодаря «Наурузу» один такой состоится. Покажут классику по произведению Уильяма Шекспира в интерпретации казахстанского театра кукол. Вражда двух семей, любовь, неожиданная смерть (простите за спойлер) — в этом спектакле есть все.
Когда: 4 июня, 10:00
Где: Театр кукол «Экият», малый зал
Цена: 220 рублей
Начало XX века было ознаменовано борьбой за свободу народов, которые обрели надежду на создание независимых национальных республик — этому и посвящена пьеса. В череде кровопролитных битв ссорились друзья, распадались семьи, мигрировали люди, оставляя груз исторической памяти.
Когда: 4 июня, 17:00
Где: Театр драмы и комедии им. К. Тинчурина
Цена: от 300 рублей
Злая старуха повелительница ветров Ажуз-Мажуз сделала своей пленницей весну-Бахорой. Теперь она заточена на высокой горе Кухи-Коф в ожидании, когда придет Навруз и спасет ее. В спектакле-концерте играют андижанская полька и сурхандарьинские напевы, танцуют гости из Индии и показывают борьбу–кураш.
Когда: 5 июня, 12:00
Где: Театр кукол «Экият», большой зал
Цена: 220 рублей
В 530 году до н.э. в битве на Узбое народное ополчение под руководством царицы Томирис разбило армию Кира Второго. Образ сильной женщины прошел через века и трансформировался в символ патриотизма и свободы, а туркменские дестаны о ней стали общим достоянием духовного наследия тюркских народов.
Когда: 6 июня, 12:00
Где: Театр драмы и комедии им. К. Тинчурина
Цена: от 150 рублей
В центре сюжета молодой священнослужитель, желающий просвещать народ, но на деле занятый только собой. Герой — яркий пример того, как необходимость подчиняться религиозным нормам борется со стремлением к свободе. И как результат на выходе мы видим: психологический разлад личности и моральный крах.
Когда: 6 июня, 19:00
Где: ТГАТ им. Г. Камала, большая сцена
Цена: от 200 рублей
О первой любви основоположника татарской профессиональной музыки Салиха Сайдашева со слов участницы событий рассказал писатель-публицист Амирхан Еники. Красивая романтическая история о возвышенных чувствах, сплетенная с национальной музыкой и биографическими
деталями.
Когда: 7 июня, 18:30
Где: Театр драмы и комедии им. К. Тинчурина
Цена: от 300 рублей
Румынский театр является гостем фестиваля. Его спектакль — это переосмысление биографии драматурга, умершего на сцене, выступая в собственной пьесе «Мнимый больной». Роман Феодори превратил труппу Ноттары в единый организм из 13 актеров, которые дышат и движутся на сцене в одном ритме.
Когда: 7 июня, 19:00
Где: ТГАТ им. Г. Камала, большая сцена
Цена: от 200 рублей
Главный герой влюблен в дочь булгарского хана Аембике. Сильные чувства позволяют ему победить на майдане и не дать коварному брату насильно женить на себе красавицу. Удрученный Сартлан решается мстить, но Тюляк бежит, тонет в озере, чуть не женится на русалке Су-Слу, но возвращается на землю, чтобы спасти свой народ.
Когда: 8 июня, 20:00
Где: Амфитеатр на берегу Кабана
Цена: Бесплатно
Фото: Анастасия Шаронова, vk.com
25 и 26 мая в Казани вновь пройдет Open Space Market: участники из 29 городов России представят свои проекты в ВЦ «Казанская ярмарка». В дни мероприятия на площадке организуют расширенный фудкорт — в этом году ему уделили особое внимание. Помимо этого здесь традиционно пройдут лекции и мастер-классы.
Редакция Enter изучила всех участников маркета и фудкорта, чтобы рассказать о тех, к кому точно стоит присмотреться.
25 мая в 16:00 основательница бренда Amaia Рамиля Карамуллина презентует на OSM совместную с Enter коллекцию туалетной воды «Кәеф». Кроме этого, она прочтет лекцию «Как подобрать парфюм и что стоит знать перед его покупкой?», а также расскажет о роли запахов в жизни современного человека.
«Кәеф» — это три аромата, знакомых каждому татарстанцу — «Чәк-чәк», «Татар чәе» и «Мунча». Их (как набором, так и по отдельности) можно будет приобрести на OSM в субботу, 25 мая — ищите нас на площадке с 12:00 и до самого закрытия маркета.
Казанский бренд HUSS создает украшения из грубого серебра и белого золота в технике небрежного минимализма. Непритязательным подойдут кольца с имитацией отпечатков пальцев или вдавленной цифрой, а эпатажным — украшение в виде мотылька или головы со сверкающими глазами-стразами.
Летом в России переменчивая погода: утром выходишь в футболке, а вечером уже тянешься за пальто. Промежуточный вариант, спасающий и от жары, и от холода — майки, кардиганы и костюмы мелкой вязки. Они легкие, не мнутся, не стесняют движения и хорошо смотрятся на любой фигуре.
Плащи, куртки, жилеты, платья и юбки с футуристичным дизайном делает Womenson. Большая часть представленной у бренда одежды трансформируется, а значит, купив одну вещь, можно сконструировать несколько разных образов на любое время года и больше не переживать, что надеть нечего.
Не секрет, что в большом количестве средств для кожи и волос содержится сумасшедшее количество сульфатов и силиконов, «работающие» разве что зрительно. Длительный эффект производят натуральные продукты, которые включены в крема, шампуни, пенки и бальзамы Capillum vita.
Гончарных мастерских много и среди них легко потеряться: многие копируют друг друга, используя одинаковые формы, материалы и техники. Совсем другое дело Keremet’ — в чайники, чашки, пиалы и предметы декора помимо глины с причудливыми узорами они интегрируют «морские деревяшки».
Серьги Bijoustories напоминают о времени, когда мама давала примерить громоздкие дорогие украшения и покрутиться перед зеркалом. Мода на винтажный дизайн возвращается, поэтому эти изделия будут уместно смотреться не только на роскошных приемах, но и в повседневной носке.
У yoyuu максимально демократичный аккаунт в Instagram, посвященный естественной женской красоте, которую подчеркивает хлопковая домашняя одежда и нижнее белье. Никаких подчеркнуто худых моделей и недосягаемых идеалов: на фото настоящие люди, а на них — по-настоящему удобная одежда.
В 2019 году возможно все, даже носить вещи из бумаги. Шутки про оригами отложите в сторону: крой у базовых пастельных и черных фартуков и корсетов простой, но тем не менее выглядит интересно. К ним Noyer предлагает варианты поясных сумок из того же материала.
Иногда мы скучаем по временам, когда в упаковках жвачек скрывались переводные татуировки, которыми все во дворе безболезненно обклеивались с ног до головы. Сейчас о «переводилках» снова вспомнили, усовершенствовав дизайн. С золотыми веснушками — хоть в «Соль», хоть на работу.
Отдельные виды растений спокойно обходятся без земли. К ним относятся атмосферные тилландсии. Их можно просто бросить на полку, положить в вазу или подвесить над потолком. Выглядит оригинально и не требует особого ухода. Берите сразу несколько.
Кошелек, ремень и браслет на часах должны быть стильными и прочными — такие из натуральной кожи вручную делают в Crafterbelts. Бренд больше ориентирован на мужчин, но для девушек найдутся разные сумки, докхолдеры, ключницы, визитницы и пеналы.
«КВАРТАL» делает крафтовые худи, джоггеры и другие вещи с вышитыми ироничными фразами и надписями, повторяющими разукрашенные райтерами заборы спальных районов. Смелый и яркий андеграунд от миллениалов с аллюзиями на стилистику «Провинции» и других стритвир-брендов.
Благодаря трансляции экологичного образа жизни на носителей пластиковых пакетов стали смотреть косо. Переходите на светлую сторону вместе с шоперами, авоськами и эко-рюкзаками Homeholic из хлопка и джута. Их удобно брать с собой для походов в магазин: места много не занимают, при том достаточно прочные.
Легкий способ разнообразить образ — дополнить его маленькой деталью, вроде броши. Деревянные смотрятся выигрышнее всего: во-первых, они могут быть любой формы и размера, во-вторых, стоят дешевле. Рекомендуем обратить внимание на изделия, вдохновленные искусством, от «Брошечной им.Билла Трейлора».
Отказываться от сахара и мучного приятнее,когда есть возможность заменить сдобу и шоколад на ореховые пасты и пастилу. В экологичных сладостях меньше калорий и больше пользы, они долго хранятся и безвредны для детей. Найдутся десерты и для веганов.
Сорок вариантов сыра на все случаи жизни: пряный белпер кнолле, яркий лимбургер, черный камамбер, пикантный барон буарон, плотный блю пепедрино с плесенью, мраморный с вином и многие другие. Не только вкусно, но и выглядят потрясающе: есть даже варианты в цвет флага Татарстана.
За натуральными грузинскими специями, соусами и сладостями больше не нужно ехать в другую страну, рискуя перевесом багажа на обратном пути. Все есть в Казани: и чурчхела, и ткемали, и аджика и даже горный чай. Лучше запасайтесь на будущее — следующий Open Space Market нескоро.
Мы уже делали подборку боулов и поке в Instagram, но туда не вошла загадочная Alloha. Если верить фотографиям в их аккаунте, порции большие и аппетитные. С красной рыбой сочетают водоросли, огурец, чуку, кукурузу, кешью, авокадо и мягкий сыр. Все свежее.
Натуральные лимонады едут прямиком из Челябинска — то что нужно в теплый день, а в эти выходные как раз должна быть солнечная погода. Выбор за вами: имбирный эль с гибискусом или жасмином, а может даже квас с привлекательным названием «Мечта и мята» или «настоящий тархун».
Cheeseria представит на OSM то, в чем действительно сильна: сыры и джелато. Мантова, качотта, страчателла, буррата — если ни одно из этих слов ни о чем вам не говорит, обязательно приезжайте на маркет в выходные. Хорошие сыры и джелато с самыми разными вкусами точно того стоят.
Найти хорошие пельмени в магазине — очень большая удача. Не говоря уже об их нетривиальном наполнении. В «Пельмачо» широкий ассортимент начинок: от курицы с пармезаном и свинины с имбирем до шоколада и творога с зеленью. Главное — приезжайте на «Казанскую ярмарку» голодными.
Если фо бо, спринг-ролл и маракуйя-шейк — три кита, на которых держится ваша жизнь, ищите на маркете корнер Chợ. Тем более что температура воздуха в этот день вряд ли поднимется выше 15 градусов — а от вьетнамской кухни так и веет летом. Супов на OSM не будет, зато обещают салаты.
На майском Open Space Market ожидается насыщенная параллельная программа. Особое внимание на этом маркете уделят экологии: помимо отказа от бумажных флаеров, организации раздельного сбора мусора и поддержки движения My cup, please, здесь также проведут тематические лекции. Темой станет бережное потребление и экологичный образ жизни современного горожанина. Вместе с этим на маркете пройдут лекции о самозанятости, маркетинге, SMM, а также мастер-классы по испанскому языку, игре на этнических барабанах и импровизации. Полную программу лектория можно посмотреть здесь.
Также в рамках параллельной программы на площадке организуют творческую мастерскую. Регистрируйтесь по ссылке и вас научат правильному поливу растений, писать автопортрет, работать китайской акварелью и создавать подвесные корзины из трикотажной пряжи.
Летний Open Space Market будет проходить в выставочном центре «Казанская ярмарка» 25 и 26 мая с 12:00 до 20:00. Вход на маркет стоит 100 рублей, учащиеся смогут пройти за 50 рублей, а дошкольники и пенсионеры — бесплатно. Билет действует два дня мероприятия.
Фото и изображения: vk.com
В 1947 году Европа перестала испытывать огромный страх и напряжение из-за Второй мировой и постепенно зажила относительно размеренной жизнью. Это было непростое, но важное время, когда женщины стали эмансипироваться, а ряд колоний получил независимость. О нем на основе интервью, устных воспоминания и цитат из прессы написала шведский журналист Элизабет Осбринк в книге «1947. Год, в который все началось».
Издание выйдет в Ad Marginem в июне и появится в книжном магазине «Смены», а также будет презентовано самим автором на Летнем книжном фестивале. С разрешения издательства Enter публикует отрывок из главы «Май», рассказывающий о событиях в Дели, Лондоне, Джуре, Нью-Йорке и Каире, которые повлияли на дальнейшее развитие мира.
Лидер Всеиндийской мусульманской лиги Мухаммед Али Джинна хочет получить свой Пакистан и возглавить его. Но он полагает, что лорд Маунтбеттен ведет процесс раздела Британской Индии чересчур поспешно. Встреча с одним из сотрудников лорда заканчивается тем, что Джинна хватает англичанина за плечо и серьезно заявляет, что раздел территорий Пенджаба и Бенгалии окажется огромной ошибкой. Он просит сотрудника доложить об этом лорду Маунтбеттену.
Для изгнания сикхов и индусов мусульманские группировки в Лахоре жгут их дома. Индусы и сикхи вооружаются, намереваясь нанести ответный удар. С марта в Лахоре и Равалпинди, по официальным данным, убито 3600 человек.
Чтобы раздел Индии стал практически возможен и религиозно последователен, некоторые люди должны переехать или умереть. В результате набегов целые деревни сжигают дотла. Нападают на поезда, вырезают пассажиров. Нападают на беженские обозы. Мужчин кастрируют. Женщин похищают и насилуют. Похищают и отрезают им грудь. Отрезают носы и руки. Выцарапывают на их коже имена насильников. Похищено и подвергнуто сексуальному насилию по меньшей мере 75 000 женщин, только затем, чтобы ослабить род, к которому они принадлежат, оскорбить его. Иные отвечают на это, убивая своих женщин еще до того, как враг их похитит. Отцы перерезают горло своим дочерям, сестрам и женам или сжигают их. Колодцы Пенджаба наполняются телами, когда женщинам приказывают совершить самоубийство. В деревушке Тоа-Хальса в округе Равалпинди 93 женщины бросаются в общественный колодец. Три из них выживают, поскольку воды недостаточно, чтобы утопить всех.
Раздел — его поспешность, способ осуществления — вынуждает 4,5 миллиона немусульман и 5,5 миллионов мусульман бежать соответственно в разные части Пенджаба. С насиженных мест снялось круглым счетом 13 миллионов человек.
Позднее Дикки так прокомментирует свои действия на посту последнего, ответственного за уход англичан вице-короля Индии: «I fucked it up».
Симона де Бовуар и Нельсон Альгрен встречаются вновь 10 мая. Он дарит ей серебряное кольцо.
Майор Тафтон: Какие меры мы предпринимаем, чтобы прекратить нелегальную иммиграцию в Палестину?
Мистер Макнил, заместитель министра иностранных дел Великобритании: Этого мы сказать не можем, так как огласка уменьшит их эффективность. Но могу заверить, что это меры энергичные, масштабные и разные по характеру.
Майор Тафтон: Вы можете утверждать, что они эффективны?
Мистер Макнил: В определенной степени.
Мистер Наттинг: Вы можете сказать, какой смысл просить другие страны, например Италию, остановить эмиграцию, коль скоро вы не просите беженские организации прекратить ее поддержку? <…> Ведь совершенно очевидно, что итальянцам эти евреи не нужны, а если их там бросят, то вы не можете не понимать, что итальянцы будут весьма склонны от них отделаться.
Джордж Оруэлл снова болен. Уже три дня лежит в постели, а когда встает, его шатает от слабости.
Белый дом на большой вересковой пустоши у бесконечного океана состоит из четырех маленьких спален и просторной кухни. Джордж Оруэлл пишет при свете фонарей «летучая мышь», одну за другой курит самокрутки из черного табака, отчего комнаты наполняются вредным серым дымом. Он нездоров, но к врачам не обращается, чтобы ему не поставили диагноз. Когда-то он был разъездным корреспондентом и репортером, теперь же его связывает с остальным миром лишь батарейный радиоприемник.
Непромокаемый плащ, тишина, тревога в глазах.
Его сестра Аврил приезжает на Джуру, берет на себя заботы о мальчике, чтобы Оруэлл мог работать над своей книгой. Двеннадцатого мая тихо и жарко. Предгрозовая погода. Цветут дикие вишни.
Билли Холидей тридцать два года, она на вершине карьеры. Выросшая в Балтиморе, изнасилованная, скитавшаяся по детским приютам, в четырнадцать лет арестованная за проституцию, теперь она зарабатывает пением около 1000 долларов в неделю.
Второй год подряд она занимает второе место в списке фаворитов джазового журнала «Даун-бит». Успех ведет ее из клуба в клуб, от сцены к сцене, в верхние строчки списков популярности, одного за другим. Билли Холидей повсюду. У нее есть любовник, агент и собака по кличке Мистер. А еще алкоголь, деньги и зависимость. Агент пытается положить конец зависимости — в феврале он помещал ее в наркологическую клинику, — но уже через несколько недель все началось сначала. В Голливуде, во время съемок «Нового Орлеана», ее любовник Джо Гай привозит ей дозы из Нью-Йорка. Почти все, что она зарабатывает, уходит на героин.
Двадцать четвертого мая она выступает в нью-йоркском Карнеги-Холле, второй раз в этом году. Публике нравится, как она поет «There is no greater love». А четыре дня спустя она стоит перед судьей как обвиняемая в хранении наркотиков, после полицейского обыска в ее квартире. Процесс носит название «The United States of America versus Billie Holiday», так она это и ощущает. Адвоката у нее нет, она очень устала, страдает от ломки и обезвоживания. Признает себя виновной. Двадцать восьмого мая ее приговаривают к году тюрьмы.
На начальном этапе, кроме отца Хасана аль-Банны, часовщика, о его ассоциации, о «Братьях-мусульманах», мало кто знает.
Кодовых слов два. Одно привычно и всем хорошо известно: умма. Все мусульмане объединены в универсум, где нет ни расизма, ни угнетения. Сообщество выходит за географические и национальные пределы, не проводит различий между людьми. В сердце и в душе существуют узы веры, связующие всех мусульман. Ислам, по мысли сына часовщика, это и родина, и национальность.
Второе кодовое слово было погружено в тысячелетний сон и забыто: джихад.
Движение Хасана аль-Банны изначально ставит перед собой две параллельные цели — работу социальную и работу политическую. Благожелательность и благотворительность — идеалы одной, национальная независимость и исламское государство — цель второй.
Но растущее число иммигрантов-евреев в Палестине заставляет сына часовщика устремить взгляд за пределы угнетенного Египта. Хасан аль-Банна не сомневается, что евреи ненавидят ислам и каждый мусульманин, независимо от возраста и пола, должен противодействовать еврейским заговорам и ненависти. Джихад входит в обычай. Цель — уничтожать угнетение, где бы оно ни возникало, освобождать угнетенных от угнетателей.
Один из тех, кого уже на раннем этапе посвящают в священные задачи «Братьев-мусульман», — это хаджи Амин аль-Хусейни, человек, занимающий религиозный пост верховного муфтия Иерусалима, политический лидер палестинских арабов.
В нацистской Германии верховный муфтий был избран почетным арийцем, и солдаты Гитлера читали его сочинения о внутреннем враге, которого надлежит истреблять. Аль-Хусейни завербовал в СС как минимум 20 000 боснийских мусульман. С 1941 по 1945 год он жил в Берлине, встречался со своим другом Гитлером и обсуждал с ним свой план разрешить проблему с евреями на Ближнем Востоке таким же образом, как в Европе.
Гитлер симпатизировал его замыслам, соглашался. Придет время, и верховный муфтий развяжет борьбу арабов против тех, кто под подкровительством англичан занял арабское жизненное пространство. Однако Гитлер полагал, что время еще не пришло. Верховный муфтий может подождать? Вероятно, потом они вместе пили лимонад. После встречи хаджи Амин аль-Хусейни ровным, красивым почерком записал в дневнике, на бумаге в клеточку, что сказал его друг: «Я знаю историю твоей жизни. С интересом следил твой долгий и опасный путь. Очень за тебя тревожился. И рад, что теперь ты с нами и достиг такого положения, где твоя сила может содействовать борьбе за наше общее лучшее будущее».
В ходе четырех берлинских лет хаджи Амин аль-Хусейни регулярно участвовал в немецких коротковолновых передачах для арабскоязычного мира, выступая своего рода исламским переводчиком-синхронистом, который твердил одну только фразу: «Евреи — это враг». В 1943-м он заявил, что немцы нашли окончательное решение еврейского вопроса. Гитлеровский министр пропаганды Геббельс называл такие радиопередачи «наш дальнобойный пистолет в эфире».
Но все было очень непросто. Верховный муфтий знал, что нацисты и сами способствовали иммиграции немецких евреев в Палестину. По так называемому соглашению Хаавара в 1933–1941 годах 60 000 евреев получили разрешение выехать в Палестину. Судя по всему, это было выгодно и сионистам, и нацистам: евреи спасались от гонений, в Палестине росло еврейское население, а нацисты имели экономические преимущества благодаря принудительному экспорту немецких товаров. Хаджи Амин аль-Хусейни проклинал то и другое. Правда, в годы войны его связь с нацистами укрепилась. Он писал письма Гиммлеру и Риббентропу, напоминая об их обещаниях, о заверениях, что сообща они победят, и всякий раз просил разбомбить евреев в Тель-Авиве и в Иерусалиме.
Хаджи Амин аль-Хусейни получал от нацистской Германии как идеологическую, так и экономическую помощь и часть средств передавал своему другу Хасану аль-Банне.
Однако меж друзьями есть и различия. Когда война кончилась поражением нацистов и фашистов, Хасан аль-Банна исходит из того, что побеждена и сама идея еврейского государства. Коль скоро преследования евреев прекратились, то никакой поддержки их национальному государству просто уже не будет. В 1945-м он предлагает союзникам конфисковать ресурсы нацистов и распределить их среди оставшихся евреев. Таким образом справедливость восторжествует вдвойне, преступники понесут наказание, а жертвы получат компенсацию. Что же до бездомных евреев в Европе, то их надо отправить в Австралию. Или же пусть каждая десятая семья в Америке примет еврея-беженца, тогда проблемы тысяч евреев будут решены.
Между тем время делает шаг в новом направлении, от одного мыслимого будущего к другому. Несколько тщательно выбранных слов, особый момент, секретная записка. Непредсказуемый вывод — и все резко меняется.
Вестником выступает 14 мая Андрей Громыко, советский представитель в ООН. Его слова молниями вспыхивают во тьме большой политики, когда он сообщает о новом взгляде Советского Союза на будущее Палестины.
Ранее советская политика исходила из ленинско-сталинской теории, что евреи не удовлетворяют критериям, необходимым для создания нации, что сионистское движение — буржуазный прихвостень на службе империализма, порождение лишенных корней евреев-космополитов. Но теперь.
«Непреложный факт», что еврейский народ имеет в Палестине «исторические корни». Ни о каком «одностороннем решении», не принимающем во внимание «законные права еврейского народа», не может быть и речи.
«Ни одно государство в Западной Европе не оказалось в состоянии предоставить должную помощь еврейскому народу в защите его прав и самого его существования от насилия со стороны гитлеровцев и их союзников. Это обстоятельство <…> объясняет стремление евреев к созданию своего государства. Было бы несправедливо… отрицать право еврейского народа на осуществление такого стремления. Отрицание такого права за еврейским народом нельзя оправдать, учитывая все то, что он пережил за Вторую мировую войну».
Никто не ожидает таких слов. Им нет объяснения. Возможно, Советский Союз хочет убрать Великобританию с Ближнего Востока, чтобы усилить там собственное влияние. Возможно, есть и внутриполитические мотивы. Но как бы то ни было, все меняется. Отныне сегодняшний день озарен новым будущим, осиян новым светом. Тени тоже меняют форму.
Тепло проникает в городские подвалы, отверстые, без крыш, распахнутые бомбами и рухнувшими домами. В войну люди не имели времени как следует похоронить трупы, слишком много их было, четверть миллиона убитых в одном-единственном городе. Теперь неглубокие могилы оказались никуда не годными. Этой весной Варшава смердит трупами.